мне. В их глазах вспыхивает узнавание, сменяясь шоком, а затем — яростью.

— Ты! — Мирабель (или Розалин? Я так и не научилась их различать) делает шаг вперёд. — Как ты… посмела?!

Чашка дрожит в моих руках. Я посмела что? Выжить?

— Что вы здесь делаете? — голос Драксена звучит низко, с угрозой.

— Мы искали тебя! — восклицает вторая близняшка. — Ты исчез без предупреждения, даже не сказал, когда вернёшься!

— А оказывается, ты всё это время был с ней, — первая бросает на меня презрительный взгляд. — С той, кто предала тебя. Кто отвернулась от своего долга.

Я задыхаюсь от возмущения. Да как они смеют?

— Достаточно! — рычит Драксен, и в его голосе слышится что-то нечеловеческое, его истинная сущность. — Вы забываетесь.

Близняшки застывают, их глаза широко раскрыты.

— Но мы думали... — начинает одна.

— Вы думали неправильно, — отрезает Драксен. Он бросает взгляд на Тароса и Лианора, и его лицо становится жёстким, непроницаемым. — То, что было между нами, закончено.

В комнате повисает тяжёлая тишина. Близняшки смотрят на Драксена с недоверием.

— Ты не можешь говорить серьёзно, — шепчет одна из них. — После всего, что ты нам обещал...

— Я не просил вас приезжать сюда, — голос Драксена холоден как лёд. — И не давал никаких обещаний.

Лианор и Тарос наблюдают за сценой с нечитаемыми лицами. Я стою, словно окаменев, не зная, что чувствовать. Часть меня хочет торжествовать — Драксен отверг их, прилюдно, решительно. Но другая часть... другая часть помнит, как я нашла их в его объятиях. Боль и предательство.

— Она носит твоего ребёнка, — выплёвывает одна из близняшек, глядя на мой живот. — Ты поэтому вернулся к ней? Из-за наследника?

— Ведь мы можем дать тебе больше.

— И лучше!

Напряжение в комнате возрастает до предела. Я чувствую, как Клевер прижимается к моим ногам, его шерсть наэлектризована.

— Мои причины вас не касаются, — отвечает Драксен, и его голос звучит как приговор. — Вы обе сейчас же покинете этот дом.

— Но там опасно! — восклицает одна из них. — Мы видели странные тени на окраине леса...

— Тени? — вмешивается Лианор, делая шаг вперёд. — Какие?

— Они двигались не как люди, — говорит вторая близняшка, её голос дрожит. — Словно перетекали с места на место. Мы думали, это просто игра света, но...

Драксен, Тарос и Лианор обмениваются быстрыми взглядами.

— Тёмные, — произносит Трагер. — Они здесь.

Моё сердце пропускает удар. Инстинктивно прижимаю руку к животу, защищая ребёнка.

— Нужно действовать немедленно, — Лианор идёт к выходу. — Тарос, Драксен, поспешим.

Драксен смотрит на меня, и в его взгляде мелькает беспокойство.

— Я не могу оставить тебя с ними, — говорит он тихо, кивая в сторону близняшек.

— Драксен, нет времени, — торопит Тарос. — Там люди в опасности.

Он колеблется, его взгляд мечется между мной и дверью.

— Иди. Я справлюсь.

Я даже сама себе не верю, когда это говорю.

Глава 40

— Если они причинят тебе вред... — начинает Драксен.

— Мы не причиним ей вреда! — восклицает одна из близняшек. — Мы не монстры!

Драксен смотрит на них долгим, тяжёлым взглядом.

— Помните, что я сказал, — произносит он. — Всё кончено. И если я узнаю, что вы хоть пальцем тронули Илорию или как-то расстроили её, вам придётся иметь дело со мной. И поверьте, это будет крайне неприятно.

В его голосе столько власти и силы, что даже у меня по спине пробегает холодок. Никогда прежде я не видела его таким — жестоким, непреклонным, но в то же время... защищающим меня?

Близняшки молча кивают, их лица бледнеют.

— Идём, — командует Лианор, и вместе с ларианами выходит из дома.

Дверь закрывается за ними, и я остаюсь одна с двумя девушками, которых ещё вчера считала своими соперницами. Клевер прижимается к моим ногам, его шерсть встопорщена — он готов защищать меня, если потребуется.

Тяжёлая тишина повисает в холле. Близняшки стоят у двери, я — у камина. Между нами — непреодолимая пропасть.

— Итак, — говорит наконец одна из них, скрещивая руки на груди. — Ты вернулась к нему.

— Нет, — отвечаю твёрдо. — Это он нашёл меня. Я не просила его о защите.

— Но ты носишь его ребёнка, — замечает вторая, её взгляд опускается на мой живот. — И не сказала ему об этом, когда уходила.

Стискиваю зубы. Не нравится мне начало этого разговора. И то, что они носятся за Драксеном по всему королевству. Как только находят? Будто ищейки.

— Что именно вам обещал Драксен? — спрашиваю прямо. — Когда привёз вас в наш дом?

Близняшки переглядываются.

— Он сказал, что ты не можешь иметь детей, — отвечает одна из них. — Что ему нужен наследник, и одна из нас может стать матерью этого наследника. А потом остаться или получить свободу и достаточно золота, чтобы жить безбедно до конца своих дней.

— Но мы не собираемся уходить.

Её слова ударяют меня словно пощёчина. Значит, всё ещё хуже, чем я думала. Он не просто привёз их как... временную замену. Он планировал заменить меня насовсем.

— Но теперь, когда оказалось, что ты беременна, — продолжает вторая близняшка, — ему больше не нужны мы.

В её голосе столько горечи, что я невольно чувствую укол сострадания. Они тоже жертвы его манипуляций. Так же, как и я.

— Он использовал вас, — говорю тихо. — Так же, как использовал меня.

— Нет, — возражает одна из них. — Мы видели, как он смотрит на тебя. Даже сейчас, после всего, что ты устроила.

Её слова застают меня врасплох. Внезапно снаружи доносится громкий рёв — звук, который я узнала бы из тысячи. Рёв дракона в его истинной форме. За ним следует вспышка яркого света, озаряющая окна.

Близняшки вздрагивают, их лица бледнеют ещё сильнее.