работа. Он выполнил свой долг: проверил, опросил, оформил. Остальное — не его компетенция.

Следователь посмотрел на часы. Скоро обед, затем опять работа. «Интересно, — подумал Никаноров, — что там было, в этой шпионской камере? За кем сейчас охотится Морозов? На кого их вывел Сивцов?» Старший лейтенант понимал, что этого, он, скорее всего, никогда не узнает.

Глава 15

Субботнее утро началось с чёткого осознания: мне точно нужен фотоаппарат.

Мысль эта вызрела ещё вчера, когда соседка снизу, а до неё пара мужиков во дворе, куривших у подъезда, ненароком поинтересовались, что за мастер работает у начальника ГАИ. Слухи в таких домах разлетаются быстрее запаха жареной мойвы на коммунальной кухне. Людям всегда нужны толковые руки. А как в этом времени доказать, что твои руки растут из нужного места и ты не просто трепач? В двадцать пятом году ты просто скидываешь клиенту ссылку на профиль в интернете или открываешь галерею в смартфоне. Здесь же слово «портфолио» прозвучит как ругательство или название экзотической болезни, но суть от этого не меняется. Нужны снимки. Наглядные доказательства уровня моей работы и моей квалификации. Как говорится, товар лицом. Ну и заодно мне самому будет полезно посмотреть со стороны, насколько хорошо я сделал свою работу, чего не заметил.

Решено — еду в магазин.

Позавтракав в почти пустой по причине субботнего хоть и позднего, но всё же утра столовой общежития яичницей из двух яиц с колбасой и прихватив с собой для перекуса на обеде пару пирожков с капустой и ещё три с мясом, я прыгнул в дребезжащий вагон трамвая и покатил в центр города, на улицу Молодогвардейскую. Универмаг «Юность» встретил меня гулом голосов, шарканьем десятков ног по мраморному полу и стойким запахом новых тканей и свежей бумаги, смешанным с ароматами парфюмерии.

Отдел фототоваров располагался на первом этаже, сверкая стеклом прилавков. Товаров этих оказалось не так уж и мало, и они манили советского фотолюбителя блеском хрома своих корпусов и сверканием линз объективов. Тяжеловесные «Зениты» и солидные, но старомодные «ФЭДы» выглядели очень представительно, как и объективы «Индустар», но сложная оптика мне была совершенно ни к чему, а их габариты и тяжесть вообще не подходили для моих целей. Мне ведь не художественные портреты на выставку снимать со штатива, а распределительные коробки, штрабы, розетки, выключатели, вводы, автоматы, уложенную проводку и качество соединений и изоляции. Мой взгляд скользнул по полкам ниже и ожидаемо зацепился за скромную, но безотказную классику.

Идеальный рабочий инструмент. Фотоаппарат лёгкий и кроме того самый массовый в Советском Союзе. Тем не менее это именно то, что требуется: не привлекает внимания, компактный, простой в обращении и недорогой. Как раз тот самый фотоаппарат, который по карману электрику, и обладание которым ни у кого не вызовет удивление. В Советском Союзе были миллионы фотолюбителей, и практически каждый школьник, начиная уже со средних классов, мог отщёлкать чёрно-белую плёнку, проявить её, зафиксировать, отпечатать фотографии. Потом эти фотографии массово встречались в школьных стенгазетах и в домашних фотоальбомах. Ну и, конечно же, фотографии с друзьями на память.

— Девушка, будьте добры, «Смену-8М» покажите, — попросил я продавщицу в аккуратном синем халате с белым воротничком. — Подскажите ценник, не могу разглядеть.

— Пятнадцать рублей ровно, — по-деловому отозвалась она, доставая с полки прямоугольную картонную коробочку. — Посмотреть хотите?

— Да, — кивнул я. — Вот подбираю себе что-то такое, для моего невеликого пока уровня начинающего фотолюбителя. Говорят, очень хороший фотоаппарат.

— Конечно, — кивнула она, кладя коробку на прилавок. — Наверное, самый популярный у нас аппарат: очень многие берут. И школьники, и взрослые, и даже репортёр один известный из областной газеты.

Я открыл коробку, покрутил в руках лёгкий пластиковый корпус аппарата. Щёлкнул затвором на разных выдержках, проверил плавность хода кольца диафрагмы. Механика работала чётко, с характерным сухим металлическим звуком. Аппарат был прост, надёжен и безотказен.

— Беру. И плёнку сразу дайте. «Фото-130», парочку возьму. Уже в кассетах есть?

Я помнил, что в это время фотоплёнку можно было бы купить как в рулончике без кассеты, так уже намотанную на кассету и готовую к установке в фотоаппарат. Возиться с самой кассетой я не хотел, опасаясь засветить плёнку. Это же необходимо искать тёмное место и так далее. Поэтому проще взять на уже готовой кассете. Тем более, являясь обладателем суммы примерно в семьсот рублей, я мог себе позволить немного шикануть.

— Пятьдесят пять копеек штука, — продавщица. — Что-то ещё нужно? Проявитель, фиксаж, бачки для проявки?

— Нет, спасибо, это всё, — пожал я плечами. — Негде мне пока фотолабораторию разворачивать. Приятеля попрошу, он и проявит, и напечатает.

Девушка оторвала от рулончика пустой кассовой ленты клочок бумаги, написала на нём шариковой ручкой сумму «16 ₽ 10 коп.» и отдала мне. — В кассу платите, потом с чеком ко мне возвращайтесь.

Забрав свои нехитрые покупки, я почти сразу зарядил плёнку в аппарат, присев на деревянную скамейку у входа в универмаг. Пальцы сами вспомнили давно забытую моторику: подцепить язычок плёнки, аккуратно вставить в прорезь приёмной катушки, закрыть заднюю крышку, сделать пару холостых спусков для перемотки засвеченного хвоста. Лёгкий химический запах свежей эмульсии на мгновение вернул меня в далёкое детство, когда мы с отцом так же сидели в тёмной ванной, колдуя над вонючими реактивами при свете красного фонаря. Ностальгия легко кольнула под рёбрами, но я быстро отогнал её прочь. Пора работать.

Квартира Удалова встретила меня знакомой строительной пылью, слабым запахом свежей гипсовой штукатурки, которой я заделывал штрабы после укладки провода, и тишиной. Сегодня план был предельно ясен: собрать квартирный щиток и закончить разводку в ванной комнате.

Я скинул уличную куртку, переоделся в рабочую одежду и взялся за инструмент. Щиток — это сердце любой квартиры, её нервный узел. В 1981 году стандарты электрики были смешными по меркам моего времени, но я делал всё с запасом прочности и надёжности, насколько позволяли материалы. Закрепил металлическое основание на стене, аккуратно, миллиметр за миллиметром, зачистил концы проводов. Медь блестела под неярким светом из окна. Я затянул клеммы автоматов, убедившись, что контакт плотный, без малейших люфтов. Каждое движение было выверено десятилетиями практики. Работал не спеша, напевая себе под нос «Сектор Газа» и Кипелова. Через пару часов неприглядная металлическая коробка на стене превратилась в образцово-показательный узел управления энергией.

Красота, да и только.

В ванной комнате пришлось повозиться подольше. Я протянул надёжные