нему с небольшим недоверием и старалась не пересекаться лишний раз. Дана подошла к Дарси и сжала ее руки, заглядывая в тусклые голубые глаза.

– Я знаю, что это большой риск, но у нас есть план.

– Аарон уже приходил ко мне с просьбой дать ему припасы, – вяло отозвалась Дарси, недовольно дергая ладони, но не сумела высвободиться. – Говорил что-то про модернизацию оружия. Чтобы в случае чего мы смогли дать отпор потерянным, но я не позволила. Без разрешения Маршаллов…

– Дарси! Я не могу уговаривать тебя слишком долго: время уходит. Нам нужно уехать, пока не стало слишком поздно. – Дана еще сильнее сжала ее ладони и судорожно вздохнула, бросая взгляд в сторону окна. – Послушай… а когда Мари нашли, у нее не было никакой зеленой ткани или чего-то похожего?

Не слишком хотелось снова бередить незажившие раны, воспоминаниями о Мари, особенно в таком ключе. Теперь от ее имени веяло могильным холодом, и неизвестно, когда оно снова сможет дарить тепло. Дана с силой прикусила щеку, с отблеском надежды глядя на подругу. Та впала в ступор, пару раз моргнув от непонимания. Шепард действовала наверняка, тыча пальцем в небо. К смерти Марии причастны Фраи, а это означало, что Маршаллы бы не стали распространяться.

– Зеленой?.. Она не любила зеленый, но, кажется, да… Да, к ее руке была привязана какая-то зеленая лента или тряпка. Ее сожгли вместе с… – Дарси запнулась, поджимая подрагивающие губы. – Постой, это здесь вообще при чем?

Выпустив ладони подруги, Дана жестом попросила подождать, чувствуя, как сердце начало биться быстрее. Взгляд судорожно скользил по рассыпанным вещам, которые еще предстояло снова упаковать. Взъерошив волосы на макушке, Дана замерла и кинулась к одной из книг, валяющихся на столе. Перебрав записки, она вытащила окропленный кровью лоскут и сжала его.

– Вот такая? – поинтересовалась она, передавая находку в руки Дарси.

– Д-да, но… я не понимаю.

Дарси пошатнулась и медленно присела на стоящий позади нее стул, рассматривая каждый миллиметр протянутой ей ткани. Пальцы прощупывали материал, как будто пытались действительно найти там какое-то клеймо или потайной знак. Об этом, похоже, знали только Ричард и Клэр и никому не говорили о значении лоскутков. Дарси поджала губы, дрожащей рукой возвращая ткань, и прерывисто всхлипнула, откидываясь на спинку. Старое дерево скрипнуло под ее весом, но осталось стоять.

– То падение в колодец было ловушкой Фрая. На лошади Зака и Оствинде нашли такие лоскутки. Это значит, что на мне метка, как на Марии, и меня могут забрать… Я верю Саймону, Дарси. Он знает, что делать, – негромко проговорила Дана, заламывая пальцы, и опустила взгляд на носки ботинок. – Пожалуйста. Я не прошу тебя мне помогать, но… Просто не говори. Хотя бы до момента, пока мы не уедем.

– Это действительно так необходимо?

– Другого варианта нет, – медленно произнесла Дана, все еще пытаясь придумать хоть какую-то альтернативу, но все рушилось от малейшего сомнения. – Мы вернемся, когда Рик и Клэр все уладят и мое присутствие не будет угрожать городу… И привезем припасы, чтобы Маршалл не бросил меня на корм зараженным или не оглушил своими тирадами.

Негромкий смешок сорвался с губ, и девушки переглянулись. Мимолетное веселье испарилось. Дана плюхнулась на кровать и потерла усталую шею. Дарси притихла и, кажется, передумала бежать к Маршаллам с доносом. Переведя дыхание, Дана повернулась и принялась складывать в рюкзак выпавшие вещи. Время утекало сквозь пальцы. Подняв взгляд к стене, она слегка нахмурилась, замечая, что одной из фотографий нет на месте.

«Упала, наверное. Даже скотч не помогает», – подумала она, мотнув головой, и поднялась на ноги, прислушиваясь к подруге.

Дана плюхнулась на кровать и, уцепившись пальцами за край спинки, потянула ее на себя. Дерево слегка скрипнуло, отодвигаясь и пропуская в щель свет. Что-то тонкое виднелось в самом низу. Полный досады вздох повис в воздухе. Достать быстро не получится. Взгляд поднялся к другим фото, которые все еще крепко держались на прозрачной липкой ленте.

Подцепив пару полароидных снимков, она слегка улыбнулась, рассматривая не слишком четкие, но такие родные лица. Рик, Клэр, Мари, Дарси, Зак… Все они смотрели на нее с неподдельным весельем, обнимая за плечи возле костра, протягивая напитки или принося небольшой тортик со свечкой на день рождения. Лаки всегда был с ней рядом, развалившись кверху брюхом. Дана тепло улыбнулась, проводя подушечками пальцев по выцветающим снимкам, и уложила их в книгу.

Ей бы каждый сказал, что это пустая трата времени, но Дана не могла уйти просто так, без какой-то памяти об этом месте. Она старательно отгоняла навязчивые мысли о том, что больше не сможет сюда вернуться. Уложив книгу в рюкзак, она коснулась подушечками пальцев холодной цепочки с жетонами, которые так же мирно лежали на прикроватной тумбочке. Повертев их в пальцах, Дана накинула цепочку на шею и почувствовала приятный и знакомый холод.

– Я могу чем-то помочь? – тихий голос Дарси отвлек ее от сборов.

– Позаботься о Лаки, хорошо? – попросила Дана, переведя взгляд на уже уснувшего пса. – Никто не должен быть один.

* * *

Дана тихо вышла из дома, закрывая за собой дверь, и медленно спустилась по скрипучим половицам крыльца, чтобы не привлекать к себе большого внимания. В это время в лагере был только патруль у двух входов на случай внезапного вторжения, но после последних событий она не знала, чего ждать. Сердце ухало в груди, казалось, на всю улицу. Пульс шумел в ушах, перекликаясь с едва уловимым шумом ветра, путающегося в ветвях. Дана поправила тяжелый рюкзак за спиной и неторопливым шагом направилась к конюшням. Там они с Саймоном условились встретиться, чтобы поехать дальше.

Ночь окутала город, погружая его улицы в еще большее запустение. В некоторых окнах горели тусклые желтые огни, как крошечные очаги тепла. Один из них погас, погружая еще одно здание во мрак. Все это казалось каким-то чужим. Не доносилось даже разговоров на постах, которые обычно слышались издалека. Поправив лямки рюкзака на плечах, Дана продолжила путь, натянув шапку получше. Руки немного потряхивало, взгляд скользил по сторонам в поисках хоть какого-то движения, но его не было. Она еще никогда не чувствовала себя настолько чужой в этом месте.

Пройдя вдоль главной улицы, она остановилась рядом со входом в конюшню. Дверь была слегка приоткрыта, внутри слышались шорохи и стук копыт по древесному полу. Дана медлила, чувствуя напряжение каждой клеточкой. Подцепив пальцами в перчатках толстое дерево, она потянула на себя дверь и прошла внутрь. Знакомый запах навоза и прелого сена даже немного успокаивал. Глаза еще несколько мгновений привыкали к темноте. В отдалении, рядом с двумя оседланными лошадьми, стояла спрятанная в полумраке фигура. С облегчением выдохнув, Дана подошла ближе, осматриваясь.