Обломки КСН "Кракен" продолжили движение к солнцу.

Глава 19

Стандартный день Афины, серый от бесконечной пелены облаков, нагнанных ветрами с промзоны. Промзона тут — со всех сторон, и дымить перестает в редкие дни государственных праздников. Народ привычен, в памяти жителей родина — она именно такая, из бетона и стали, с желтым овалом за серой простыней небес.

Способность жить и веселиться у местных не зависит от погоды. Когда большую часть жизни ходишь по пустоте, даже непогоде будешь рад. Лишь бы был горизонт и взгляд не упирался в стену кубрика, а воздух имел вкус, отличный от стерильной пустоты регенераторов. Есть деньги в карманах, и есть тысячи приличных заведений, где их обменяют на хорошее настроение, а затем привычно доставят бесчувственное от возлияний тело обратно в гостиницу, не забрав ни копейки сверх стандартной таксы. Ощущение безопасности в родном доме — тоже из числа тех, за что наемники любят Афину.

Сегодня понятный и ясный мир, в котором все испытания — за орбитой, а дома — только мелкие трудности, пошел серьезной трещиной.

Уход из жизни молодого, но уже ставшего известным отряда, имя которого еще пару минут до трагедии просияло на всех экранах новой звездой ТОП-10, переживался личной трагедией. Там, в пустоте, под дулами спятивших туннельников системной обороны, мог оказаться любой.

По тиви представитель администрации системы неловко разводил руками, потерянно смотрел в камеру, пытаясь читать заготовленный текст о системной ошибке, но то и дело срывался на обещания, что такого не повторится, виновных уже наказали, и все обязательно исправят. Верить хотелось всем, но выходило с трудом. Многие отряды всерьез задумались о смене места базирования на другую планету СН. Корабли спешно меняли курсы, отказываясь входить в систему.

Атмосфера всеобщей подавленности, щедро замешанная на глухой ярости, довлела над планетой, обрывая редкие звуки смеха, стирая улыбки с лиц.

На улицы вывели усиленные патрули для поддержания порядка… А затем спешно забирали у них же летальное оружие. Ведь те — из местных, и тоже добела сжимают кулаки…

Ситуация застыла на самой границе бездны людского гнева, удерживаясь от последнего шага отчаянными усилиями администрации. Новые льготы. Снижение налогов. Гарантии публичного расследования. Комиссия с Земли-главной. Хоровод лиц на экране. Слова-слова-слова… Которым здесь, на Афине, среди битых жизнью людей, веры нет.

Люди старались держаться вместе, даже если беседа не вязалась. Просто помолчать.

Группа из шести немолодых мужчин и крепкого на вид старика-командира, окруживших стройную фигуру девушки в траурном платье с младенцем в руках и ее подругу, что скрывала рыжие кудри под черным платком, в такой обстановке смотрелась вполне нормально, не собирая на себя любопытные взгляды прохожих.

Немногие из тех, кто знал, кого охраняют семеро профессионалов, ограничивались сочувственными кивками, а затем все, как один поворачивались к громаде орбитального лифта. Сегодня там солидная очередь на отбытие, но никто не сомневался, что молодой вдове с ребенком предоставят персональный коридор.

Девушка оправила тканевый конверт с ребенком, удерживаемым на левой руке, и равнодушно отметила отсвет приближающейся гравиплатформы. Скоро они покинут Афину. Оплаченный фрахт перенесет их на курортную планету внутреннего сектора — для ребенка там будет лучше. Ылша бы одобрил. От вспыхнувшего в памяти образа по щеке покатилась слеза.

— Лика? — окликнули со стороны.

Девушка встрепенулась, окинула взглядом молодого мужчину в костюме-тройке и отрицательно качнула головой.

Охрана сомкнулась, не давая тому подойти.

— Лика, компания "Энгланд и Ко" предлагает вам доверительное управление капиталом! Мы поможе…

Холеную фигуру тут же сломали, уронив лицом о бетон стены.

Встрепенулся милиционер, до того подпиравший стену и шагнул в сторону отчаянно шипящего дельца. Затем разглядел Лику с ребенком и остановился.

— Мы заплатим штраф, — низким голосом обратился старик к представителю правопорядка.

— Я ничего не видел, — отвернулся тот в сторону и медленно двинулся по маршруту дежурства. — Соболезнования.

Через минуту группа людей взошла на подошедшую платформу орбитального лифта. Еще через три, Афина потерялась за полотном облаков. Над головой сияли сотни миллиардов звезд, зовущие встать и пойти по неисчислимому числу путей. Но ни на одном из них не избавиться от одиночества.

"Шаттл "Сомбреро" прибывает на отметку шесть-двенадцать через одну минуту." — отразилось сообщение на коммридере старшего группы.

— Идем, дочка, — надломленным голосом обратился он к Лике и сам первым двинулся вперед.

Последний шаг с Афины — места рождения и гибели мечты.

"Сомбреро" — довольно потрепанный жизнью штатовский челнок, сохранил самое главное — уют и обстановку полувековой давности, с мягкими материалами, приятными для глаз тонами и компоновкой помещений, куда более подходящей загородному имению. Простор, высокие потолки, высокие фальшокна. Космос не особо стеснял корабли в размерах, но отчего-то все норовили нагромоздить безвкусный пластик и комнаты-клетушки… Комфорт, как и прежде, обходился дорого. Но это — последний маршрут, на нем можно не экономить.

На второй день сидеть в своей комнате Лике стало нестерпимо, одиночество давило на нее — несмотря на поддерживающую эмпатию подруги. Да и ребенок наверняка чувствует настрой молодой мамы, растет молодой псион — а значит унывать вовсе нельзя. Девушки расположились в главном холле, отмечая, как сами собой собираются вокруг сопровождающие. Никому не хотелось разбивать слаженную группу. Да и корабль пока не чувствовался своим… Быть может, через пару дней… Лететь им было долго.

— Шампанского господам? — Вышагнул из кабины пилота мужчина с сияющей улыбкой, поддерживая поднос с бокалами и игристым напитком.

— Спасибо, нет, — мягко ответила Лика, мельком глянув на него. А затем резко замерла и неверующе вернула взгляд обратно.

Резко активировалась охрана, готовясь прикрывать телами и ломать знакомца.

— Ты? — Передавая ребенка подруге, приподнялась Лика.

— Я, — ответил Артем Струев, по-клоунски раскланиваясь.

— Где этот гад?! — Напала на него с кулаками Лика. — Где он?!

— На своем корабле, разумеется, — смиренно снося побои, мягко ответил Струев.

— Н-на Кракене? — Покачнулась Лика, в момент потеряв точку опоры.

— Не совсем. Думаю, мы, в связи с некими обстоятельствами, немного изменим курс. — Артем щелкнул на комме клавишу и показал на стену, целиком протаявшую экраном.

Только там была черная ночь — ни единой звезды.

— Господа офицеры, прекрасные дамы.

Ночь на мгновение вспыхнула ослепительным днем — это солнце ближайшей звезды выглянуло из-за края ночи… Озаряя серо-стальные обводы гигантского корабля.

— КСН "Орион". Добро пожаловать домой. Вновь.

* * *

Их приветствовали две линии парадного строя, отмечая каждый шаг дорогих душе и сердцу гостей и боевых товарищей поднятием орудий на шести манипуляторах.

А в конце торжественного караула стоял он.

Ылша принял