обитателям Золотых островов? – вмешался Крестец. – Ниран и Диара – потомки Делина, и, думаю, они с радостью примут вас на борт.

Малахита обратила на него взгляд. Кто-то другой мог бы оробеть от такого пристального внимания, но Крестец выдержал не шелохнувшись. Невозможно было сказать, известно ли Малахите об эффекте, который она оказывает.

– Это лучшее решение, – отозвалась она. – На той карте показан маршрут от острова к острову, предположительно выбранный сквернами, но напрямую выйдет быстрее.

Уголек с испугом посмотрел на Сумрака. Фраза «выбранный сквернами» напоминала о том, каким опасным может оказаться путешествие.

– Ты, конечно, не летишь. Вернешься в свой двор? Или можешь остаться здесь до возвращения Малахиты.

Уголек знал, что Жемчужина будет выговаривать ему за то, что пригласил гостей без обсуждения с ней, но пусть Сумрак и полускверн – он молодой и неопытный консорт и настолько же не похож на Луна, как и сам Уголек. Его не стоит брать в такую поездку.

Малахита переключила внимание на Уголька. Он непроизвольно вздрогнул, во рту пересохло, и он бросил взгляд на чайник.

– Решение за тобой, Сумрак, – сказала она.

Сумрак, похоже, был польщен приглашением, но ответил:

– Нет, спасибо. Я должен лететь. Должен себя заставить.

Малахита опять обернулась к Жемчужине:

– Пророчество говорит, что ни у кого из нас нет другого выбора.

– От меня это не ускользнуло, – сухо отозвалась Жемчужина, шипы выдавали ее недовольство. – Полагаю, теперь ваш наставник захочет обсудить с нашим вероятность атаки сквернов.

Малахита отставила чашку, и когти звякнули о тонкую керамику.

– Сперва я хочу обсудить меры предосторожности.

Шипы Жемчужины подозрительно опустились.

– Что за меры предосторожности?

– Я могу выделить две сотни воинов для защиты Пределов. И хотела бы привести их сюда, – ответила Малахита.

* * *

Следующие несколько дней летающая лодка двигалась над открытым морем, только изредка встречались необитаемые острова и всего несколько фрагментов летающего острова. Каллумкал пояснил, что ветра обычно гонят их в сторону суши.

Лун обучал воинов ловить рыбу с крыла. Потом показалась полоса песчаных отмелей, где валялся рассыпанный скелет какого-то существа, такого огромного, что могло бы запросто проглотить лодку. Море было чистое и достаточно мелкое, позволяя разглядеть на морском дне ребра, позвонки и челюсти. Лун подумал о гигантских водоплавающих пресноводного моря. Небольшая группа морских обитателей, игравших среди костей, остановилась и без тени тревоги смотрела на пролетающую над головами лодку.

Каллумкал сказал, что, согласно карте, здесь длинные отмели и лодка огибает край океана. И если идти прямо по ветру, они в итоге приблизятся к океану и увидят место, где становится глубоко. То огромное существо, вероятно, погибло именно там, и течение снесло его в море. Луну казалось заманчивым лететь в том направлении, просто чтобы увидеть, каков этот океан. Но они и так его увидят, когда минуют архипелаги.

Погода была хороша и для другого искушения – полетать. Как-то раз они попали под легкий дождь, но все остальное время светило солнце, а далекие белые облака напоминали постоянно меняющие форму горы. Лун, Нефрита, Утес и воины поднимались с палубы, чтобы размять крылья, и пролетали немного вперед, на разведку. Утес, много времени проведший на летающем корабле обитателей Золотых островов, освоил трюки – прыгнуть вверх на взлете прежде, чем сменить облик, и вернуться в земную форму выше палубы, приземляясь.

Взаимодействие раксура с командой было вялым, но без враждебности. Лун видел, как Утес и Магрим, еще восстанавливавшийся после повреждения ребер, беседуют на носу. Вендоин приходила посидеть с раксура и Делином по вечерам, часто заглядывал и Каллумкал. Калам бывал у них каждую ночь и, похоже, теперь, после вылазки с Луном и Утесом, чувствовал себя с ними свободнее.

Как-то ночью все размышляли о приближении к сел-Селатре и о первой встрече с океаном. Сидя на полу в общей комнате, они слушали рассказ Делина об исследованиях обитателей Золотых островов и пили чай, приготовленный на корабельном очаге – квадратном ящике с тонким слоем никогда не нагревавшегося камня на дне, наполненном блоками испускавшего жар растительного материала и с железным каркасом сверху, куда ставился чайник. Почти таком же, как очаг раксура с горячими камнями.

Делин сидел на подушке и, не переставая говорить, делал заметки. Вокруг него разместились арборы и Калам, а воины устроились на полу по всей комнате, кому где удобно. Лун прислонился к Нефрите, с одной стороны от них был Звон, а с другой – Елея. Если бы не зеленые стены и слабое движение, они ощущали бы себя так, будто вернулись в зал учителей Тумана Индиго.

– Кто-нибудь живет в океане? – спросила Ежевика. – В смысле, не такой, как в море. Ну, кроме рыб и гигантских морских созданий. Есть там океанские обитатели?

– Не знаю, – ответил Делин, продолжая писать. – Нам известно о пересекавших океан кораблях, но я сам никогда не путешествовал в такую даль. Наши корабли больше уязвимы для непогоды, чем этот. – Он взглянул на сидевшего у очага Утеса. – А ты путешествовал?

Калам и Вендоин, сидящие позади остальных, удивленно посмотрели на Утеса.

– Пару раз, – ответил тот.

Нефрита вздохнула:

– И что ты делал в океане?

– Любопытствовал, – ответил Утес.

Лун его понимал. Обладай он размахом крыльев и выносливостью Утеса, он тоже мог бы посещать интересные места.

– И какой он? – продолжила расспросы Ежевика.

– Большей частью пустой. – Лицо Утеса стало задумчивым. – Только ветер и волны, куда ни глянь. И запах не такой, как у здешних морей. Там вообще не чуешь земли.

Звон подался вперед, облокотившись на бедро Луна.

– А живое там что-нибудь было? Ты кого-то видел?

– В основном небесные твари, – сказал Утес. – Вроде тех, что летают в нижних слоях, над Пределами и горными хребтами. Но стаи, которыми эти твари питаются, иногда спускаются вниз и садятся на воду. Тогда небесные существа, погнавшись за ними, ныряют вглубь или ловят их на поверхности.

– Там были морские обитатели? – спросил Толк.

– Я не видел ни одного. Только контуры туш в воде. Большие.

– Насколько большие? Как скелет, который мы видели?

– Крупнее, – отозвался Утес. – Движущиеся под водой тени были длиннее и шире, чем небесные обитатели.

Все на миг умолкли, переваривая информацию. За спиной Утеса Лун увидел Рорру – она слушала, стоя в дверном проеме. Поймав его взгляд, она отступила и исчезла в глубине коридора, слабый топот ее тяжелых башмаков по мягкому материалу постепенно затих.

Потом Вендоин сказала:

– Что же, скоро вы все увидите сами.

Позже, той же ночью, Луна разбудила склонившаяся над ним Ежевика.

– Нефрита! Поток, кажется, что-то слышал.

Нефрита пробудилась мгновенно. По