конфуз мужчины. – А ведь точно! – изумилась она. – Точно, есть такое! – округлила девушка глаза с озорным блеском. – Когда мы с Верой только учились в универе, решили в честь дружбы сделать парные татуировки. В итоге обе испугались боли и ушли прямо во время сеанса, так и не доделав их. Потому вот уже семь лет ходим с недоделанными тату, еще и выцветшими. Я думала свести ее… точнее, мой бывший на этом настаивал, говоря, что это может плохо отразиться на моем имидже, если его фанаты узнают, что у меня тело «нечистое»… – самоуничижительно улыбнулась она, потупив взгляд. – Но я воспротивилась. Сама толком не знаю почему, учитывая, что моя тату похожа на какую-то хрень. Однако, почему-то отказаться от нее я не могу. Это покажется глупо, но эта татуировка дорога мне как символ. Символ моей свободы и самостоятельно принятых решений. Символ и память того времени, когда я была действительно счастлива рядом с дорогими друзьями, – улыбнулась она, несмотря на грусть, таящуюся в глазах.»

Больше Феликс эту тему не поднимал, но теперь она пригодилась. Особенно, зная, что именно Катрина является законной принцессой, а Маргарита нахально заняла ее место. Разумеется, для подмены нужны были некоторые усилия. Принцессу обслуживало множество служанок. Они бы непременно заметили, если бы такая приметная вещь, как родимое пятно, внезапно исчезло с тела принцессы. Заткнуть абсолютно всех – не представлялось возможным, потому на теле фальшивки должно было появиться это самое пятно.

– Ну, так что, будем ждать проверку? – вернувшись в настоящее, деликатно и вежливо поинтересовался Феликс, наблюдая. Как дрожит Маргарита. Девушка начала резко осознавать, как «фальшивка» смогла занять ее место: внешность в точности, как ее собственная, и характерные родимые пятна. Лишь спустя одиннадцать лет Маргарита вспомнила, что была другая принцесса. Сестра, чье место она когда-то заняла и забыла об этом, точно всегда являлась принцессой.

И теперь это прошлое нагнало ее так неожиданно и не вовремя, открывая безобразную правду прошлого их семьи и ее происхождения.

Что же теперь будет с ней, когда выяснится, что ее пятно – ненастоящее? Кто ее защитит на чужбине, вдали от любящих родителей, когда все дворяне Трой уже признали законной наследницей другую?

***

Я расхаживала взад вперед, негодуя на свадебное платье, так же на Феликса, который не позволил мне участвовать в допросе. Вместо этого он посадил меня в комнату ожиданий, приказав дожидаться его возвращения. Ну не гад ли? Конечно, гад!

– Не переживай, – обратилась ко мне Катрина, которая вызвалась меня сопровождать, составляя компанию. Я неразборчиво проворчала в ответ и продолжила вытаптывать дорожку в дорогом напольном ковре.

Видя мою нервозность, Катрина помолчала, как будто находясь в смятении, но все же собралась с мыслями и произнесла:

– Я слышала, что объявилась женщина, заявляющая, что она – настоящая принцесса.

Услышав ее слова, я остановилась на полшага и с сомнением посмотрела на Катрину. У них с Фердом настолько доверительные отношения?

Словно прочитав мои мысли, она покраснела и отрицательно махнула головой, поясняя:

– Я сидела рядом, когда слуга доложил Ферду эту новость, и нечаянно услышала, – смущенно объяснила она. Я немного расслабилась, но что сказать на это – не знала, потому пребывала в смятении.

Впрочем, теперь, когда появилась настоящая Маргарита, я в этой роли надолго не задержусь и Катрине лучше бы подготовиться к моей замене.

– Судя по всему, так и есть. Подробности мы узнаем, лишь когда вернуться мужчины.

– Но ты не выглядишь удивленной или расстроенной. Почему мне кажется, что ты даже рада появлению этой женщины? – вновь подала голос девушка, отчего я удивленно подняла брови. Это так заметно? Мне казалось, что я хорошо контролирую свои эмоции.

Однако, появление Маргариты для меня все равно, что ступенька, для моего возвращения домой. Если раньше я переживала из-за слов Феликса, то теперь, когда вопрос с моей заменой решен сам собой и даже не придется жертвовать Катриной, разве не само собой разумеющееся, что настал черед Феликсу выполнять свои обязательства по нашей сделке, а именно помогать мне вернуться в свой мир?

От одной мысли об этом чувство предвкушения наполняло все мое тело, отчего даже ощущались мурашки.

– Как я уже говорила, это сложно объяснить, – уклончиво заметила я, все еще не решаясь вдаваться в подробности, пока не получу добро от Феликса. – И, на самом деле, я удивлена. Не знала, что проблема решится сама собой.

Видя озадаченное выражение на лице Катрины, я уже предвосхищала ее следующий вопрос, как в комнату вошел Феликс, прерывая наш разговор.

– Ты вернулся! – с искренней радостью подорвалась я на месте, просияв улыбкой. Отчего-то мужчина замер на мгновение, словно удивленный, а после удрученно отвел взгляд, спокойно произнеся:

– Оставь нас, – обратился Феликс к Катрине. Та, в нерешительности посмотрела на нас обоих, но все же выполнила требование и тихо покинула комнату.

– Ну, что там? Что? Это действительно Маргарита? – набросилась я на него, без возможности контролировать свое воодушевление и нетерпение, отчего вцепилась в его рукав и сильно дернула от нетерпения.

Феликс посмотрел в мои глаза со сложными эмоциями, но кивнул.

Получив его подтверждение, я ощутила, как невидимый груз окончательно свалился с моих плеч, и улыбнулась с облегчением.

За этим я лишь вскользь отметила, что выражение на лице Феликса, в противовес моему, становится все более сложным.

– Но где она была? Что она сказала? – разобравшись с одной проблемой, меня заинтересовало уже иное.

– Пойдем, сядем, для начала, – вежливо предложил он. – Ты, наверное, устала на каблуках за столько времени, – проявил он невиданную заботу и внимательность, обратив внимание на мою немного неровную походку, о чем даже я сама не задумалась. Но даже эта странность сейчас волновала меня куда меньше, чем ситуация с принцессой.

Тем не менее, я не стала спорить и послушно прошла к дивану, на котором не так давно сидела Катрина. Усевшись, я уставилась в ожидании на мужчину, но вместо того, чтобы занять место рядом со мной, он опустился передо мной на колени и молча протянул руку, помогая мне разуться.

Это я уже игнорировать не могла, в оцепенении наблюдая, как этот холодный и отбраненный мужчина аккуратно и бережно снимает с моих ног туфли одну за другой и хмуро рассматривает красные следы от обуви.

Он что, мозолей никогда не видел?

– Что ты делаешь?