в войсках не случилось, не слышал он истошных криков о высадке очередного «десанта», как частенько происходило в прошлый раз. Пытались, конечно, только к паникерам относились как к првокаторам и расстреливали на месте без всякого суда. И это жестокая необходимость — только так можно было удержать дисциплину. Сейчас у высшего комсостава практически не проявлялась нервозность, что «обошли» или «отрезали», а тем более «окружили» — собственных танков вполне хватало, как и противотанковых средств. ПТР появятся, но уже не как оружие «отчаяния» — в дивизиях остается по штату три дюжины сорокапяток, вдвое больше, чем по сокращенным, тем самым июльским нормам. И производство этих пушек не остановили перед самой войной, сократили, но не прекратили — сдали где-то девятьсот пушек, не считая башенных вариантов для Т-26 и БА-10. И сейчас выпуск значительно возрос — у него имелись сводки за июль и август — две с половиной сотни и более шестисот. Грубо прикидывая, хватит на укомплектование двадцати пяти дивизий по полному штату, хотя и урезанному на дивизион. Само производство к зиме выйдет до уровня в полторы тысячи «сорокапяток» ежемесячно — и вот этого количества хватит для боевых действий высокой интенсивности с избытком.

Но ведь танки противника не только этими пушками поражаются — к двум тысячам имеющихся в войсках УСВ, выпуск которых опять же не остановили, произведут к новому году еще тысячи четыре этих 76 мм дивизионных пушек. Да конструктор Василий Грабин уже представил ее упрощенный вариант на облегченном лафете с дульным тормозом — ту самую знаменитую ЗИС-3, которую Сталин назовет «шедевром». Так что нет нужды отчаянно выпускать противотанковые ружья, в качестве дополнения к огневым средствам батальона они подойдут, а в каждом полку еще есть дюжина сорокапяток, плюс отдельный дивизион, хотя уже далеко не в каждой дивизии. Дело в том, что тягачи «комсомолец» вместе с этими пушками изымались, и передавались в кавалерийские дивизии, а также в противотанковые бригады и полки, общее число которых на фронте стремительно возрастало. Но зато в каждой дивизии один из дивизионов пушечного артполка с УСВ мог использоваться как противотанковая артиллерия, гарантированно вышибающая любой тип вражеской бронетехники — и так будет, пока не появятся «тигры». И еще раз взглянув на колонки цифр, Василий Иванович прошептал:

— А ведь пока немцы силу не набрали, можно и ударить…

Вплоть до середины лета 1942 года только 88 мм зенитное орудие могло эффективно поражать любые советские танки. Немцев спасало только одно — слишком поздно их противники сообразили, что атаку танков должна сопровождать артиллерия, выносящая вот такие хорошо видимые огромных размеров «сараи» с пути наступающих…

Глава 42

— Андрей Иванович, у нас достаточно сил для успешного контрудара.

Кузнецов посмотрел на командующего Центральным фронтом генерал-полковника Еременко — у того на красных петлицах золотились по четыре звездочки, наподобие латинской буквы «Y». Все же дождался нового звания, Сталин принял во внимание достигнутые успехи, которые заключались в отсутствии поражений. Хотя разбить «подлеца Гудериана» дважды не удалось, несмотря на обещания, впрочем, и «отец панцерваффе» не одержал убедительных побед, несмотря на наступивший второй день сентября. Прошлый раз немцы были за Смоленском, практически блокировали Ленинград, начали окружение советских войск под Киевом — добились грандиозных успехов, пленив в огромных котлах под Белостоком, Минском и Уманью более полумиллиона красноармейцев. Только сейчас ничего подобного не произошло — вовремя проведенное отступление от приграничных рубежей, со своевременным подходом армий «второго стратегического эшелона» совершенно изменило ход злосчастной тогда войны.

У того же Еременко сейчас в подчинении пять армий — все четыре из состава предвоенного ЗОВО, и сформированная на Пинском направлении 30-я армия. В осажденном Гродно его 3-я армия, «коридор» к ней будут пробивать 13-я от Лиды и 10-я от Новогрудка армии. И в не разгромленном состоянии, вполне укомплектованные по штатам, по десятку стрелковых дивизий в каждой, с приданными танковыми бригадами и кавалерией. А вот 4-я армия генерал-лейтенанта Чуйкова, отлично показавшая себя в первый месяц войны (вот кто на самом деле остановил Гудериана), должна была нанести вспомогательный удар наискосок, заходя с юго-востока на Волковыск.

— Много лесов и болот, устойчивый фронт немцы не создали — в составе их 4-й армии полтора десятка дивизий. Осадой Гродно занимается 2-я полевая армия, в ней порядка семи-восьми дивизий пехоты, возможно, что-то выделено в резерв, два-три соединения. А вот 2-я танковая группа Гудериана непонятно куда девалась, хотя оживленные железнодорожные перевозки на Ковель означают, что она может «вынырнуть» на киевском направлении. Для прорыва к Днепру одной танковой группы маловато, нужны две. Тем лучше — иначе я бы сам засомневался в успехе операции.

Кузнецов поморщился — боль отдалась в ноге, он ходил с трудом, ковыляя, каждый шаг вызывал чуть ли не слезы на глазах. Но стоически терпел — ничего другого ему не оставалось.

— Западный фронт нанесет главный удар — у Жукова четыре армии, и наступление на Вильно пойдет концентрически, с четырех направлений. На свенцянском направлении 22-я армия Ершакова, от Вилейки и Молодечно сосредоточенная две недели тому назад свежая 24-я армия из состава Резервного фронта. От Малой Березины и Лиды 20-я и 21-я армия. Весь расчет построен на том, что где-то немцы дадут слабину, и можно будет устроить прорыв в глубину. Для развития успеха у Георгия Константиновича четыре механизированных и три кавалерийских корпуса, кроме того Ставка может передать соединения оставшихся трех армий маршала Кулика. У немцев оборону держит 9-я армия — десяток дивизий, может чуть больше, но под Вильно в резерве 3-я танковая группа Гота — порядка семи «подвижных» дивизий.

Кузнецов сделал паузу, еще раз посмотрев на карту — против примерно сорока соединений группы армий «Центр» в составе трех фронтов имелось свыше сотни стрелковых дивизий, подкрепленных пятью механизированными и тремя кавалерийскими корпусами, плюс два десятка отдельных танковых бригад. По замыслу Ставки этих сил должно было хватить для выхода на «новую» границу на всем ее протяжении.

Северо-Западный фронт генерал-полковника Кузнецова имел внушительные силы — подошла резервная 25-я армия, которую не перебрасывали на Дальний Восток, и подкрепившая с тыла 8-ю, 27-ю и 11-ю армии. В Пскове находилась в резерве 34-я армия, свежая, недавно сформированная, дивизии из ее состава начали погрузку в эшелоны. Все вместе взятое составило внушительную силу фронта из сорока трех стрелковых и четырех кавалерийских дивизий, 1-го и 3-го механизированных корпусов. А также несколько отдельных танковых бригад,