плечами. — Понятия не имею. Но судя по отношению местных, жарта избегают все, кроме Иоланы. Она отдаёт его жиличке, которая обитает у нее на чердаке. Та делает какую-то настойку, которую пьёт, чтобы войти в магический транс.

Я нахмурился. — У тётки Улимы живёт эльфийская женщина?

— Да нет, конечно! — Отмахнулся Кирэль. — Ромарка.

Видя, что я по-прежнему жду объяснений, он проворчал. — Ясноокая, дай мне сил, и этого не помнит. Ромары — обычные обманщики, попрошайки и скитальцы. Никакой от них пользы, беспокойство одно. А у Иоланы обитает просто разряженная старуха, которая считает, что обладает даром предвидения.

В общем, напьётся разной дряни до особого состояния и гадает на картах.

Я рассмеялся такому простому, но крайне жизненному определению. — Будто эльфы не гадают.

— Ну мы же не сумасшедшие. — Казалось, Кирэль даже обиделся. — Для предсказаний у нас есть оракул, в ледниках Симкхое. Будущее и судьбы мира — это его забота. А вот в карты эльфы играют.

— И ты тоже? — Поддел я приятеля.

Кирэль огляделся по сторонам и кивнул. — Только Кайвину не говори. Культ ясноокой Иллувала запрещает подобные увеселения, не к лицу они возвышенным существам вроде нас. — Он весело подмигнул. — Но уж больно этот нолгорский фирст затягивает. Быстрые партии и всего один шанс обыграть соперника. Название, собственно, так и переводится на человеческий — «шанс». Вот и режемся втихую. — Он заговорщически поиграл бровями.

Я вновь рассмеялся и спросил, возвращаясь к изначальной теме:

— А вам эта жиличка с чердака тоже гадала?

— Да. — Кирэль скептически скривил рот. — Несла полную чушь, о том, что я вскоре стану капитаном королевской гвардии. — Он с улыбкой покачал головой. — Где я и где гвардия. Туда берут только арханди. Благородных по праву крови и рождения. И плевать всем на твои военные качества. — Кирэль досадливо дернул уголком рта и продолжил:

— А Кайвину обещала встречу с самой богиней.

Здесь мы оба заулыбались абсурдности данного обещания.

До берега было рукой подать, но облегчение я почувствовал лишь тогда, когда добыча оказалась на песке. Мы дружно опустились рядом, чтобы отдышаться.

— Когда эльфы ловят рыбу, они не причиняют ей вреда. — С сожалением выдохнул Кирэль, освободив первого крупного жарта. Черного и ершистого. Он осторожно передал его мне. — Отпусти в море, от греха подальше.

Я послушно отнес извивающуюся рыбу в воду. — А как эльфы это делают? — Мигом заинтересовался новой информацией из моего родного мира.

— Магией, конечно. — Кирэль пожал плечами. — Как же ещё?

Новая партия освобождённой рыбы перекочевала из моих рук в высокую корзину.

— Покажешь? — С энтузиазмом спросил я приятеля.

Кирэль в этот момент выуживавший горсть мелкой серебрянки, сочувственно взглянул на меня. — Что, даже это не помнишь?

— Увы. — Я развёл руками.

— М-да... Клянусь ясноокой, когда-нибудь я перестану этому удивляться. Он почесал затылок. — Ладно. Покажу. Не велика наука.

Аккуратно, избегая повреждений, Кирэль отправил в корзину очередную рыбную порцию и поднялся. — Идем.

Мы вновь погрузились в воду, на этот раз практически по пояс. Кирэль повернулся лицом к далекому горизонту и замер, опустив ладони на переливчатую гладь. Прикрыл глаза. Пошевелил пальцами. По воде растеклись тонкие светящиеся ниточки. Мерцая и будто вибрируя, они стали потихоньку собираться в замысловатый узор, повинуясь движениям пальцев.

