– Ну зачем же ты на него сорвался? – спрашивает она.

– Сорвался? Я просто выяснял, что случилось.

Она по-прежнему не понимает.

– Так тебя не тревожит, что Эви общалась с герцогом? Что она интересна кому-то, кроме тебя?

– Пусть делает, что хочет.

– Как скажешь, кузен. – Она легонько хлопает меня по груди и уходит. – Я спать.

Мне бы тоже не помешало. Две бурные ночи в тавернах, короткий, поверхностный сон в плавучем доме – все это моему мозгу не на пользу, но я решаю сначала освежиться и привести мысли в порядок.

Спускаюсь по ступенькам крыльца, наслаждаясь тишиной парижских улиц. Мысли, по своему обыкновению, возвращаются к Эви. Раз она терпеть не может такого, как я, то и герцог должен быть ей ненавистен, так? Вообразить не могу, чтобы ей понравился обладатель такого высокого титула. Может, Жак сгущает краски и Эви с герцогом просто случайно столкнулись в каком-нибудь коридоре? Но тогда откуда у нее его пальто?

Тут парадные ворота открываются. Можно даже глаз не поднимать – я знаю лишь одного человека, который может вот так бесцеремонно заявиться в чужой двор посреди ночи.

– Какой сюрприз! – восклицает Рашель, энергично шагая по мостовой. – А я и не надеялась так быстро тебя отыскать. Жюльен сказал, ты еще домой не вернулся!

– Рашель, что ты тут делаешь?

– А что? Мне нельзя навестить друга?

– Мы с тобой не друзья, – напоминаю я.

Она садится на ступеньку рядом со мной, а я так устал, что нет сил отодвинуться.

– Бо, ну перестань, – просит она и игриво на меня смотрит. – Я пришла, потому что хотела тебя увидеть. Неужели так сложно в это поверить?

Да. Очень.

– А где барон? Он знает, что ты здесь?

Рашель фыркает.

– Николя плевать, где я. Он сейчас занят – ужинает со своей матушкой.

– А тебя, значит, на ужин не приглашают?

– Нет, конечно. Такое чувство, будто эта женщина считает меня ядовитой змеюкой, не меньше. Ей еще хватает наглости называть меня «золотоискательницей»! Можно подумать, у них есть что искать! – Рашель хихикает над собственной шуткой, а я даже не улыбаюсь.

– Ну, твоя тетя считала, что есть, – язвлю я. – Недаром она так спешила от меня избавиться.

– Тетушка Женевьева ошиблась. Мать Николя, может, и общается с виконтом и еще кое с кем из дворца, но земли, которыми владеет это семейство, падают в цене – там сплошные поймы, еще немного, и их будет попросту невозможно продать.

– То есть твоя тетя действительно вас свела, да? – уточняю я и улыбаюсь. Наконец-то ее ложь вышла на поверхность! – А то, помнится, ты говорила, будто пересеклась с бароном случайно, пока была у нее в гостях.

– Ох… ну… – начинает Рашель, явно подыскивая убедительное оправдание, очередную ложь.

– Да не волнуйся. Я сразу все понял, – говорю я.

Мы сидим в тишине. Я вроде бы и хочу, чтобы она скорее ушла, и в то же время рад, что Рашель отвлекает меня от тягостных мыслей.

Наконец Рашель прерывает молчание:

– Я думала, ты проводишь вечер с Эви. Вы в последнее время неразлучны.

– По-моему, она нашла себе кое-кого другого, – выпаливаю я.

– Ты для нее слишком хорош, – говорит Рашель и придвигается ближе. – Она не ценила тебя. Совсем как я. – Она касается моей щеки, а я заглядываю ей в глаза. Как же легко порой вот так вернуться к тому, кого ненавидишь, ведь здесь все уже так знакомо… Как только наши губы соприкасаются, я тут же жалею об этом.

Поцелуй получается коротким – я отстраняюсь сразу же, как нахожу на это силы.

– Рашель, не надо. Не стоит. Я не…

– Тсс… – Она подносит палец к моим губам, тянется за новым поцелуем, но я поднимаюсь со ступенек.

– Нет, Рашель. Не могу.

– Это из-за Эви? Бо, не глупи. Она дочь булочника, в конце-то концов. Неужели ты всерьез можешь представить вашу свадьбу?

– Подожди, – перебиваю я ее. В голове у меня вдруг начинает складываться картина. – Ты ведь пару дней назад говорила, что тебя ждет аудиенция с герцогом, так?

Рашель кокетливо откидывает волосы с плеча.

– Ну да, и что?

– Как все прошло?

– Откуда вдруг такой интерес?

– Как все прошло, Рашель? – строго спрашиваю я.

– Отлично, – заявляет она.

– Правда? И о чем же вы разговаривали?

– Мы? Ну… Как бы… – Рашель судорожно подыскивает ответ. – У нас толком и не получилось поговорить. Мне весь вечер не давали покоя, понимаешь. На королевском балу невозможно пообщаться со всеми!

И тут до меня наконец доходит. В тот вечер герцогу не было дела до Рашель, потому что его зацепила Эви. А Рашель обнаружила, что барон отнюдь не может похвастаться богатством. Я – ее последний шанс.

– Так вот почему ты пришла. Не осталось других вариантов.

– Что?! Нет, нет, конечно, все не так! – возражает она. – Просто хотела увидеться, сказать, что очень соскучилась! – Она тоже поднимается со ступенек и пытается обнять меня за пояс, но я отстраняюсь.

Как же я сразу не догадался?

– Знаешь, Рашель, а ведь мать Николя права. Ты та еще змея.

Глава двадцать вторая

ЭВИ

Я почти засыпаю, когда в окно моей спальни попадает первый камешек.

Я испуганно подскакиваю. Сердце бешено стучит о ребра. Мне что, показалось? В комнате темно – мрак разбавляет лишь слабый свет уличного фонаря. Кутаюсь в хлопковую ночную рубашку и направляюсь к окну. Какой же холодный пол! Не успеваю пройти и половины комнаты, как прилетает второй камушек. На этот раз снаряд отскакивает и едва не разбивает фонарь. Наверное, дети хулиганят.

У окна становится понятно: я ошиблась с догадкой. В теплом, мутноватом свете фонаря стоит Бо и машет мне.

– Бо? – шепчу я и тру уставшие глаза.

Потом замираю на пару мгновений, прислушиваюсь, не разбудил ли кого-нибудь стук камней о стекло. Кажется, в доме все спокойно. Я осторожно отодвигаю щеколду и открываю окно.

Высовываюсь и шепчу как можно громче:

– Бо! Ты что там делаешь?

– Спускайся! – зовет он. Вид у него уставший, это заметно даже на расстоянии. Такое чувство, что он не спал несколько дней.

– Ты вообще знаешь, который сейчас час?! – спрашиваю я, а потом вдруг слышу какой-то скрип из соседней комнаты – то ли кто-то проснулся, то ли просто повернулся в кровати.

Вскидываю руку, делая Бо знак не шуметь. К счастью, он верно его понимает. Продолжаю вслушиваться, но в доме опять воцаряется тишина. Я снова высовываюсь в окно и машу Бо.

– Стой там!

Я превосходно владею искусством незаметно выбираться на улицу – спасибо нашим прогулкам с Джо и ночным