про это говорят… Пусть он скажет: станет ли Ёритомо мне достойным мужем? Если нет, то я уйду в монастырь… И посвящу свою жизнь молитвам.

При упоминании о монастыре Токимаса сдался.

Понимая, что дочь просто так не отступится от своего решения, родитель обречённо вздохнул:

– Хорошо, так тому и быть… я обращусь к господину Ямано… Но, если ответ будет отрицательным, не думай, что я позволю тебе уйти в монастырь!

Девушка побледнела, её внутренности сковал ледяной холод… Что же будет?..

Стояло начало часа Овна, когда снедаемый от волнения, но тщательно скрывающий этот факт Ходзё Токимаса решил отправиться к господину Ямано. Конечно, он мог просто послать за предсказателем, но, поскольку пребывал в сильном беспокойстве, решил отправиться к нему лично.

Токимаса сел в паланкин и задёрнул занавески. Наконец он остался наедине со своими мыслями: что скажет регент, когда узнает о браке его дочери с опальным аристократом? Как ему придётся изворачиваться? Как вразумить дочь? Он слишком избаловал её! И вот теперь пожинает плоды своего воспитания!

Наконец Токимаса достиг дома господина Ямано. Едва мужчина покинул паланкин, как его тут же встретила прислуга и сам хозяин дома.

– Господин Токимаса! Рад вас видеть! – залебезил предсказатель. – Прошу вас, проходите! Не желаете ли чаю?.. Нет, не желаете… Могу я поинтересоваться о цели вашего визита?..

Ходзё кратко поведал суть дела. Предсказатель внимательно выслушал его и промолвил:

– Понимаю… Понимаю ваше беспокойство… И всецело разделяю его… Я со всем тщанием сделаю прогноз будущего Минамото Ёритомо… Но мне нужно точно знать его дату рождения.

– Девятый день пятой луны пятого года правления императора Коноэ, – с готовностью ответил Токимаса.

Акира глубокомысленно кивнул, затем достал какие-то записи из изящного цзиньского резного шкафчика, чистый лист бумаги, кисть, чернильницу и погрузился в расчёты…

Визитёр с нескрываемым интересом и волнением наблюдал за работой предсказателя: из-под его кисти появлялись всё новые и новые символы.

Токимаса едва сдерживался, чтобы не вырвать лист бумаги из рук Акиры…

«Масако – негодная девчонка… Я позволял ей слишком многое… Дочерей надо держать в узде! А я потакал ей во всём… И вот что вышло! Надо было лупить её, как простую крестьянку!.. Теперь поздно… Решительностью она пошла в меня, если что задумала – не переубедить!» – мысленно сокрушался Токимаса.

Однако терпение главы клана было с лихвой вознаграждено.

– В день рождения Минамото Ёритомо звёзды занимали весьма благоприятное положение… Его ждёт великое будущее… – наконец вымолвил предсказатель.

Ходзё с облегчением вздохнул:

– А подходит ли он моей дочери?

– Я помню её дату рождения, составлял гороскоп, когда она появилась на свет… У них прекрасная совместимость! – заверил предсказатель.

Слова о великом будущем Минамото вселили в Токимасу некоторую надежду. На самом деле ему уже давно надоела отдалённая провинция Идзу и полная бесперспективность. Хоть он и состоял в родстве с кланом Тайра, но при делёжке хлебных столичных мест его обошли стороной. В последнее время недовольство Ходзё своим положением всё больше усиливалось.

Тем паче до него всё чаще доходили слухи о злоупотреблениях кланом Тайра. Столичные аристократы и провинциальные самураи негодовали. Нужна была лишь искра, чтобы пламя мятежа охватило Хэйан, а затем и полностью Ямато. Токимаса подумал: а если этой искрой станет брак его дочери и Ёритомо? Ведь Ходзё – побочная ветвь Тайра, и вряд ли это событие станет широко обсуждаемым в правящих кругах. Кому какое дело, что происходит в богами забытой провинции Идзу? У Ходзё складывалось мнение, что в Хэйане о нём вспоминают только в Департаменте по сбору налогов, и то только в установленное время.

– Скажите мне, господин Ямано, а какое будущее ждёт клан Тайра? – неожиданно спросил Токимаса.

Предсказатель на удивление спокойно отреагировал на подобный вопрос:

– Признаться честно, на днях я делал надлежащие расчёты и гадал по свиной лопатке… Результаты получились неутешительные. Но это строго между нами, господин Токимаса… – Тот в знак согласия кивнул. Ему вовсе не хотелось расстаться с головой и осиротить свою обожаемую дочь раньше времени. – В ближайшее время Тайра будут процветать. Но я увидел их закат, и он будет страшным…

– Причиной их заката послужит Ёритомо?

Ямано не отважился открыто ответить на вопрос:

– Возможно… Точно я сказать не могу…

Токимаса бесцельно мерил шагами свой кабинет, размышляя над словами Акиры. Что, если падение Тайра произойдёт в обозримом будущем? А Минамото возвысятся… Тогда клан Ходзё займёт видное положение в обществе благодаря браку Ёритомо и Масако.

Тяжело вздохнув, самурай сел за низкий столик.

«Предсказания Акиры раньше оказывались точными, – продолжал размышлять он. – Ямано Акира отлично просчитывает совместимость жениха и невесты… Тому свидетельствует успешный брак моего сына… Когда-то давно Ямано предсказал мне счастливую жизнь с женой, но, увы, и то, что та скоропалительно покинет этот мир…»

При воспоминаниях о любимой супруге сердце его защемило. Глава клана Ходзё попробовал взять себя в руки и успокоиться. В конце концов, предсказания говорят в пользу выбора дочери. Да и сам Токимаса должен признать, что питает к Ёритомо симпатию.

…Ёритомо предстал перед Ходзё Токимаса. Последний смерил его пристальным взором: перед ним стоял красивый сильный молодой мужчина. «У моей дочери хороший вкус… Пожалуй, её не в чем упрекнуть…» – подумал правитель провинции.

Минамото невольно ощутил смятение. Он терялся в догадках: зачем его вызвал сам глава клана Ходзё? Что-то случилось? Неужели его переведут в ещё более отдалённую провинцию?.. Или Тайра вовсе решили избавиться от него?..

– Вы хотели видеть меня, господин Токимаса? – почтительно поклонившись, осведомился Ёритомо.

– Да, – кивнул Ходзё. И, решив не ходить вокруг да около, прямо заявил: – Моя дочь Масако желает выйти за вас замуж…

Минамото на мгновение замер, а затем его глаза распахнулись от удивления. Он не ожидал, что госпожа Масако столь решительна: он прекрасно помнил подслушанный разговор в саду между ней и прелестной Сузукой. Однако с тех пор ему так и не представилась возможность оказать Масако хоть какой-то знак внимания.

Токимаса, наблюдая за реакцией предмета воздыханий своей дочери, опрометчиво решил: жених-то понятия не имеет о её выборе. А значит, молодой самурай не давал ей повода усомниться в своей порядочности. И это порадовало Токимасу.

– Господин Ёритомо, вы не знали о намерениях моей дочери? – как можно спокойнее осведомился он.

– Нет… Я даже не подозревал, что госпожа Масако может испытывать ко мне чувства. Я никогда бы не посмел дотронуться даже до рукава её кимоно… – солгал он.

Токимаса улыбнулся: что ж, резвиться со служанками – это