своими руками его погублю-ю… — женщина в отчаянии всплеснула руками и заплакала в голос.

— Ну ладно тебе, — робко проговорил Ти́хо. — Не нужно расстраиваться. Не пускай Маральду в поход и всё.

— Тебе легко говорить, — сквозь слёзы пробурчала женщина. — Она же всё делает по-своему. Я и раньше не могла с ней справиться. Ориф потому и находился со мной, чтобы контролировать человека. А теперь я беспомощна…

И Кастинда разревелась не на шутку.

— Пойдём, — Хо взял руку напарника. — Ей надо побыть одной. Мы всё равно не можем её утешить.

— Постой, Хо, у меня есть к ней ещё вопрос, — и Ти́хо снова обратился к женщине: — Кастинда, можешь перестать плакать всего на минутку? Потом продолжишь, хорошо?

— За-а-чем? — всхлипывая, выдавила из себя женщина.

— Мне нужно тебя спросить кое-о-чём.

— Спрашивай, — Кастинда шумно шмыгнула носом.

— Ты можешь показать нам судебный маршрут Маральды?

— С чего вдруг?

— Напарник, ты гений! — воскликнул Хо. — Давайте посмотрим, что ждёт Маральду. Мы можем попытаться изменить её будущее, если всё плохо. Кастинда, ты же не хочешь её потерять?

— Запрещено менять будущее человека. Вы хотите сделать меня преступницей? Вы в своём уме?

— Слушай, Кастинда, — Хо говорил понизив голос, придав ему убеждающе-ласковый тон. — Преступниками будем мы. А ты сделаешь вид, что не причём. Можешь даже не смотреть в судебный маршрут, чтобы не расстраиваться.

Женщина так долго пристально смотрела на детектива, что слёзы в её глазах высохли.

— Ты так мило убеждаешь, — проговорила она удивлённо, — что я тебе верю. Я привыкла доверять своему сердцу. Надеюсь, оно не заразилось моей неудачей.

— Ты ничем не рискуешь, — настаивал Ти́хо.

— Хорошо, я согласна. Но я не хочу даже знать, что вы увидите. Я вас оставлю.

Женщина направилась к выходу.

— А где свиток? — забеспокоился Хо.

— Там, в столе.

И женская душа Маральды исчезла.

Оба бросились к игровому столу за свитком. Поиски были недолгими. Ти́хо обнаружил тайник и вскоре их глазам из стола выдвинулся небольшой ящичек, на дне которого находился запечатанный свиток.

— Интересно, почему он запечатан? — заинтересованно спросил Хо. — Похоже, Кастинда настолько труслива, что побоялась в него заглянуть, — предположил Ти́хо.

Хо вынул свиток и печать вдруг отвалилась.

— Что это значит? — Хо, недоумевая, переглянулся с напарником.

— Фальшивая печать? Может проделки Орифа? — неуверенно произнёс тот.

— Он был настолько уверен, что Кастинда не притронется судебному маршруту, что не потрудился закрепить печать как следует.

— Или думал, что задержится ненадолго.

Хо развернул свиток. Жизнь Маральды предстала перед его глазами во всём своем многообразии. Вот она шестилетняя девочка, бегающая за собакой по двору. В тринадцать родители отправили её в военную академию Японии. В восемнадцать родители погибают во время кругосветного путешествия на яхте. Ей сообщат, что это было убийство. Юная Маральда с ещё большим усердием оттачивает боевые искусства самураев, причём между учёбой выясняет отношения со сверстниками. Ей пришлось притвориться парнем, поскольку на учебу выше пятого уровня в военной академии девочек не брали. Постоянные конфликты закалили характер девушки, превратив её в хорошо тренированного бойца. Она без жалости расправлялась с обидчиками, оставляя им на память сломанные носы, конечности и рёбра. Потом была Полицейская Академия. Поиск убийц родителей. Состоявшаяся месть. Бывшие компаньоны отца решили избавиться от него и прибрать строительный бизнес к своим рукам. Нет, Маральда не стала лишать их жизни, но она сделала так, что те пожалели, что не придали значения её существованию. Сейчас они сидели в тюрьме, а бизнес перешёл в её руки, как наследнице. Его она вскоре продала, чем обеспечила себе вполне обеспеченную жизнь.

— Ух, ты, она ещё и тренер по карате, — с искренним восхищением проговорил Хо, узнав про организованный ею клуб для молодёжи.

А так же он вскоре узнал, что она имела первую степень по выживанию в джунглях, вторую в Антарктиде, была превосходным дайвером и обладала навыками второй степени по скалолазанию.

— Ти́хо, а этот Ориф всерьёз над ней поиздевался. Теперь понятно, почему она такая… — Хо задумался, подбирая подходящее слово. И нашёл: — Трудная.

— Что у неё в будущем? — оно больше всего интересовало напарника.

Хо нашёл момент, где она разговаривает с ним о походе к драко, из-за которого Хо выставил её за дверь.

— Так… так… Вот нашёл, — детектив увеличил нужный момент. — Она уходит без нас. Прихватывает с собой самурайский меч, садится в поезд. И… засыпает. Её находят люди, отбирают оружие, засовывают в клетку. Мимо ходят драко. Она кажется им привлекательной. М-да… итог предсказуемый. Но она сражалась за жизнь до последнего и даже вырвала одному из драко глаз.

Оба задумчиво посмотрели друг на друга.

— Ориф не мог не знать, какой финал её ждёт, — понимал Ти́хо. — может он просто решил её бросить, как безнадёжную? Как инструмент от которого больше нет пользы?

— Ангелы бывают такие жестокие? — спросил Хо.

— Они как люди. Вы наше отражение, которое может влиять на материальный мир.

Хо свернул свиток, затем после некоторых усилий ему удалось прикрепить на него печать, после этого он вернул документ в тайник.

— Что будем делать? — поинтересовался Ти́хо. — Маральда вряд ли откажется от своей идеи.

— И не сомневаюсь. Вернёмся в яблоневый сад. У меня появилась гениальная мысль. Нужно поговорить с Энариэлем.

* * *

— Хо, Хо, проснись, — кто-то настойчиво будил детектива и тряс его за плечо. И голос будившего казался знакомым, но Хо никак не мог его вспомнить. В голове росло необъяснимое напряжение, которое внезапно с громким хлопком лопнуло, и Хо с вытаращенными в испуге глазами резко сел. На него смотрел Ланферд. Парень был сильно чем-то взволнован. Но то, что он находился в чёрных очках, озадачило Хо. Почему он прятал глаза? Он даже сердиться на парня перестал.

— Что случилось?

— Ужас какой-то!

— Э… ты с этим словом поаккуратнее, — поспешил предупредить Хо.

— Тогда… — на пару секунд Ланферд призадумался. — Кошмар! Караул!. Апокалипсис!!!

— Да, ладно… Президент Федерации что ли скончался, пока я спал? Хотя молодой ещё…

— Хуже! Что-то непонятное происходит. Верон попал в больницу, а Фарий застрял в лифте. Аурэйя прислала мне рисунки. Вот смотри, — парень подал шефу голоктер, который притащил специально до того, как начать его будить.

Остатки сонливости мгновенно исчезли, когда Хо посмотрел на рисунки. На первом были перебинтованные люди, на втором падающие с неба кирпичи, а на третьем…

— Он был белый, я расшифровал, — поспешил пояснить Ланферд.

На нём Хо узнал Фария в инвалидном кресле.

— Что с Вероном?

— Я пытался связаться, но не смог. Решил тебе сообщить, но, чувствую, неприятности не только с нами происходят.

— А с тобой-то что? — шеф внимательно