Битти, которая взяла бессрочный отпуск, чтобы разыскать Недду — девочку, пропавшую много лет назад.

Битти ничего не ответила.

— Я настояла, чтобы тест проводил независимый эксперт. Лейтенант Коффи сказал, что я не смогу находиться в комнате во время процедуры, но, думаю, у меня получится его переубедить, — Битти села за стол, взяла вилку и стала размахивать ею, как дирижерской палочкой. — Правильно рассчитать время — самое важное в переговорах. Мы займем оборонительную позицию…

— Нет, Битти. Лучше я пройду через это одна, — Недда убрала чайник с огня заранее, чтобы его свист не испугал племянницу. — Потом я хотела заехать в несколько агентств по недвижимости, — она села за стол и развернула газету на странице объявлений о продаже недвижимости. Некоторые были обведены синей ручкой. — Хочу подыскать себе жилье в другой части города. Думаю, Клео и Лайонелу это понравится.

— Но это же твой дом. Нет, тетя Недда. Это я во всем виновата. Я вас огорчаю. Сначала эта сцена во время обеда, затем — прошлая ночь. Мне так жаль. Вы не можете уехать. Вы же любите этот дом.

Да, она любила его. Но дом не любил никого, больше не любил. Дом был печален, безумен и смертельно ранен любовью.

— Мое решение никак не связано с тобой, Битти. — Недда потянулась к Битти и накрыла руку Битти ладонью: — Ты можешь переехать ко мне, если хочешь. Пусть мой дом станет ступенькой на пути к твоему собственному. Ты не можешь всю жизнь оставаться с матерью.

Лицо Битти стало печальным, и Недда поняла, что коснулась очередной болезненной темы. Никто, кроме Недды, не подозревал, насколько сложен внутренний мир Битти. Иногда во время разговора с племянницей у нее возникало ощущение, что она ходит по лабиринту, где полно тупиков. Недда старалась избегать любых тем, которые могли причинить Битти боль. И теперь она свернула газету и положила ее на колени, подальше от глаз Битти.

Детективы неспешно позавтракали в больничном буфете, пытаясь найти подходящее объяснение одному непростому моменту в деле — вчерашнему поведению Мэллори и размахиванию пистолетом в Центральном парке.

Они прошли в маленькую темную комнату. Лечащий врач Джошуа Эдисона включил подсветку экрана, чтобы рассмотреть рентгеновский снимок. На снимке была заметна кривая линия.

— Определенно сотрясение. Поэтому он не может ответить, что именно произошло перед тем, как он потерял сознание. Судя по ране, кто-то его ударил…

— Камнем? — подсказала Мэллори, подняв пластиковый пакет с вышеозначенным камнем, покрытым красными пятнами. — Как этот? Камень лежал у него под головой, — она улыбнулась и посмотрела на доктора с надеждой. Можно подумать, его мнение имело для нее значение. — Или вы полагаете, что он мог упасть и удариться?

— Да, вероятно, — ответил врач, молодой и неопытный в вопросах судебной экспертизы. И он никогда раньше не сталкивался с Мэллори. — Несчастный случай.

Райкера потрясло, насколько реалистично выглядел реквизит Мэллори. Он смотрел на камень, добытый на стройке через дорогу, весь в красных пятнах. Пятна действительно были похожи на кровь. Райкер вполне мог представить, как его напарница обрушила этот камень на голову первого подвернувшегося под руку живого существа — в окрестностях бегало много мелких собачонок, — но все же надеялся, что она использовала кетчуп из больничного буфета.

Мэллори взглянула на стенные часы — пора действовать дальше. Детективы поднялись на лифте в отделение, где лежал Джошуа Эдисон, для окончательного разговора. Как и ожидалось, пациент сильно нервничал.

— Ваша история не подтвердилась, — сказал Райкер. — Мы позвонили в дом престарелых в Мэне. По их записям, эта женщина не подходит по возрасту.

И это правда. По записям Недде добавили целых восемь лет.

— И еще, — добавила Мэллори. — Ваше имя значится в документах на выписку, где вы представлены ее родственником. Более того, там никогда не слышали о Битти Смит.

— Да, — подхватил Райкер. — Объясните, пожалуйста. Вы что, пытаетесь шантажировать семью Зимнер, хотите содрать с них деньги?

— О, черт. Да нет же. Племянница попросила меня все устроить, чтобы перевести тетю в хоспис в штате Нью-Йорк. Ей хотелось сделать все тихо.

Мэллори потрясла решетку кровати, чтобы привлечь внимание Эдисона.

— Она решила отказаться от ваших услуг? Поэтому вы преследовали женщину в парке?

— Нет, — выдавил Эдисон.

— Мы просто проверяем ваше заявление, дружище, — продолжил Райкер. — Пока все указывает на мошенничество.

— Тогда это все племянница, Битти Смит. Это ее мошенничество. Я всего лишь нашел…

— Ах да, я забыл. Вы сделали то, что оказалось не под силу тридцати тысячам полицейских. Нашли Рыжую Зимнер.

— Только одна загвоздка, — сказала Мэллори. — Это не она.

Райкер швырнул на кровать желтый блокнот.

— Напишите все, что вам известно. Если на этот раз вы расскажете правду, мы несколько дней повозимся с документами и замнем это дело. Если же мы узнаем, что вы собирались выдать эту женщину за мисс Зимнер, то вам предъявят обвинения по всем статьям, в том числе и обвинение в мошенничестве. И, дружище, мы читаем газеты — все газеты.

Таким образом они пресекали возможность продать Недду Зимнер в газеты. Чтобы еще больше усилить впечатление, будто им наскучила невероятная история возвращения Рыжей Зимнер, Райкер растянулся на соседней койке. Частный сыщик успел продвинуться в своих записях только до середины первой страницы, а он уже крепко спал, весьма убедительно храпя.

Через полчаса Мэллори разбудила напарника и выдала ему один за другим исписанные листы, предварительно их прочитывая. В своих показаниях Джошуа Эдисон подробно изложил историю поисков пропавшей женщины. Он опросил более ста кандидаток, чтобы найти ту, которая бы подходила под список особых примет, составленный Битти Смит. За два года сыщик объехал весь штат Мэн.

Теперь они знали, что Битти отлучалась из города вовсе не с религиозными миссиями. Она объезжала дома престарелых к северу от Нью-Йорка. Но откуда ей было известно, что ее тетя скрывалась в штате Мэн?

Мэллори принесла в комнату для допроса планшет, на котором был закреплен блокнот, и прошла в конец длинного стола. Она сделала вид, что не заметила удивленного взгляда независимого эксперта, демонстративно посмотрела на часы и записала время.

Недда Зимнер была вся обвита резиновыми трубками, которые тянулись от детектора лжи. Мягкий напульсник регистрировал изменение кровяного давления, а металлические колпачки на пальцах контролировали потоотделение.

Специалист по детектору лжи красноречиво покашлял — дважды, — но ему все равно не удалось привлечь внимание Мэллори.

— Простите, детектив, — начал он, не скрывая раздражения, — но я привык работать один. Если у вас есть вопросы, предлагаю вам изложить все письменно. Я задам их во время…

— Я здесь не для