Мужчина укоризненно вздохнул:

— Неужто вы одна собрались на прогулку?

— А что? Разве в Сэльроне опасно? Ваш город показался мне очень спокойным, опрятным и безопасным.

— Так это центр! Если случайно забредёте в квартал ремесленников или, не дай Аурана, к нищим… — он сочувственно покачал головой, заранее представляя мою незавидную судьбу.

— Знаете, сколько у нас тут девушек убили в последнее время? — восторженным голосом спросил один из близнецов.

— Матус! — оборвал его отец. — А ну, оба бегом отсюда! Помогите матушке со стиркой. — Дождавшись, когда парни скрылись за неприметной дверью под лестницей, он повернулся ко мне и заговорил елейно: — Так это раньше, госпожа. Правда, было неспокойно. Новый мэр навёл порядки. Сам принц следит за использованием средств, и его величество, поговаривают, скоро наведается к нам сюда на отдых.

— Хорошо, — мне совсем не хотелось выслушивать пространные объяснения или наблюдать семейные разборки. Я напомнила свой вопрос: — Объясните, как пройти к набережной.

— В Сэльроне всё просто! — воодушевился хозяин. — Все главные улицы ведут к морю, выйдите наружу и…

— Господин Ловке! — Граф успел спуститься и приблизился к нам. — Я сам провожу леди Леви.

— Да-да, конечно, — низко поклонился ему хозяин отеля, — теперь я спокоен.

— Вы бывали в Сэльроне, граф? — спросила я, когда мы вышли на улицу.

— Нет, — ответил он, беря меня под руку. — Зато видел много приморских городов и представляю, как они устроены.

— Одинаково устроены? — удивилась я, не особенно доверяя такому провожатому.

Тедион хохотнул и признался:

— Прежде чем отправляться сюда, я хорошенько изучил карту. Вы совершенно правильно заметили, Мэй, у меня здесь важные дела, я не могу тратить время на поиски, уж лучше проведу лишние минуты с вами.

Кто бы отказался на моём месте? С готовностью кивнула, и мы ускорили шаг, двигаясь вниз по широкой улице. Вскоре на горизонте показалась синяя, отличавшаяся от неба полоска, а ещё потянуло особым запахом — рыбы, водорослей. И шум! Такой ни на что не похожий шум набегающих волн, а ещё крики чаек. Неужели прямо сейчас я его увижу? Море!

Была бы я одна, сразу побежала! Граф Конни слегка прижал тёплой ладонью мою, лежавшую на его предплечье, тем самым успокаивая и сдерживая порыв.

— Я его вижу! Море… — шептала я, потеряв от волнения голос. — Нужно было захватить холст и краски.

— Мы уже здесь, море никуда не денется, — ласково улыбнулся мне Тедион. — Наберитесь впечатлений, успеете ещё порисовать.

Он прав, конечно, прав. Моя привычка чуть что хвататься за кисть тут неуместна, нужно пропитаться образами, созреть, дождаться момента, когда, даже закрыв глаза, я буду хорошо представлять и цвет, и объём, блики, тени, и даже аромат огромной воды.

Улица вывела нас к широкой набережной. От моря её отделял парапет с ажурными коваными перилами. Под ногами была выровненная магией брусчатка. Двигаясь вдоль набережной, мы время от времени встречали небольшие площадки, напоминающие балконы. Это просто восхитительная идея — соорудить такие выступы! Выйдя на один из них, я перевесилась через ограждение, увидела, как далеко внизу волны разбиваются о скалы, украшая их кружевной пеной.

— Крыльев не хватает, — сказал граф.

Я едва расслышала его спокойный, но полный внутренней силы голос. Посмотрела на вдохновлённое лицо. Тедион устремил взгляд на видневшийся у горизонта парус, обняв меня за плечи — наверное, опасался, что я свалюсь вниз, когда перегнулась через перила, поддавшись эмоциям.

— Вы хотите летать? — спросила его.

— Всегда. Как только попадаю на море и вижу перед собой бесконечный простор, всей душой хочу стать птицей.

— А я в таком настроении всегда хочу рисовать.

— Что ж, — граф отвлёкся от созерцания и обнял меня крепче, пряча от студёного ветра. — Это место мне кажется очень удачным. Строители набережной как будто специально для художников сделали эти выступы.

— Да, тут неплохо, но… — я указала вправо. — Там, кажется, порт. Хотелось бы прогуляться до него. Для картины мне нужен корабль.

— Пойдёмте, — согласился спутник. — Только сначала предлагаю купить что-нибудь вон там, и подкрепить силы. К сожалению, кафе ещё не открылись, зато есть лоточники.

Мы взяли по большому куску пирога и по пакетику с орешками. Жуя на ходу, продолжили путь по набережной, медленно приближаясь к видневшемуся вдалеке порту. Я хорошо помнила описание картины, заказанной Эжени — там должен быть накрываемый огромной волной парусник.

Глава 22

Тедион Конни

Прогулка по набережной под руку с Маэлисой подарила мне настолько приподнятое настроение, что я уже не помнил, когда так радовался в последний раз. Море — почти спокойное, бирюзовое у берега и тёмно-синее вдалеке, восхищало мою спутницу, дарило ей вдохновение. Мне с большим трудом удалось уговорить художницу отложить работу назавтра. Хотя, пожалуй, лукавлю. Я, действуя в собственных интересах, проявлял виртуозное красноречие, убеждая девушку, что сначала ей нужно напитаться впечатлениями, а уже потом переносить их на холст, а она не спорила, слушала меня с благодарностью и удивительным блеском в глазах. Такой бывает у всех, кто увидел море впервые или после долгого перерыва.

Мне довольно долго пришлось жить в Транцельвале, прогулки по берегу стали там привычными, даже необходимыми. Однако южные воды — это другое. Сэльрон я посетил впервые, и меня удивила мощь и грандиозность, которая чувствовалась даже в заливе. Совсем другое впечатление оставляло радостное, можно сказать, легкомысленное море Транца. Справедливости ради, нужно заметить, что и там случались хмурые дни, когда разыгрывался шторм, и сердитые волны выбрасывали на берег космы водорослей. Непогода там не особенно огорчала, скорее дарила возможность провести время в уютных ресторанах или посетить оперу, которой славился Транцельваль.

По просьбе Маэлисы мы добрели до небольшого порта, где на рейде стояли рыбацкие шхуны и одна изящная бригантина. Художница, оставив мою руку, подошла к самой кромке воды — здесь отсутствовало ограждение — и, встав на мокрый валун, впилась взглядом в корабль, будто запечатывая в памяти его очертания и цвета. Я не стал мешать девушке, сам залюбовался её сосредоточенным лицом.

В гостиницу возвращались, когда солнце начало присаживаться на крыши домов и намекало на приближающиеся сумерки. Поскольку мы забрели довольно далеко, я нанял извозчика. Мы довольно быстро и с комфортом