– Наверное, старушка разобиделась из-за того, что мы продали лошадей мастеру Манфри, а не ей, – предположил Тернер.

– Она же не проявила никакого интереса к этим лошадям, капитан, – возразил Джек. – Брэкстон сказал, что она прогнала его, как только он попытался обсудить их продажу.

– Да, но у нее голова работает иначе. Леди Акула делает все, что ей заблагорассудится. Брэкстон собирался вернуться и попробовать еще раз на следующее утро, помнишь? Но ты заключил сделку с Эмериком, и ему не пришлось беспокоиться. Мы с тобой на такое не обидимся, а она…

Теперь и сам Эмерик заметил преследователей и лишь слегка ускорился, время от времени оглядываясь. Это был мужчина крепкого телосложения, с аккуратной бородкой, пронзительными золотистыми глазами и густой копной темно-каштановых волос, коротко подстриженных, чтобы им требовался лишь минимальный уход. Казалось, этого человека нисколько не обеспокоило появление у него за спиной дюжины головорезов.

– Капитан Тернер! – окликнул он, дойдя до верхней кромки пляжа, и направился к путникам, шурша галькой. – Приятно, что вы меня встречаете. Джек. Йоник. Как вы все поживаете?

Йоник еще не назвал своего имени этому человеку, хотя, без сомнения, кто-то другой уже проговорился. Утрата контроля немного задевала.

– Отлично, мастер Манфри, да, у нас все в порядке, – сказал Тернер. – Загружаем корабль и готовимся к отплытию. Как видите, малыш и здоровяк уже гонят лодку сюда.

– Хорошо, хорошо. И Брэкстон с Дэвином поднимают паруса. Очень хорошо.

Эмерик шагнул вперед и сердечно пожал каждому руку. Его щеки слегка порозовели после долгого путешествия. Затем он повернулся и кивнул на отряд таинственных верховых.

– Похоже, нас пришли проводить, капитан Тернер. Мы знаем, кто эти всадники?

– Полагаем, это головорезы леди Акулы.

– Ну разумеется. Похоже, наша сделка не осталась незамеченной. – Манфри опустил на землю заплечную сумку и выпрямился. – Что ж, полагаю, мне следует заняться этим. Ведь именно я увел прекрасных лошадей прямо из-под ее острого носа.

– Не стоит, мастер Манфри, – предостерег Тернер. – Если мы сработаем быстро, то доберемся до корабля раньше, чем они доберутся до нас…

– Нет, капитан, не нужно спешить. Я уверен, что это можно уладить достаточно легко. – Он повернулся к Йонику. – Не присоединитесь ко мне, мастер? На всякий случай.

Йоник кивнул. Сид с лодки заметил приближение всадников и в панике налег на весла – теперь Хмурый Пит ни за что не смог бы с ним потягаться. Лодку закружило, но Тернер уже не смеялся.

– Греби, Пит! Давай, тощая ты жердь, работай веслом!

Всадники торопливо двигались по равнинам и приближались к пляжу.

– Ходят слухи, что среди наемников леди Акулы есть Сталерожденные, – сказал Эмерик тихим размеренным голосом. – Если она узнала, кто я, то отправила их всех. Вы готовы сразиться?

– Меня учили быть готовым, – столь же откровенно ответил Йоник.

– Да, я знаю.

Вскоре до них донесся топот копыт. Во главе процессии скакал головорез с вытянутой челюстью, одетый в серый плащ, под которым блестела кольчуга. Других подтверждений не требовалось – они прибыли не беседовать. Йоник опустил взгляд и увидел, что от ножен поднимается дымка: клинок вдохнул соленый воздух.

– Вы вторглись на эти земли! – крикнул предводитель отряда, глядя на мужчин перед собой и на остальных на пляже. – Все, кто проходит этим путем, должны заплатить налог нашей леди. Говорят, вы здесь уже больше недели. – Он замолчал, и на его изрезанных шрамами губах появилась усмешка. – Мы слышали, что у вас на борту есть дюжина хороших лошадей, одна из которых – чистокровная расаланская кобыла. Мы возьмем их в качестве платы. Выгружайте лошадей на берег, иначе мы вас всех продырявим.

По пляжу разнесся звон металла: дюжина серебряных лезвий блеснула на солнце, пробившемся сквозь облака. Половина из них дымилась.

– Что ж, ситуация обострилась довольно быстро, – совершенно спокойно заметил Эмерик. Его рука покоилась на рукояти меча, а темно-зеленый плащ развевался на легком ветру. – Это все Сталерожденные, которые есть у леди Акулы? Вас только шестеро? Я надеялся на более серьезное испытание.

Главарь ощетинился.

– Для такого, как ты, и того будет предостаточно. – Он перевел взгляд на Йоника. – Или вас двое? Этот парень – тоже Сталерожденный бастард?

Эмерик проигнорировал вопрос.

– Вы предложили свои условия, теперь позвольте мне предложить наши. – Манфри улыбнулся. – Прямо сейчас разворачивайтесь и скачите обратно в Серые воды. Сообщите своей леди, что когда вы прибыли, нас уже не было. Сделаете это – останетесь в живых.

Головорез рассмеялся. Пятеро других Сталерожденных из его отряда, не спешиваясь, двинулись вперед и выстроились в линию.

– Шестеро на двоих. Такое соотношение сил меня устраивает. Мы позаботимся о тебе, Манфри, а остальные разберутся с твоими товарищами. Стоит ли так рисковать ради нескольких лошадей? Можно ведь обойтись без крови.

– Боюсь, мой юный друг слишком привязан к своей кобыле, – ответил Эмерик, кивнув на Йоника.

– Как будто меня это волнует, – рыкнул головорез. – Я здесь по приказу леди Акулы. Мы заберем этих лошадей, Манфри, а будете сопротивляться – заберем и ваши жизни.

Предводитель спешился, и пятеро Сталерожденных по бокам от него сделали то же самое. Клинки из божественной стали у всех были разные: у одного – короткий меч, у другого – изогнутый скимитар. Самый крупный головорез держал внушительный двуручник, а самому щуплому выдали два длинных кинжала. Разношерстная компания Сталерожденных бастардов, которые сражались тем, что им досталось. В конце концов, раздобыть божественную сталь нелегко даже для такой находчивой женщины, как леди Акула.

– В отличие от меня, у тебя есть выбор, Манфри, – предпринял последнюю попытку главарь, размахивая обычным длинным мечом. – Я советую тебе сделать его сейчас и не заниматься глупостями. Подумай об этих людях. Оно того не стоит…

Эмерик Манфри обнажил клинок, обозначая свой выбор.

– Давай просто покончим с этим, хорошо? У нас действительно мало времени.

Его слова прозвучали добродушно, но действия, которые сопровождали их, вряд ли можно было назвать дружелюбными. В мгновение ока Манфри бросился вперед и атаковал главаря, тот удивленно моргнул и выставил защиту. Раздался громкий лязг божественной стали, эхом разнесшийся по пляжу.

Этот звук призвал к бою и остальных. Головорезы разделились и бросились в атаку: на Йоника кинулись только двое, посчитав его менее способным; трое присоединились к главарю.

«Нет, так не пойдет», – подумал Йоник, беззвучно вынимая Клинок Ночи из ножен. Серебристый туман с нежно-голубым оттенком сменился черным. Один из головорезов замахнулся двуручным мечом, намереваясь разрубить Йоника пополам. Рядом кружил другой, с кинжалами, гораздо меньше ростом и гораздо проворнее, готовый броситься на Йоника и проделать в