маленький, все друг друга знают. Слух разойдётся быстро.

Так что и Игорь Николаевич быстро узнает, кто поставил его на место.

Пусть скажет спасибо, что я не действую иначе.

Пока что.

Потому что если я найду доказательства того, что именно Вяземский оболгал мою сестру — ему несдобровать…

Российская империя, пригород Новосибирска, трасса М-52

Колонна шла без опознавательных знаков.

Четыре фуры с наглухо закрытыми кузовами, два внедорожника спереди и один сзади. Никаких логотипов, никаких маркировок — обычные, казалось бы, грузовики, каких сотни на трассе.

Капитан Соловьёв сидел на переднем сиденье головного внедорожника и смотрел на дорогу. Он получил приказ от графа Кутайсова встретить товар у грузового портала и безопасно доставить до склада Серебровых.

В городе за ними следили, но потом отстали. И это значило только одно — наблюдатели выяснили, куда они направляются, и теперь их ждёт засада.

На двенадцатом километре за городской чертой трасса на несколько километров уходила в лесной массив.

— Щиты активировать. Всем подразделениям — максимальная готовность, — приказал Соловьёв рацию.

— Так точно, командир.

— Щиты поставлены!

Капитан взглянул в зеркало заднего вида и убедился, что грузовики и машины сопровождения окружили артефактные барьеры.

И в следующую секунду на них напали.

Откуда-то из темноты ударили пулемёты, по фурам хлестнули огненные заклинания. Щиты, ещё не успевшие набрать полную мощность, ярко вспыхнули.

— Действуем по плану! — рявкнул капитан в рацию.

Фуры прибавили газу, одна машина сопровождения осталась с ними. Остальные две резко остановились, и бойцы высыпали наружу, с ходу открывая ответный огонь.

Гвардейцы Кутайсова были подготовлены лучше большинства частных гвардий Российской империи. Не говоря уж о том, что они имели немалый опыт — буквально три года назад род Кутайсовых участвовал в войне с другим родом и одержал разгромную победу. Которая, впрочем, далась им не так уж легко.

Кем бы ни были нападавшие, с таким противником они точно никогда не сталкивались.

Гвардейцы активировали артефакты и накрыли лес залпом боевых и оглушающих заклинаний. Пока дезориентированный враг приходил в себя, сократили дистанцию.

Мага противников устранили почти сразу. Остальные быстро поняли, что дело пахнет жареным, и попытались уйти.

Не тут-то было.

Штатный призыватель гвардии вызвал духов, которые атаковали врагов с тыла. Одновременно остальные бойцы замкнули кольцо и нападавших безжалостно ликвидировали.

Таков был приказ. Всё равно это либо наёмники, либо бандиты, и вряд ли расскажут что-то полезное.

— Второй, я командир. Как там у вас? — спросил Соловьёв в рацию.

— Всё в порядке, едем. А у вас?

— В порядке. Задача выполнена. Притормозите, мы вас догоним.

— Так точно.

Бойцы расселись по машинам и тронулись. Ещё через полтора часа фуры въехали на склад, где их уже ждали люди Серебровых.

Вот и всё. Кто бы ни пытался им помешать — у него не получилось.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Я посмотрел на цифры в отчёте и усмехнулся.

Надо же. Кто бы мог подумать, что всё это окажется ещё и так выгодно.

Прошла неделя с момента моего разговора с фон Мондом — и теперь рынок нулевой воды в княжестве полностью насыщен. Акванейтраль разошлась быстрее, чем я рассчитывал. Рода, которые неделю назад переплачивали втридорога или вовсе не могли достать нужный товар, теперь стремились пополнить склады, и мы получали отличную прибыль.

Вяземский, судя по всему, уже понял, что проиграл. Объявить себя спасителем, когда спасать уже некого — это не триумф, это конфуз.

Люди Кутайсова справились отлично и устранили наёмников, которых послали перехватить груз. А я публично объявил, что именно он помог обеспечить безопасность груза, несмотря на нападение.

Я также не стал стесняться и сказал, что дефицит был организован намеренно, с целью политических манипуляций. Хотя все, кому товар был нужен, и так были в курсе этого — но не помешает, чтобы узнала и широкая общественность.

Обвинять напрямую Вяземского я не стал, но велел Васе с Ефимом запустить слухи в соцсетях и через жёлтую прессу. Пусть Игорь Николаевич почувствует на себе, что это такое — когда тебя поливают грязью.

Мне постоянно звонили с благодарностями главы родов, которые задыхались без нулевой воды. Один пожилой барон минут десять не мог остановиться и в конце концов сказал, что его род на выборах поддержит того, кого поддержу я.

Вася заглянул ко мне в обед с довольным видом.

— Рейтинг Кутайсова опять пошёл вверх, ваше сиятельство. Причём серьёзно — аналитики говорят, что это лучший его показатель за всю кампанию.

— Хорошо, — кивнул я.

— А Вяземский сегодня утром всё-таки выступил с заявлением про дефицит. Сказал, что работает над решением проблемы.

— Поздновато, — заметил я.

— Немного, — рассмеялся Василий.

Российская империя, город Новосибирск, офис предвыборного штаба графа Мамонтова

Реммер вошёл без стука и сел напротив Мамонтова, положив на стол папку.

— Марк Андреевич, у меня есть предложение, — сказал он без предисловий.

Мамонтов отложил бумаги и посмотрел на него.

Реммер был неприятным человеком — это Марк Андреевич признал давно. Мелкий, вёрткий, с бегающими глазами и привычкой говорить так тихо, что приходилось прислушиваться. Он имел неоднозначную репутацию, но в то же время иметь с ним дело было выгодно — Мамонтов знал это не понаслышке, поскольку пять лет назад они провернули одно совместное дельце.

— Слушаю, — буркнул Марк Андреевич.

— Как вы смотрите на то, чтобы мы помогли вам с победой в выборах?

— Мы — это кто?

Эдвард Максимович улыбнулся и раскрыл папку.

— Я. Барон Тучков. И барон Грязнов, как ни странно, — он поочерёдно выложил на стол несколько бумаг.

Мамонтов фыркнул:

— Грязнов! Как же, поможет он мне… О чём вы вообще говорите?

— А вы взгляните на документы, — продолжал улыбаться Реммер.

Мамонтов посмотрел, и его брови невольно дёрнулись вверх.

— Вы готовы продать мне свои голоса? — спросил он.

— Именно так. Точнее, мы поддержим того кандидата, кто готов заплатить больше. Кроме того, после вашей победы мы трое хотим получить землю. Желательно в пределах города, чтобы построить там парочку многоквартирных домов. Вы деловой человек, Марк Андреевич, поэтому я говорю как есть.

— Сколько?

Реммер ответил. Мамонтов поморщился — он понимал, что такое не может стоить дешёво, но сумма напугала даже его.

— В целом, приемлемо, — пробормотал он.

Эдвард Максимович вновь улыбнулся.

— Приятно иметь с вами дело, Марк Андреевич. Детали мы сообщим позже. И