вы уже познакомились. Дальше не мое дело.

— А кто подписал приказ? — спросил Роман.

Марта фыркнула.

Роман знал, что она не ответит. Он оглянулся на коридор и на всякий случай закрыл дверь в квартиру. Потом пропустил Марту вперед. Они пошли к джипу.

— Я так понимаю, тебе нужны деньги, документы и... От квартиры ты теперь откажешься, верно? Поищешь себе место, о котором я не буду знать? — спросила Марта.

— Верно.

— Паспорт, деньги, любое оборудование я тебе обеспечу. По старой памяти скажу, что ты исчез. Хотя... ты ведь умный мальчик. Сам догадаешься исчезнуть.

— Спасибо, Марта, — поблагодарил Роман и поймал ее руку с ключами от машины.

Он сильно сжал ее ладонь, так что женщина даже вскрикнула от боли и неожиданности. Ключи выпали в подставленную им руку.

Роман сел на водительское место. Он немного отодвинул кресло назад. Положил пистолет на сиденье рядом и завел двигатель.

— Чао, моя ненаглядная. Спасибо за подарок.

Марта вышла из охватившего ее столбняка.

— Ах ты, дерьмо собачье! — закричала она с сильным акцентом.

Роман нажал на газ, и машина с ревом выскочила на дорогу.

— Ты все равно покойник! — крикнула Марта ему вдогонку.

— Всегда знал, что ты меня любишь, — пробормотал Роман, глядя в зеркало заднего вида на беснующуюся женщину.

Глава 36

Роман быстро добрался до города. Убедился, что за ним нет хвоста, и бросил машину в каком-то узком переулке, предварительно забрав спрятанный под водительским сиденьем кошелек Марты с небольшой суммой наличных и целым букетом всевозможных кредиток на разные имена. На каждой карточке был нацарапан иголкой пользовательский код. Все как всегда.

Роман заметил небольшой тайский ресторанчик без посетителей. Он зашел внутрь. Заказал овощи с говядиной и сел за дальний столик.

«Вывернулся. Все хорошо. Все хорошо», — убеждал себя Роман, но почему-то у него на душе скребли кошки.

Ему вспомнилась встреча с Аленой. Ее улыбка, строгие глаза, совершенная фигурка, плечи...

Принесли заказ в широкой фарфоровой чашке. Запах соевого соуса щекотал ноздри. Роман посмотрел в сплошное окно с красной надписью «Доктор Ву». Опять пошел дождь. Ему страшно хотелось есть, но он не начинал. Необычная тоска беспокойно ворочалась внутри. Роман вспомнил, как они договаривались с Аленой поужинать вместе.

«Какую жуткую скуку может навести одиночество», — подумал он.

Роману стало стыдно от этих мыслей. Он должен думать о работе. Разрабатывать план действий на сегодня, на завтра, на послезавтра. Но ничего. Ничего. Никаких попыток. Он мог думать только об Алене.

Какая девушка. Кажется, она из тех тихонь, которые способны на все. Такие девушки, раньше убегали из дома и становились пиратками.

«Господи, дожили! Я становлюсь мечтателем!»

Роман сел поудобней и решил отложить эту любовную тоску и заставить себя поесть. Не успел он засунуть кусок говядины в рот, как услышал за спиной до боли знакомый голос:

— Срань поганая!

Роман застыл на секунду, как молнией пораженный, потом медленно повернулся.

— Кристина! — вырвалось у него со случайным кашлем.

Роман не мог поверить своим глазам. Он вскочил на ноги.

— Засранец, ты меня бросил! Даже не пытался вытащить из этого дерьма. Ну, ты и засранец! — Она ткнула кулаком в его грудь, и Роман упал на стул.

Кристина обошла его столик и села напротив. Ее глаза горели гневом.

Первую секунду Роман не мог опомниться. Кроме того, он не понимал, в шутку она сердится или нет. На девушке были пятнистые, под армейский стиль, брюки и зеленая рубашка. Губы дрожали.

— Кристина, я был уверен, что тебя убили... — сказал Роман, оглядывая ее так, будто перед ним стояло привидение.

Девушка быстро перегнулась через столик и чуть не дала ему пощечину.

Роман успел перехватить ее руку.

Они застыли над столом как борцы армрестлинга. Несколько секунд смотрели друг другу в глаза. Ненависть со стороны Кристины. Удивление со стороны Романа.

Роман хорошо знал, что он сильнее, но знал он и то, что Кристина предельно непредсказуема. Непредсказуема настолько, что сумела каким-то образом вернуться с того света. Впрочем, именно от нее можно было ожидать такого.

Оба продолжали тянуть на себя. Стол заскрипел и немного накренился. Чашка с едой медленно поползла по поверхности стола. Казалось, будто гонг прозвенел. Роман почувствовал, как слегка расслабились мышцы руки Кристины. Чашка доползла до края и свалилась. Роман отпустил запястье. Оба мгновенно нагнулись и схватили чашку за края в сантиметре от пола. По столу прокатились палочки для еды. Кристина поймала их второй рукой.

Все так же держа чашку за края и глядя друг другу в глаза, они поставили ее обратно на стол.

Неизвестно, сколько эта дуэль взглядов продолжалась бы еще, если бы не Роман, давно изучивший упрямый характер Кристины.

Роман посмотрел на китайца за стойкой, ворошившего какую-то стряпню. Он будто и не замечал их.

— Хочешь перекусить что-нибудь? — спросил Роман.

Она злобно уставилась ему в лицо:

— Знаю я, чем кончаются обеды с тобой. Сволочь.

Роман постучал по столу пальцами.

— Кристина, я очень рад, что ты жива. Перестань ругаться и объясни, что там случилось. Я последний раз видел тебя с дыркой в голове. Вот...

Он протянул было руку, чтобы показатьт где именно была рана, но Кристина отпрянула и сама отодвинула прядь жестких волос.

Никакой раны там не было.

— Чертовщина какая-то, — вырвалось у него.

Замешательство прошло в одно мгновение.

Роман вдруг улыбнулся и спокойно сел на стул.

Все стало ясно как день.

— Это ты меня сегодня чуть шомполом не проткнула? — спросил он.

— Я, — спокойно ответила Кристина и тихонько забарабанила по столу палочками.

— А почему не попала?

— А нужно было? Ты же знаешь, если бы хотела, убила бы. Роман усмехнулся.

Кристина опустила глаза. Она быстро водила палочкой по бумажной салфетке.

— Так почему? — спросил он.

— Наверное, не очень хотела. Я думала, ты сам догадаешься. Ты же у нас голова, — ответила она, не отвлекаясь от салфетки.

Роман внимательно разглядывал ее лицо.

— Кажется, ты похудела?

— Пожрать ты мне из вежливости предложил? Закажи мне то же, что и себе. Сигарет у тебя, как всегда, нет?

— Когда они тебя завербовали? — спросил Роман, толкнув к ней свою порцию.

Кристина подняла голову. Глаза ее превратились в щелочки.

— Аллилуйя! Догадался! Тоже мне, голова! Ха!

Она брезгливо отодвинула чашку с мясом.

— Из-за тебя меня сначала заперли в говняную спецшколу, а потом научили убивать. Даже проституток Бог прощает, а убийц нет. Ты об этом когда-нибудь задумывался?

— Тебя никто не принуждал, — сказал Роман.

— Ты знаешь, что я продержалась дольше всех?

— В каком смысле?