— Эй, оставь их, — поддразнила я. — Поверь мне, они спали и в худших местах. И Триш, кажется, вполне довольна.

— Спокойной ночи, красавица.

Я подарила ему последний поцелуй.

— Спокойной ночи.

Я остановилась, наблюдая, как он отстраняется, прежде чем направилась в свой дом, борясь с очередной зевотой. У меня каким-то образом хватило ума оставить записку на кухонном островке, сообщив родителям, что ложусь слишком поздно, и чтобы они разрешили мне поспать, прежде чем отправиться в свою спальню.

Я скинула с себя одежду, натянула футболку Гранта, которую отказалась вернуть, прежде чем стереть весь макияж теплым спонжем. Наконец я забралась в постель, сбросив одеяло со своего все еще разгоряченного тела. Я подключила свой телефон к зарядному устройству после того, как написала Гранту, чтобы убедиться, что он в порядке, но так и не получила ответа.

Мои веки были слишком тяжелыми, чтобы держать их открытыми, и я провалилась в сон.

Глава 23

Джиллиан

Что-то холодное и твердое прижалось к моей щеке. Мой матрас прогнулся, как будто кто-то лег на него вместе со мной. Мне это снится? Пальцы медленно скользили по моему позвоночнику. Во мне начала нарастать паника, когда то, что было прижато к моей все еще заживающей щеке, начало впиваться внутрь. Это был не сон. Мои глаза распахнулись, и я попыталась сесть, но сильная рука на моей спине удержала меня.

— Пришло время проснуться и петь, не так ли, тупая сука? — Голос мужчины был низким, хриплым и полным ненависти. Я не узнала его, и моя голова была вжата в подушку, так что разглядеть его я тоже не могла.

Страх парализовал меня. Мужчина только переместил предмет на моей щеке глубже в кожу. Мне потребовалась всего секунда, чтобы понять, что это пистолет. Пистолет! Кто-то держал пистолет у моего лица!..

Мое сердцебиение помчалось вскачь и меня начало трясти. Где мои родители? Что с бабушкой?

— Твой бойфренд признался нам, что это ты смыла мои десять тысяч долларов в унитаз. Это правда? А еще он рассказал нам, что мы найдем тебя здесь. Но не беспокойся, больше он никому ничего не расскажет.

— Я… я сожалею, — закричала я. — Я запаниковала, и мне очень жаль. — О Боже, он меня убьет. Моя подушка была уже мокрой от слез. Я пыталась придумать выход, но не могла даже пошевелиться. Не с пистолетом, приставленным к моему лицу.

Он дернул меня за волосы и ударил кулаком по лицу. У меня из глаз посыпались звёзды, а он только засмеялся.

— Ты ведь не вернешь мне мои деньги, не так ли? Так что теперь у нас с тобой проблема.

Я тяжело сглотнула, но мои губы не переставали дрожать.

— Пожалуйста, я сделаю все, что ты захочешь. Только не убивай меня и не насилуй.

Мужчина навалился на меня большей частью своего веса, и я глубоко вдохнула.

— Я не собираюсь убивать тебя. Как бы я вернул свои деньги, если бы сделал это?

— Большая рука откинула одеяло, пробежалась по моей ноге и схватила меня за задницу. — И поверь мне, каким бы красивым ни было твое маленькое тело, любой, кто смыл бы столько хорошей травки и кокаина, вероятно, слишком скован в постели. Мне нравятся женщины, которые берут на себя ответственность в спальне, и мне было бы не до веселья, если бы ты просто лежала там, как жена проповедника.

Его рука отпустила мою задницу, шлепнув по ней, прежде чем он отвел мои волосы в сторону, чтобы прошептать мне на ухо. Я прикусила губу, чтобы не закричать, боясь того, что он может сделать дальше.

— Что я собираюсь сделать, так это убедиться, что я верну свои деньги. И даже больше.

— У меня нет столько денег. — Я ломала голову, отчаянно пытаясь найти решение. Мой телефон был слишком далеко, чтобы я могла до него дотянуться. Я понятия не имела, сколько сейчас времени, но солнце уже взошло и больше не светило в мои окна, значит, было где-то после полудня. Моих родителей не будет еще несколько часов, а бабушка сегодня была в бридж-клубе. Я знала, что Грант должен был прийти в какой-то момент, но так как мы легли поздно, я понятия не имела, когда.

— Пожалуйста, у меня есть около четырех тысяч долларов на сберегательном счете. Вы можете взять всё, всё это. А остальное я достану, клянусь. Просто оставьте меня. Я никому не скажу об этом, честное слово.

— Так не пойдёт. Мне нужны эти деньги, и они мне нужны прямо сейчас. — Он снова ударил меня; на этот раз это был удар по печени. Я взвыла от боли, когда слезы полились из моих глаз, но он только снова ударил меня. — И я почти уверен, что твои мама и папа заплатили бы огромную цену, чтобы вернуть свою младшую дочь целой и невредимой.

Он оттолкнул меня и убрал пистолет.

— Вставай, ты пойдешь со мной, пока твои родители не заплатят. И я думаю, им придется заплатить за мою боль и страдания тоже — с лихвой. Двадцать пять штук должны покрыть это.

Я начала садиться, как он велел, пока звук курка не остановил меня.

— И лицом к стене. Не оборачивайся, иначе это будет последнее, что ты сделаешь, поняла?

Я кивнула, но промолчала, повернувшись всем телом к стене и вылезая из постели. Моя спина взвыла от боли от его ударов, но сейчас было не время сдаваться. Лучший шанс, который у меня был, чтобы выжить, была я сама. По сути, он уже признал, что убил Кристиана, и я не хотела быть следующей. Пришлось проглотить боль и придумать план, если не сбежать, то хотя бы оставить кому-то какую-то зацепку.

Я стояла совершенно неподвижно и ждала дальнейших указаний, дыша короткими неглубокими вдохами, так как было слишком больно делать полноценный вдох.

Он кинул в меня подушкой.

— Сними наволочку и надень её на голову.

Это была моя возможность. Если бы я могла застать его врасплох и ударить изо всех сил, возможно, я смогла бы выбить пистолет из его рук и уйти. В комнате мамы и папы через коридор было окно, выходившее прямо на гараж. Если бы мне удалось зайти так далеко, я бы спрыгнула вниз и побежала за помощью.

Это был не лучший план, но он был единственным доступным. Я вспомнила, что шансы на выживание при похищении снижаются вдвое, если похитителям удается вас перевезти в другое