— Вместо школы построит лесопилку вонючая жаба Белрейд! — выкрикнул кто-то. — Так мой отец говорит.

— А мой говорит, что нам всем будет крышка, когда лорд женится. Родители уже собирают вещи, чтобы переезжать.

— Ребята, прошу вас, потише, — попыталась я усмирить разбушевавшихся детей. — Давайте не будем отчаиваться раньше времени. Уверена, лорд Винсент не оставит вас.

— Ему нет до нас дела, — подал голос Генри Диттер. — Говорят, старый лорд любил школу, потому что здесь работала его женщина. У наших родителей всё было, когда они тут учились. И глобусы, и спортивные тренировки на улице, и походы.

— Точно! А лорд Винсент никого не любит. Ему и школа наша не нужна.

— Можно подумать, тебе нужна.

— Если станет, как отец рассказывал, может я и уроки пропускать не буду! Тебе-то что?!

Класс принялся шуметь так, что я всерьёз испугалась, что не смогу унять их. Пришлось идти на крайние меры. Те, которые в прошлой жизни не раз выручали.

Взяв в руки стопку учебников и пособий, я приподняла их над столом, а затем отпустила в свободный полёт, и те с громким шлепком приземлились на гладкую поверхность. Дети разом умолкли и уставились на меня.

— Я благодарна вам за подарки, мои дорогие, — сказала в меру строго, — но вы не должны забывать, что сейчас урок. А на уроке нужно вести себя тихо. Достаём тетради с домашним заданием и сдаём их мне.

Школьники приглушённо застонали и нехотя побрели к столу, складывая свои мучения в нестройную стопочку.

За всеми делами мысль о пугающем послании, которое я не так давно получила, отступила на дальний план. Весь урок мне не давали покоя слова ребят. Раньше жизнь в этой школе кипела. Не удивилась бы, узнав, что здесь имелась единая форма для всех учащихся, соблюдались традиции, ритуалы, возможно даже, проводились олимпиады и соревнования. А ведь Люси хотела пойти с учениками в поход. Но какое там? Теперь для неё важнее было, чтобы её доблестный рыцарь поправился, и они могли уехать из Эттерфилда, пока не вернулся Мариус.

Ни он, ни Винсент не появлялись. И оставалось только гадать, что именно затеял старший брат в отношении младшего.

Когда урок подошёл к концу, я, не удержав порыв души, пообещала ребятам подумать насчёт похода. Краевед, конечно, из меня никудышный. Но почему бы не попытаться? На крайний случай попросила бы кого-нибудь из родителей быть сопровождающими. Они-то уж точно знают местность лучше.

Дети после получаса утомительного урока моему предложению обрадовались. И с тех пор не проходило ни дня, чтобы кто-нибудь не спросил, когда же мы, наконец, отправимся в горы. Я отвечала расплывчато, тогда как сама уже корила себя за поспешность. К прискорбию моему, выяснилось, что местные жители плохо знали географию и историю за исключением поверий и легенд. Падре Густав хотел было помочь. Но при загруженности ежедневными делами быстро понял, что не располагает свободным временем, и очень искренне извинялся.

Совсем скоро я отчётливо осознала, что никто мне не поможет. Одна только Люси, исходившая местность вдоль и поперёк, поведала мне в теории всё, что нужно было знать. Где можно перейти вброд горную реку, какие выступы удобны для подъёма и спуска. Конечно, ориентиры вроде «Камень, похожий на голову пьяницы» и «Корень длинный, как слизняк на дороге во время ливня» мне мало о чём говорили. Но я не теряла надежды.

В один из вечеров, возвращаясь от Люси и Реджинальда, не могла не радоваться тому, что Браун уже поднимался и передвигался по дому без головокружения. Почти сразу, как встал на ноги, он начал вновь собирать вещи и планировать отъезд. Люси не спорила, и я хорошо понимала её.

Хотелось ещё немного задержаться на воздухе, вдыхая ароматы прохладной вечерней свежести. Холода я не испытывала, хоть и не захватила шаль. И уже собиралась устроиться с кульком семечек на лавочке у дома, как вдруг заметила кое-что, отчего по телу пробежала мелкая дрожь. Подойдя к своему коттеджу, я поняла, что мне не показалось, и дверь его приоткрыта. Но я ведь точно помнила, что запирала её утром.

Первой мыслью было спрятаться где-нибудь и подождать, когда незваный гость уйдёт. Но, пересилив себя, я задержала дыхание и толкнула дверь. Да так и осталась стоять снаружи.

Мой непонимающий взгляд упёрся в широкую спину человека, восседавшего за столом.

— Как ты вошёл? — спросила я Винсента, когда тот обернулся.

Глава 32

Мужчина, чей сюртук небрежно повисал на спинке стула, обернулся и смерил меня задумчивым взглядом. Винсент Хальт одет был в серую рубашку, заткнутую за пояс брюк, и образ этот возрождал воспоминания о нашей встрече в том самом домике в дикой части парка. Очень некстати от картинок, всплывших в воображении, бросило в жар.

— А разве ты не знаешь? — спросил он, поднимаясь из-за стола.

— Не знаю, чего?

— Что все замки в этих домах одинаковые. Как и ключи. Я взял свой под соседним ковриком.

Он помахал миниатюрным предметом, зажатым между пальцев.

В ореоле скудного света, льющегося в единственное окно за спиной мужчины, его облик становился пугающим. И я не спешила проходить в дом, прижимаясь к стене между дверью и печкой.

— Зачем ты пришёл?

— Чтобы кое-что выяснить.

— Что именно?

Мужчина ещё раз оценивающе оглядел меня и ответил:

— Не так давно я принял тяжёлое для себя решение. Теперь мой брат служит королевской семье в авангарде пехоты.

— Что? Как он на это согласился?

— Я предоставил ему выбор. Либо ссылка за убийство человека, либо армия.

— Но мистер Браун жив.

— Я знаю. И очень надеюсь, что ты не делилась этой радостью со всеми вокруг.

— За кого ты меня принимаешь?!

— За женщину себе на уме, склонную к необдуманным поступкам.

— О чём ты?! — меня начинали раздражать эти намёки. — Говори прямо!

— Два дня назад я лично передал Мариуса генералу Этлрейду, и тот кое-что мне показал.

Последнее слово было сказано с такой тяжестью в голосе, что им можно было придавить.

Я молчала, осознавая свой провал. Но старалась не падать духом. Собственно, а что он мне сделает? С работы выгонит? Смешно даже.

— «Глубокоуважаемый генерал Этлрейд»,— зачитал мужчина, встряхнув знакомый мне листок, — «не сочтите за дерзость, но я смею воспользоваться