потный толстяк в нейлоновом спортивном костюме еще при входе заметил защищаемое мной место и ринулся между плотными рядами стульев. При этом он производил столько шума, что даже Генрик был вынужден прервать обсуждение ускорения при помощи акселератора, а головы сидящих впереди развернулись на сто восемьдесят градусов.

– Нет-нет, здесь за… – прежде, чем я закончил, толстяк уже сидел, а из-под его туши торчал зеленый козырек моей кепки.

«Такому и двух крыльев будет мало», – язвительно подумал я и в очередной раз посмотрел в сторону входа. Было уже почти семь, а Анки все не было. Вертясь на стуле, я гадал, что же могло ее задержать. Забыла? Может, я пришел не на тот курс? Может, я перепутал фирму, лагерь, время? В моей голове промаршировал еще целый парад случайностей, одна страшнее другой, среди которых была амнезия после падения с лестницы, болезнь с ужасным названием, дорожная авария и, наконец, свадьба с Томом Коксом. К счастью, когда концентрация черных мыслей перешла все границы, включилось устройство, которое у нас, оптимистов, входит в базовый пакет. Оно умеет переделывать темное в светлое, грустное в радостное, неудачное в счастливое, и совсем скоро тот факт, что Анки нет на обучении, хотя я так на это рассчитывал, показался мне даже полезным, потому что он давал возможность случиться чему-то вроде этого:

– Привет, Анка, а у меня есть конспект с обучения, тебе дать?

– Правда, Фил? Ох, мне тебя небеса послали!

– Практически, – тогда я бы заработал еще плюсик за чувство юмора.

Воодушевленный такими мыслями, я вытащил из рюкзака тетрадь и настроился слушать Генрика.

– Большинство моделей парапланов, – записывал я, – имеют под сиденьем пилота запасной парашют, который нужно немедленно раскрыть в случае, если параплан внезапно утратит грузоподъемность. – По залу прошла волна шелеста, как если бы несколько человек одновременно поерзали на своих стульях. – Еще одним элементом, обеспечивающим безопасность, является система протекторов, расположенных в задней, а иногда также и в боковых частях обвязки. Она позволяет минимизировать последствия падения с небольшой высоты.

– А с большой? – спросила какая-то девушка из-под стены.

– Для этого есть специальные молитвы, – буркнул кто-то, и зал нервно засмеялся.

Генрик снисходительно улыбнулся и заверил, что аварии на парапланах случаются очень редко, впрочем, это не значит, что они вообще не случаются, так что нам следует серьезно отнестись к обучению, а в лагере неукоснительно выполнять команды инструкторов.

К концу лекции моя тетрадка заполнилась вариометрами, коэффициентами подъемной силы, термиками, альпийскими стартами, кучево-дождевыми облаками и рисунками параплана под обстрелом тонких стрелочек, будто он пролетал над племенем диких людоедов.

Когда Генрик закончил, слово взял бородатый парень с пучком – тот, который пару дней назад записывал меня в лагерь. Свое выступление он озаглавил: «А теперь организационные вопросы» и забросал нас деталями поездки: дата, время, транспорт, сбор, проживание, еда, распорядок, обследования, страховки, оплата и шутка:

– Знаете, что скажет парапланерист, если спросить его, нравится ли ему парапланеризм?

Мы не знали.

«Полный улет».

* * *

– Привет, Анка, знаешь, что скажет парапланерист, если его спросить, нравится ли ему парапланеризм? – выпалил я, когда она взяла трубку.

Лекция как раз закончилась, и я решил сразу ей позвонить. Бессмысленно было возвращаться домой, раз я должен был поделиться с ней конспектом. Я, правда, не знал, где она живет, но подозревал, что из центра будет ехать быстрее, чем от меня.

– Кто что скажет? – судя по голосу, я застал Анку врасплох.

– Ну парапланерист, – рассмеялся я в трубку. – Что он скажет, если спросить, как ему его спорт?

– Э-э-э-э, не знаю… Что?

– Ну что, подумай? – настаивал я.

– Понятия не имею. Что?

– «Полный улет».

Минута тишины, я практически слышал, как в ее голове скрипят шестеренки.

– А, ага! Смешно.

Снова тишина. Она явно давала понять, что моя очередь говорить.

– Ты ни о чем не забыла? – спросил я.

– О чем?

– Ну?… – я хотел, чтобы она напряглась. – Икар? Парапланы? Лагерь? Обучение?.. Есть идеи?

– О боже! Это сегодня? – наконец вспомнила она. – Я совсем забыла! Просто не знаю, за что хвататься. Черт возьми! Катастрофа! А я так хотела пойти!

– К счастью, я там был, – равнодушно сообщил я. – И сделал конспект, хочешь?

То, что Анка в шоке, не поддавалось сомнению. Об этом свидетельствовали сдавленные звуки, напоминавшие кашель.

– А что ты там делал? – тон Анки не вселял энтузиазма, но я понимал, что может сделать с голосом удивление.

– Учился, – просто ответил я.

– Ты? Зачем?

– Да я подумал, что перед поездкой стоит что-нибудь узнать о полетах.

– Какой поездкой? – до нее никак не доходило.

– В лагерь, – весело сказал я. – Кто-то мне недавно рассказывал, что полеты – это так круто, поэтому я решил попробовать.

Уф! Наконец-то я сказал это. Почему людям так сложно говорить о чувствах? Какое же облегчение приходит, когда раскроешь все карты! Ну, может, не совсем карты, может, «параплан это круто, поэтому я решил попробовать» – не совсем то же, что и «Анка, ты ужасно мне нравишься и я хотел бы проводить с тобой как можно больше времени», но ведь она мне, помимо прочего, тем и понравилась, что была умной девушкой, которой не нужно все объяснять на пальцах.

– Ты едешь в лагерь летать на парапланах? – хриплым голосом спросила Анка.

– А ты против?

– Нет, ну что ты! – поспешила она ответить. – Но ты же знаешь, что это опасно?

Этот вопрос меня задел.

– А для тебя что, не опасно? – парировал я.

– Ну да, но я думала, что твои родители… – тут она осеклась, чувствуя, что ступила на опасную территорию. – Кроме того, это стоит бешеных денег.

– Я зарабатываю, если ты забыла, – гордо ответил я.

– Но ты же знаешь, если Кокс не выиграет…

– Я не настолько глуп, – грубо прервал ее я. – Я проверяю результаты опросов.

Видимо, Анка решила, что пора почесать за ушком разбушевавшегося тигра, потому что ее тон смягчился:

– Ой, ну не злись, Фил. Я рада, что мы поедем в лагерь вместе.

– Ну-ну, – буркнул я, рассчитывая на продолжение почесываний.

– Я правда рада.

– Правда?

– Правда. Очень.

– Насколько очень? – Теперь я был просто котиком, который подставлял легким теплым пальцам мягкое пузико.

– Очень-очень, Фил.

– Так что, занести тебе конспект? Хочешь?

– А ты мог бы отсканить и прислать на почту?

Глава шестнадцатая

Скан конспекта с обучения в Центре воздушных прогулок «Икар» отправился в виде приложения к мейлу вместе с очередными текстами, раскрывающими истинное лицо Джима Полсона, и вопросом: «Пойдем завтра на “Мстителей из Айерс-Рок?” Говорят, там много австралийских реалий. Нам бы пригодилось в работе