крылышками. Все воины приземлились рядом с Нефритой и Луном, только Звон пролетел вперед на сильном ветру. Теперь он летал куда лучше, чем когда они с Луном познакомились, но то, что родился он без крыльев, по-прежнему ощущалось.

Потом Поток, увлекшись так, что забыл про свое упрямство, сказал:

– Эй, глядите!

Он смотрел на запад. Лун проследил за его взглядом и увидел океан.

Все еще не близко, но черта, за которой кристально прозрачную синеву неглубокого моря сменял глубокий цвет индиго, была ясно различима. Темные воды простирались в бесконечную даль, где сливались с облаками на горизонте.

Все умолкли, поглощенные этим видом.

– Я не вижу никаких гигантских морских обитателей, – сказал через некоторое время Корень.

Поскольку Утеса с ними не было, Лун попытался шлепнуть Корня, но тот с ухмылкой увернулся.

Неохотно отвлекаясь от прекрасного вида, Нефрита расправила шипы.

– А теперь все внимательно осматриваем морскую гору. Будьте осторожны.

– Что мы ищем? – спросила Песня.

Нефрита шевельнула шипами.

– Предтеч. Строителей фундаментов. Сквернов. Что угодно, наводящее на мысль, что это не просто на удивление тонкая морская гора.

Все разбрелись, и Лун тоже стал кружить, изучая кусты и подлесок. Скоро все сошлись в центре, и Нефрита без особой надежды спросила:

– Нашли что-нибудь?

Все качнули шипами в знак отрицания. Лун не спугнул никого, кроме насекомых, и обрадовался, что сейчас не в земном обличье.

– Нет никаких признаков, что гора кем-то построена, – разочарованно произнес Звон. Он рассеянно пнул густую траву. – Или что она для чего-то использовалась.

– Эсанкель была права насчет островов на юге, – вставила Песня, – а больше тут и смотреть не на что.

Признаки жизни могли найтись под растениями, но по большей части те торчали прямо из расселин в скале. Луну пришлось согласиться – если кто-то здесь и жил, то очень давно или прячется под камнями, где не найти.

– Для чего кому-то строить такое? – спросила Эрика, снова озираясь по сторонам. – И зачем могло понадобиться подобное сооружение?

– По тем же причинам, по которым земные существа строят башни на суше, – ответил Лун.

Эрика почти не общалась с земными созданиями, не считая кишцев на лодке и команды ветряного корабля Делина.

– А что это за причины?

– Как место отдыха при дальних перелетах по морю? – предположила Елея.

– Это мысль, – согласилась Нефрита.

– Или, может быть, чтобы подавать сигналы. – Лун вспомнил о сигнальных фонарях на кораблях земных и о вспышках, которые использовали жители Золотых островов. – Свет, зажженный здесь, наверху, помогал бы навигации лодок земных обитателей.

– Как же свет может помогать навигации?

Эрика явно находила это объяснение непостижимым.

– В отличие от нас, земные не всегда знают, где юг, – сказал ей Звон. – Во всяком случае, жители Золотых островов не знают.

На лице Эрики отразилась растерянность.

– Возвращаемся? – спросила Нефриту Елея.

– Пожалуй. – Нефрита разочарованно зашипела. – Ну, хоть размялись.

Поймать ветер наверху было несложно, и они без происшествий взмыли в воздух. Спустившись, они приземлились на палубу летающей лодки. Их сейчас же окружила жаждущая новостей группа из арборов, кишцев и одного обитателя Золотых островов. Утес тоже присутствовал, но стоял, опершись на ограждение, и не выказывал нетерпения. Киш-жандеры, должно быть, высматривали раксура на ветру, поскольку их полупрозрачные внутренние веки были полуприкрыты.

– Ничего, – произнесла Нефрита прежде, чем кто-либо успел задать вопрос. – Одни растения и жуки.

– Что ж, – скрывая разочарование, сказал Каллумкал, – но попробовать стоило. Зато теперь мы знаем, как выглядит вершина морской горы, по крайней мере, этой разновидности. Если вы будете так любезны предоставить мне подробное описание…

– Это может сделать Звон, – сказала Нефрита. – Он напишет все на альтанском, а потом вы сможете задать нам вопросы.

Делин достал альбом для зарисовок.

– Я могу по вашим описаниям делать наброски. Елея, Эрика, пока ваши воспоминания свежи…

Это, кажется, сильно улучшило настроение Каллумкала.

– Было бы замечательно, – сказал он. – Пойду принесу свои письменные принадлежности.

Когда Каллумкал скрылся в люке, а другие кишцы разочарованно разошлись, Нефрита сказала:

– Я очень надеялась, что мы найдем что-нибудь.

Лун не представлял, что именно, но Звон предположил:

– Какое-нибудь свидетельство того, что мы правы или ошибаемся насчет города. Чтобы мы перестали гадать.

– Осталось недолго. – Делин прикрыл глаза ладонью, глядя вдаль. – Скоро мы все узнаем.

К концу следующего дня они увидели вдалеке еще шесть таких морских гор и, согласно карте, приблизились к другой области с редкими островами. Лун грелся под лучами солнца, лежа на плоской верхушке хребта у носа летающей лодки. Неподалеку от него дремал Звон.

Лун знал, что внизу, на носовой палубе, устроились воины, но не обращал на них внимания до тех пор, пока не услышал слова Потока:

– Нефрита не говорила, будем ли мы исследовать другие морские горы? Вид на океан оттуда должен быть еще лучше.

Вопрос совсем безобидный, но спустя несколько мгновений Лун понял, что никто не ответил. Он приподнялся на локте и посмотрел вниз.

Поток лежал недалеко от Елеи и Эрики. Все трое были в земном обличье, их кожа поблескивала в солнечном свете бронзой и медью, а одежда – яркими красками. Чтобы экономить запасы воды, все купались и стирали одежду в море, а Утес присматривал, чтобы рядом не появлялись хищники, так что выглядели эти трое вполне презентабельно.

– Или это секрет? – спросил Поток.

Ответа он снова не получил. Поток буркнул что-то себе под нос, вскочил на ноги и затопал прочь.

Лун негромко застонал, скатился с хребта и приземлился на палубу. Елея и Эрика вздрогнули и уставились на него.

– Елея, можно с тобой переговорить? – спросил Лун.

Елея с Эрикой озадаченно переглянулись, но встали. Лун отошел за резервуар, прикрепленный сбоку хребта, чтобы не услышала Эрика.

– Что это сейчас было с Потоком? – спросил он.

Елея вздохнула. Очевидно, она предпочла бы сказать, что Луна это не касается, но он первый консорт, и теоретически его касается все происходящее во дворе – до тех пор, пока Жемчужина или Нефрита не скажут, что это не так.

– Я не разговариваю с Потоком, – сказала она. – И он это знает.

Лун нахмурился.

– А когда ты перестала с ним разговаривать?

– С тех пор как скверны чуть не заставили меня всех погубить. – Елея нахмурилась и отвела взгляд. Воспоминание явно до сих пор оставалось болезненным. К тому же она отчетливо помнила только тот момент, когда Цветика обнаружила, что Елея попала под влияние сквернов. Она так и не узнала, как и когда это произошло. – С тех пор как мы пришли в Пределы.

– Елея…

Лун попробовал вспомнить, видел ли хоть когда-нибудь, чтобы Елея разговаривала с