Дима выхватывает у меня его из рук.

— Диана, это лаборатория. А не корпоративная столовая. Здесь, прежде чем взять, надо спросить. Это сосуд Дьюара, а не термос. Он изготовлен из боросиликатного стекла и предназначен для хранения и перевозки низкотемпературных веществ, например, азота.

— Значит кофе там нет, — подвожу итого сказанному.

Дима лишь тяжело вздыхает. Я знаю, что я непрошибаемая. Знал, с кем связывался…

Дверь в лаборатория открывается и заходит Разжаев со свитой.

Глава 34

Диана.

Лев Николаевич заходит в лабораторию походкой индюка. Руки в карманах брюк, отчего пиджак собрался гармошкой на талии, но пуговки не расстегнул, показывает этим деловитость и, что шутки шутить никто не намерен.

Смотрю четко на него, прожигая. А он, на кого угодно, только не на меня. Игнорирует. Или считает той самой бактерией, которая недостойна внимания. Зря он меня недооценивает. Думает, что сдулась? Я просто коплю энергию на один, но охренительный поступок.

— Игорь, результаты, — коротко требует от работников отчет о проделанной работе. Кстати, я уже и забыла, что Лелика зовут Игорем.

— Лев Николаевич, все сделано. Вот отчет, — протягивает стопку бумаг. Лев не спешит брать.

— Вкратце, — взмах руки. Дает барское разрешение начать рассказ.

— Процедура исследования включала проведение повторных тестов с применением соответствующих средств контроля, которые обычно используются в фармацевтической и медицинской промышленности, — затараторил Игорь, читая отчет, — включая те, которые позволяют установить, восстанавливается ли исследуемый вирус на достаточном уровне в ходе исследования.

— Стоп! — поднимает Разжаев руку. — Ты мне решил все прочитать? Меня интересует итоговая часть.

— Исследование показало, что скорость мутации вируса SARS-COV-2 быстрее, по сравнения с другими вирусами. Основным фактором мутации является иммунный ответ хозяина. Существующую вакцину придется регулярно обновлять для обеспечения эффективной защиты.

— Это меня и интересовало, — почесывая щетину говорит Лев. Видно, он уже считает прибыль.

Теперь понятно, какие лабораторные исследования они проводили. Они выявляли вирус, в который стоит вложить бабки. Участники бизнеса решили выпустить давно известный и контролируемый вирус в народ, а потом, выступить в роли спасителей вселенной, обновляя вакцину. Вот так и появляются различные штаммы… Вирус гуляет по миру, передаваясь воздушно-капельным путем, и, чтобы выжить, ему приходится адаптироваться под иммунную систему людей, к применяемым препаратам, температурным перепадам… Все это создает давление отбора на вирус, вынуждая его меняться, чтобы выжить и продолжить размножаться, а фармацевтические компании тем временем обеспечивают себе дополнительный легальный вид заработка. Игры серьезных людей больно бьют по людям, со слабым иммунитетом… и приносят баснословную прибыль фармацевтическим корпорациям.

Я не знаю, что обозначает SARS-COV-2, но думаю, что он менее опасен чем тот, который уже заряжен в вакцины. Одно то, что его отправляют в племя Мумбо-Юмбо, а не в наш Мухосранск, говорит о многом. Своих налогоплательщиков берегут, пригодятся, а вот на заморских, можно и потренироваться. Радует еще и то, что есть все-таки здравомыслящие, кто задумывается о последствиях. Кто-то же послал меня ее уничтожить, значит результат совершенно не предсказуем. Как обычно бывает в споре, мнения разделились пополам. У одних играет в жопе интерес: «А что же из этого получится?», и жажда наживы. Другими движет страх возможного результата, который совершенно рандомный.

— Завтра… — Лев наконец-то переводит взгляд на меня, — а впрочем, пусть это останется сюрпризом. Заприте их в комнате. — Разворачивается и уходит.

Смотрю на погрустневшего Диму. Неужели он верил в то, что выполненная работа, гарантирует нам билет на свободу. Наивный.

Как говорил один мой знакомый покойник: "Я слишком много знал!". Помните? Это же касается и нас. Точнее и не скажешь.

— Поднимайтесь, — нелюбезный охранник пытается меня поторопить.

— Полегче, парень, — отстраняю плечо, не даю ему меня толкнуть. — Куда уже спешить? — специально медленно поднимаюсь, и плетусь за грустным Дмитрием.

Как только нас запирают в комнате, начинается самобичевание.

— Вот я идиот! — Дима ходит из угла в угол. — Я же выполнил работу, все по-честному… Почему он нас не отпустил?

— Мавр сделал свое дело, мавр может уходить, — бормочу, рассматривая свои ногти. Пора на маникюр, думаю про себя.

— Что? — Дима замирает на месте, ожидая от меня разъяснений.

— Я думаю, что нам уготовлена какая-то роль… — он не дает закончить мне мысль.

— Да они не знают, с кем связались! Да я подниму все дедовы связи…

— Успокойся, не нервничай. Иди сюда, присядь, — хлопаю ладонью по кровати, приглашая его присесть рядом. — Может я тебя растрою, но все они знают. И про тебя, и про меня… до седьмого колена. Ты же не хочешь, чтобы с нашими близкими что-то произошло? — отрицательно качает головой. — Значит и ничего не следует предпринимать. Ну уж точно не трясти перед носом Льва связями. Я уверяю тебя, если мы начнем брыкаться, в ход пойдет шантаж, угроза жизни родителям, или вообще, похищение твоей сестры или моего брата. Не надо доводить ситуацию до критического абсурда.

— А что тогда делать?

— Жизнь… она такая непредсказуемая… зараза, какой-то вариант, да подкинет. Главное, не пропустить момент.

— И как мы поймем, что это именно тот момент?

— Я уж точно его не пропущу… — смотрю в пустоту. Перевожу задумчивый взгляд на Диму, — поверь.

Сегодня день отличается от предыдущих. Первое, нам не принесли завтрак. Наверное, решили, что идущие на эшафот не могут думать о физических потребностях, таких как голод. А может просто включили режим экономии? Или забыли о нас… Вот это будет прикол!

Но ближе к обеду мы услышали за дверью шаги. Она открывается. На пороге два охранника.

— Выходите по одному, — командует тот, у которого ключ в руке. Дима идет первым. — Руки! — В руках у второго охранника появляются наручники. И стоит Диме протянуть руки, как они моментально защелкиваются на них. — Теперь ты! — указывает пальцем на меня.

Поднимаюсь и медленно подхожу. У второго появляется еще один комплект наручников.

— И мне тоже? — интересуюсь удивленно.

— Давай-давай! — подбивает меня под локоть, поторапливая. — Ты что, особенная?

— Хотелось в это верить, — возмущаюсь, но руки протягиваю. — А на ноги кандалы одевать будете?

— Моя б воля, я на тебя еще б и намордник натянул, — ворчит второй. Где я ему уже успела перейти дорогу?

— А на тебя уже натянули? Вот эта твоя черная униформа и есть намордник. Ты выполняешь только то, что прикажет хозяин. Так что иди, и не гавкай, — выдаю ему, сузив глаза до щелок.

— Ты думаешь ты крутая? — вспыхивает моментально.

— Остынь! — хлопает по плечу его первый. — она специально тебя провоцирует. Начальник охраны сказал с ними не разговаривать, не вестись на провокации.

Вспыльчивому «другу» остается