— Ладно, чёрт с этой политологичкой. Как ещё прокачиваться?

— Ну я учился, читал, программировал, переводил английский, распознавая незнакомые слова.

— Постой-ка! Так распознавание и в этом помогает? Охренеть! — Макс внезапно задрал голову в небо, выгнувшись в спине и яростно зашептал: — Господи, спасибо! Счастье-то какое! Это же просто очуметь можно от таких возможностей! Можно хоть прямо сейчас устраиваться переводчиком!

— Не всё так радужно, Макс, не тупи!

— А, ну да, несколько смыслов у слов. Понятно, предложения сами собой не составляются, да?

— Нет, конечно! Это было бы совсем халявой.

— Но примерно таким же образом работает распознавание переменных в конспектах по матанализу и прочим терверам.

— Ну это уже просто за гранью фантастики. И какого уровня у тебя сейчас распознавание?

— Ну если бы я его последний месяц не подзабросил, то было бы приличным, а так всего шестого уровня.

Внезапно Макс схватил меня за грудки и приблизился ко мне лицом:

— Димон, ты вообще, что ли, не вдупляешь? Нам судьба дала такой шанс, а ты тупо забиваешь на прокачку? Ты совсем тормоз?

— Ну я не забил на прокачку, в это время был немного занят лечением.

— И кого же ты так яростно лечил этот месяц, что даже у меня появлялся довольно редко?

— Детей, больных раком.

— А… О… Э…

Обычно Макс со словами не теряется. У него на любой случай в жизни всегда есть что сказать, а тут он стоял словно мешком ударенный и смотрел на меня вытаращив глаза. Распознаёт он меня, что ли? Да нет, не похоже.

— А где… нет, как ты попал к онкобольным детям?

— Агнесса Петровна привела.

— Наша бешеная Агнесса?

— Она не бешеная! Она просто замечательная женщина, часто навещает больных детей в хосписе и тратит на них всю свою нерастраченную любовь! Ты бы видел, как ей дети радуются, когда она приходит! Она там словно солнце светится, раздавая себя всю. Там все сотрудники такие. А вот когда оттуда выходит, она рыдает, рыдает навзрыд. Просто потому, что ничем не может помочь. А я могу. И я реально впахивал целый месяц. Дети показали удивительную динамику выздоровления. И вот-вот появятся первые вылеченные окончательно.

— Да ладно! В хосписе — вылеченные? Димон, туда же попадают на последней стадии, когда надежды уже нет. Вообще никакой! Ты реально смог вылечить этих детей?

— Пока ещё не смог, но уже скоро такие будут.

— Ты представляешь, что с тобой сделают, когда узнают? Тебя же на лоскуты порвут, чтобы ты вылечил всех. Тебя будут преследовать везде!

— Да ну не может быть всё так плохо?

— Поверь, всё будет гораздо хуже! Тебя посадят в лабораторию и будут изучать.

— Не, ну тут я с ФСБшниками договорился.

— Дима! — Макс шмякнул себе рукой по лбу и съехал ею вниз. И зачем он решил вызвать окно системы? — Грёбаный интерфейс! Я не думал тебя вызывать, это была просто эмоция! В общем, Димон, я не знаю, о чём ты договорился со спецслужбой, но поверь тебя уже имеют! Причём долго, давно и качественно, а то что ты этого не замечаешь, так это говорит только об их профессионализме.

— Ну не может же быть всё настолько плохо?

— Дим, ты повторяешься! ФСБ — это не детский сад, штаны на лямках, а серьёзная спецслужба, которая занимается не только безопасностью внутри страны, но и многими другими вещами. И я отнюдь не удивлюсь, если они сейчас слушают нас с помощью направленного микрофона.

— А на кой хрен мы тогда тут про систему говорим?

— Потому что мы с тобой два дебила. Сворачиваемся, больше про неё никому и никогда ни полслова. Читай книги, что я тебе советовал. Въезжай в тему, не тупи. Но на эту тему мы с тобой больше не разговариваем.

— А как же свободные очки?

— Сам Дима, всё сам. Это мы с тобой больше не обсуждаем. Вообще. Мы же не хотим в лабораторию в качестве подопытных кроликов?

— Не хотим. Так что кончай тупить и действуй сам. Только вот дуться на меня не надо!

— Ага, сам дар получил, а теперь в кусты сваливаешь? А я поставился перед спецслужбами, а ты сливаешься?

— Димон, ты — дурак? Я же не отказываюсь с тобой общаться и дружить, не отказываюсь от нашей многолетней дружбы, ты чего! Мы остаёмся друзьями, и общаемся дальше, но эта тема — табу! Договорились?

Получено задание: сохранить секрет. Награда 1000 очков опыта за каждый месяц выполнения условия.

— То есть ФСБшники нас всё-таки не слушают? — невольно вслух спросил я у Макса.

И тот кивнул:

— Похоже на то. Непонятно только почему. Я бы таким работникам пистон за такую халатность качественный выписал.

— Нам же лучше.

— Тут я с тобой согласен!

— А опыт за такую полезную идею на ровном месте — это просто круто. Кстати, получается мы можем друг другу генерировать квесты!

— Димон, кончай трындеть! Находка для шпионов ты ходячая!

Макс как всегда прав. Надо быть осторожнее. Но как же хочется с ним всё обсудить, рассказать, как и что я делал, а потом узнать, что он будет делать. Блин!!! Ну почему всегда такая хрень? Только я настроился на положительные новости и опять облом! Как жить в этом мире вообще?

— Это закон Мёрфи, Димон, смирись! Нет, телепатией не владею, твои мысли у тебя на лице написаны, а вот физиогномика позволяет узнать многое!

Это Макс даёт мне так понять, что он открыл новый навык? Я уставился на него как баран на новые ворота, и он едва заметно кивнул. Ну что сказать, Макс крут!

Интермедия 11

Сидела себе спокойно на лавочке, наслаждалась последними лучами осеннего солнышка, как на тебе — на соседнюю лавку прибежали два парня. И ладно бы горланили как все, или там с пиво, с гитарой, может, с девчонками, нет — друг с другом, и шепчутся о чём-то между собой. Явно какие-то не такие, с прибабахом, как внучок говорит. И вроде как морды знакомые, видела их не один раз, а вот ведут себя подозрительно. Никогда они у нашего дома не садились. Задумали чего-то? А может они ворюги и сейчас ищут, какую бы квартиру обчистить?

Но если я их видела, то значит они местные, а значит воровать здесь точно не будут, если не наркоманы, те могут. Но эти вроде не похожи. Одеты прилично, не дёрганные… Хотя нет, начали вон чего-то руками махать, а сами шёпотом говорят. Ведут себя прямо как шпионы какие.