В моменте Кирэль встряхнул кисти — и о чудо! Из недр морской пучины прямо к нему приплыл небольшой косяк серебрянки. Кирэль поболтал руками, разгоняя рыбок, и обернулся. — Теперь твоя очередь. Давай, опусти руки в воду и закрой глаза.

Я послушно замер, ожидая дальнейших инструкций.

— Твоя задача — создать в воде вибрации, привлекающие рыб. Это магия на стыке бытовой Лайтелин и стихийной Эльмаин. Их просто нужно правильно сплести.

Я нервно хихикнул. На что Кирэль заявил менторским тоном: — Здесь нет ничего сложного, даже ребенок справится. Главное — расслабиться.

Вот с последним как раз было сложно. Особенно в моменты, когда прохладные волны обнимали живот.

— Представь, как по твоим рукам течёт теплая светлая энергия. Она рождается в сердце и плавно стекает с кончиков пальцев. — Продолжал напутствовать Кирэль. — Доверься ей, позволь вести себя. Собери вокруг энергию воды, добавь желание призвать необходимое, немного чувства обладания, подчинения, затем добавь спокойствие и силу. Как только почувствуешь лёгкое покалывание, начинай плести всё, что успел ощутить и призвать. Ниточку к ниточке.

Я вновь прислушался к себе. Теплые волны, идущие ко мне и от меня, действительно стали ощущаться более явственно. В теле разлилась приятная истома, а кончики пальцев на руках и ногах мелко закололо. Я будто наяву ощущал присутствие тонких податливых нитей в моих руках. Неспешно шевеля пальцами, я словно плёл косу из мягких шелковых прядей. С каждым новым витком мощь и свечение нарастали.

Моя энергия резонировала с водой, создавая вполне ощутимую вибрацию вокруг. Внезапно моей руки коснулось что-то твердое и прохладное. А потом ещё и ещё. Я распахнул глаза, ожидая увидеть целый рыбий гарнизон, и разочарованно вздохнул. Рядом с моей ладонью описывала круги всего одна небольшая рыбка с длинным вуалевым хвостом. Ее полупрозрачные чешуйки искрились голубоватым таинственным светом. — Я так старался, а приплыла только ты, малышка. — Протянул руку, и рыбка охотно подплыла ближе.

— Ничего себе, только! — Присвистнул Кирэль. — Знаешь, кого ты приманил, хитрый Лис? Это же хрустальный лазарь!

Он понизил голос до шепота. — Редкая удача! Слышал, такие есть только во дворце амана Тхозаира. Потому как другим поймать их не под силу.

Я сгреб малютку в горсть. На ощупь она оказалась очень твердой, будто и правда из хрусталя. Осторожно погладил гостью по спине. Глаза у рыбешки были большими, круглыми и внезапно голубыми. Не ожидающими подвоха или опасности. — Совсем как у Шарин. — Нечаянно подумал я. Рыбка и правда чем-то напоминала принцессу. Маленькая и любопытная. Не хватало только косы.

— Что вы там нашли?! — Крикнула с берега Улима, обнимая целый ворох каких-то жёлтых лопухов.

От неожиданности я выронил маленькую гостью. Лишь на ладони осталось несколько блестящих чешуек. Я сжал их в кулаке.

— Отто поймал лазаря. — Восхищённо возвестил Кирэль, когда мы оба мокрые и довольные выбрались на берег.

— Какого ещё лазаря? — Нахмурилась Улима.

Я показал ей чешуйки. — Лазорька у нас уже больше сорока лет не водится. — Заметила подкравшаяся тётка Иолана. — Ты, ветреник, оказывается, счастливчик.

— Лазорька значит... — Мысленно повторил я, завороженно пялясь на мерцающие кусочки чешуи, отдавая себе отчет, что у Шарин теперь появилось новое прозвище.

Неожиданно моё запястье обхватила довольно жёсткая, смуглая рука с длинными неухоженными ногтями. Кривые пальцы бесцеремонно стряхнули чешуйки к себе на ладонь, вырвав меня из задумчивости.

— Дай-ка сюда. Проскрипел незнакомый