Такие мысли часто посещали его, особенно, когда выпивал. Столько лет прошло с тех пор, как мы избавились от Веры. Давно уже пора выдохнуть и наслаждаться жизнью. Мы по-прежнему на коне. Да, у меня сейчас есть кое-какие денежные трудности, но это временно. Дождусь возвращения Алины и сразу решу этот вопрос.

В приемной раздаются шаги, в следующую секунду в мой кабинет без стука входят сотрудники полиции и один из них сует мне в лицо удостоверение.

— Романо́вич Илья Александрович?

— Да... — непонимающе смотрю на него, медленно поднимаюсь с кресла. — А что, собственно, происходит?

— Вы задержаны, — неожиданно входит в кабинет Денис.

Я окончательно перестаю соображать. Это что, какая-то подстава с его домом? Голову стремительно атакуют мысли о том, что Алина провернула с ним какую-то незаконную сделку, и теперь меня хотят обвинить в этом. Это единственное, что приходит на ум. Иначе что здесь делать человеку, у которого я недавно хотел купить дом?

Сотрудник полиции озвучивает статьи, по которым меня хотят задержать, и мои брови взлетают на лоб.

— В организации похищения человека? В незаконном лишении свободы? Вы меня с кем-то путаете!

Неужели это тоже дело рук Алины?.. Она что, с катушек слетела?

— Можно поинтересоваться, кого же я похитил? — нервно усмехаюсь.

Чувствую‚ как лицо и шея начинают покрываться пятнами, что обычно происходит при стрессе.

— Собственную жену, — пристально смотрит на меня Денис.

Значит, Алина их на меня натравила. Видимо, мало ей моих денег. Теперь хочет упрятать меня за решетку и ради этого подготовила очередную подставу. Еще и на Дениса вышла, потому что знает, какие у него связи. Точно умом тронулась.

— Моя жена жива-здорова, ее никто не похищал, — заявляю я. — Она несколько дней отсутствовала в Москве, так как ездила в другой город, чтобы навестить отца. Это очень легко проверить. На данный момент она возвращается обратно в Моск... — вижу, как в кабинет входит Алина, и замолкаю на полуслове.

— Ты все верно сказал. Как видишь, я уже вернулась. Только... — прищуривается, с ненавистью глядя на меня, — речь идет не обо мне, — низким голосом произносит она, и в кабинет входит... Вера.

Дальше все происходит как в замедленной съемке. Пытаюсь сфокусировать на ней взгляд, но в глазах все двоится. Ноги резко слабеют, я оседаю в кресло и чувствую, как сжимается сердце — вот-вот случится инфаркт. Этого быть не может. Нет-нет... Это... это невозможно! Она мертва. От нее избавились!

До последнего надеюсь, что мне снится кошмарный сон, что я сейчас проснусь, но... сквозь гул в ушах слышу ее голос:

— Не ожидал, что я воскресну?

Каждый ее шаг ударяет по вискам. Ее взгляд пронизывает насквозь. Она останавливается рядом со мной, смотрит в глаза, медленно сжимает руки в кулаки.

— Что с лицом? — тихо спрашивает. — Не рад, что я наконец-то доплыла до берега и вернулась к тебе? Ты выглядел гораздо счастливее, когда вез меня отмечать годовщину свадьбы.

Я даже не успеваю издать звук, как она впивается ногтями в мою шею и сжимает ее.

— Мра-а-азь, — хрипло протягивает, испепеляя меня взглядом. — Подлая мразь, отнявшая у меня десять лет жизни. Десять лет я горела в аду, пока ты наслаждался свободой. Десять лет я не видела свою дочь, — цедит сквозь зубы. — Десять лет она оплакивала меня, но ты и ее не пощадил.

Резко перемещает руку на мое лицо, давит пальцами на скулы, сжимает губы и смотрит на меня так словно в ее голове сейчас только одна мысль: сломать мне череп.

— Ты за всё-ё-ё ответишь, тварь. И за меня, и за Кристину, — сильнее надавливает на лицевые кости, рывком отпускает меня и выпрямляется. — Настала твоя очередь гореть в аду. Тебе повезет, если выберешься из него живым.

В кабинете гробовая тишина. Слышно только биение моего сердца. Алина сверлит меня взглядом, Яна испуганно таращится то на меня, то на сотрудников полиции.

Тишину снова нарушает голос Веры — на этот раз громкий и решительный:

— Можете его забирать!

Глава 40

 

Алина

 

Мы едем к Денису. Вера сидит рядом со мной на заднем сиденье — с каменным лицом. Она все еще не может отойти от встречи с животным, которое бросило ее в закрытую клинику, оставив там медленно умирать.

— Я готова была задушить его прямо на месте, — ледяным тоном произносит она.— Но не хочется сидеть в тюрьме из-за этого ничтожества.

— Теперь набери полную грудь воздуха и выдохни, — беру ее за руку. — Ему уже никуда не деться. Он ответит за все, что с тобой сделал. Переключись на мысль о том, что ты вот-вот увидишься с дочкой.

Вера поджимает губы и устремляет на меня мокрый взгляд.

— У меня от этой мысли сердце замирает, Алин... Я наконец-то обниму свою девочку, — шепчет сквозь слезы и показывает мурашки на руке.

Мы решили поступить следующим образом: сейчас отвезем Веру к Денису, заберем Кристину из школы — там как раз рядышком, я подготовлю ее к встрече с мамой. И мы пойдем к ней.

Кристина сейчас сидит на последнем уроке и даже не догадывается о том, что мама, которую она столько лет считала погибшей, уже здесь, в Москве. Наверное, думает, что я встречу ее из школы и мы как обычно поедем домой, по пути купив вкусняшек на вечер.

— Я не понимаю, как он мог променять тебя на эту... как ее зовут? — уточняет Вера.

— Яна.

— И что он нашел в этой Яне? Как можно было уйти от тебя к ней?

— Слава богу, что ушел, — могу смело заявить об этом. — Иначе жила бы с ним дальше, не подозревая о том, что он за человек на самом деле.

— Кто знает, Алин, — горько усмехается Вера, — возможно, он бы и от тебя рано или поздно захотел избавиться. Тебе повезло, что он не отнял у тебя жизнь из-за этих денег.

— Согласна, — киваю я и прерывисто вздыхаю. — Хорошо, что мы успели вовремя. Денис, — обращаюсь к нему, — не знаю, что бы мы без тебя делали. Считаю настоящим чудом то, что мы обе сейчас находимся в твоей машине живые и невредимые.

— В этом и твоя большая заслуга, —