Эрел встал рядом с остальными и ухмыльнулся.

– Мелина – волшебница! Разве я не всегда это говорил?

Она посмотрела в его сияющие глаза и несколько секунд наслаждалась его похвалой.

– Нам нужно поторопиться, – напомнил Танн. – Успеем ли мы остановить Морцену?

Эрел снова стал серьёзным и кивнул.

– Будем на это надеяться! Но для этого нам понадобится второе чудо.

Издалека они наблюдали, как Салиус бежит к Морцене. Он размахивал руками и что-то кричал. Однако волшебница не слышала его, она склонилась над Тиглем, из которого на её лицо падал свет – такой яркий, как будто исходил из другого мира. Только когда Салиус оказался почти перед ней, она его заметила и сердито уставилась в ответ.

Эрел протиснулся сквозь толпу влево, где стояло большинство ледяных чародеев. На ходу он им что-то шептал, пока не добрался до своего отца и короля Янобиса. Мелина тем временем подошла ближе к возвышению вместе с Танном и Лианной и теперь тоже могла слышать голоса двух магов.

– Корона? – как раз в этот момент прошипела Морцена. Удивительно, но, кажется, она совсем не была удивлена. А гнев её был наигранным. Неужели она была так уверена в победе Мелины?

– Ты не справился! – отчётливо провозгласила Морцена. – Ты изначально был слабее меня. – Она окинула его холодным взглядом, и уголки её губ поползли вверх. – Так скажи честно… Чем ещё ты можешь быть мне полезен сейчас?

Молния вырвалась из рук волшебницы совершенно неожиданно. Она была ярче и мощнее, чем всё, что до этого метал в них Салиус. Когда Мелина снова открыла глаза, от Салиуса уже ничего не осталось. Там, где он недавно стоял, была выжженная трава, и в небо поднимался небольшой столб дыма.

– Мелина! – громко крикнула Морцена. – Где же ты?

К счастью, Мелина стояла в толпе волшебников и в ужасе пригнулась, прячась. От магии Морцены она не была застрахована! А волшебница, похоже, поняла, что теперь ей не нужна и Мелина. Действительно, зачем оставлять в живых свою соперницу?

Тишина нависла над площадью. И в этой тишине Морцена повторила свой вопрос, на сей раз очень тихо:

– Где?

Мелина чувствовала, как огненные чародеи вокруг неё начали оборачиваться, потянулись к ней. Она замерла и зажмурилась, ожидая, что её вот-вот схватят и вытолкнут к Морцене. Но тут вдруг послышались крики. Затем раздался голос, который она хорошо знала:

– Ледяные и огненные чародеи не должны вечно враждовать только потому, что так кому-то хочется!

Это был Эрел! Мелина вздохнула с облегчением, когда все повернулись к нему.

– Салиус забрал ваши кие. Только поэтому вы стоите сейчас здесь. Но теперь вы свободны! Так спросите себя, действительно ли вы хотите мир целиком из огня?

Мелина осмелилась поднять голову и даже приподняться на цыпочки. Расстановка на площади полностью изменилась. Ледяные чародеи встали полукругом, преграждая путь огненным магам. В первом ряду стояли Эрел, его отец и король Янобис. Король кивнул и теперь тоже взял слово:

– Решение за вами. Никто не причинит вам зла за то, что вы творили, находясь под заклятием Салиуса. Мы не хотим сражаться, но поверьте, мы и к этому готовы.

Мелина покосилась на Морцену, на которую в этот момент никто не обращал внимания. Испуганная, она потянула Танна за рукав и схватила Лианну за руку. Волшебница воспользовалась возникшей суматохой и спокойно завершила церемонию! Она вскинула руки над Тиглем, и к каждой её руке тянулся луч света, один холодно-синий, другой огненно-красный. Когда лучи пересеклись, возникло единое слепяще-белое свечение. Морцена сложила руки лодочкой, будто держала новорождённого птенца. Сформированный в её ладонях световой шар искрился от чистой магии. Такое ни с чем нельзя было перепутать.

– Горящий лёд! – воскликнула Морцена. – Вот мой приказ…

Мелина знала, что это заклинание изменит мир. Момент настал, а Ламунее никто не мог защитить, потому что чародеи были поглощены своей старой враждой. Мелина, Танн и Лианна были слишком далеко и ничего не могли предпринять. Позади себя Мелина слышала треск вспышек, проклятия и крики ненависти. А у неё внутри была мёртвая тишина. Тишина… А ведь это мысль!

Мелина закрыла глаза и сосредоточилась, как и раньше. Картинка возникла быстро и чётко. И слова пришли сами собой:

– Шана ладжа́р!

Морцена продолжала шевелить губами, но вдруг в ужасе схватилась за горло. Она не могла произнести ни звука.

– Сейчас! – крикнула Мелина, и Танн с Лианной поспешили за ней. Оба удивлённо смотрели на волшебницу.

– Что ты с ней сделала? – спросила Лианна, когда Танн забрал световой шар из рук обезумевшей от ярости Морцены и передал его Мелине. Крепкому богану было нетрудно завести руки женщины ей за спину.

– Я временно лишила её голоса, и она не может закончить заклинание, – нервно ответила Мелина. – Не знаю, долго ли это будет её сдерживать, так что надо поторопиться. – Её пальцы дрожали, когда она смотрела на чистый свет в своих ладонях. Три года понадобилось сотням ледяных и огненных чародеев, чтобы сотворить самую могущественную магию. Очень тонкая работа. И они сделали это вместе.

– Нельзя, чтобы такой труд пропадал, – пробормотала Мелина, поднимая свет выше.

– Горящий лед! Ты был создан, чтобы изменить Ламунее. Но Ламунее так прекрасна… что нет необходимости что-либо переделывать. Здесь я узнала, насколько сильна фантазия – и насколько опасна власть. Так пусть же у этой власти будет лишь одна цель: чтобы каждый мог жить в этой стране так, как ему нравится, при условии, что он не притесняет этим никого другого. Пусть больше не будет рабства, пусть все существа будут свободны в своей воле и в своих действиях. Пусть все они разумно относятся к будущему Ламунее!

Световой шар начал вращаться в руках Мелины всё быстрее и быстрее, сияя даже ярче, чем раньше. Затем он сверкнул, как маленькое солнце – и тут же исчез. Мелине показалось, что она слепнет, так больно было глазам от этой яркости. Но когда она снова смогла что-то различить, самым ярким светом поблизости был свет факелов. Это сотни волшебников повернулись к ней, внимая каждому её слову. Между ними на земле неподвижно лежали несколько магов, и ещё несколько стояли в задних рядах, связанные и разъярённые. Но все остальные не выглядели враждебно настроенными. Одни кивали, вторые смотрели в землю, а другие – всё чаще и чаще – что-то одобрительно выкрикивали.

Эрел протиснулся вперёд и бросился к возвышению, где, смеясь, крепко обнял Мелину. Она уткнулась лицом в его плечо и только сейчас осознала, что у неё дрожат колени.

– Я