Возле могилы тёмного мастера снов он на мгновение замер и запрокинул лицо к небу. Я увидел, как в бесформенном сгустке тумана сверкнули его глаза.

— Не надо, прошу, — провыл призрак таким утробным голосом, что у меня по спине побежали мурашки.

— А вот теперь пора, — шепнул Никита Михайлович.

Гибкой чёрной тенью он выскользнул из склепа, бесшумно пробежал несколько шагов, сильно размахнулся и швырнул сеть. Наверное, Зотов наложил на неё какое-то заклятие, потому что в воздухе сеть послушно раскрылась и упала прямо на призрака, опутав его прочными нитями.

— А! — истошно завизжал призрак. — За что?

Он рванулся в сторону, но запутался в складках сети. Никита Михайлович подбежал к нему и умело защёлкнул на его запястьях магические кандалы.

— Отпустите меня! — визжал призрак. — Что я вам сделал⁈

Он неуклюже ворочался на могильной земле, потом замер и затих.

— Готово, господин Тайновидец, — довольным голосом сказал Зотов. — Идите сюда, полюбуйтесь на нашу добычу.

Глава 17

Пойманный призрак крупно дрожал всем телом. Его серебристое сияние то ярко вспыхивало, то снова тускнело.

— Отпустите меня, пожалуйста, — жалобно взмолился он. — Что я вам сделал?

Клубящийся туман надёжно скрывал черты его лица, только глаза горели потусторонним огнём.

Внезапно он повернулся ко мне и яростно зарычал:

— Проклятый Тайновидец! Я знаю, ты хочешь меня убить.

Его ни на чём не основанная уверенность задела меня за живое.

— Вообще-то, мы собираемся вам помочь, — вежливо ответил я. — А убил вас кто-то другой. Скажите, как вас зовут? Кто вы?

— Я ничего тебе не скажу, — простонал призрак.

И вдруг снова взвизгнул:

— Отпустите меня немедленно! Вы не имеете права!

Испуганная ворона с хриплым карканьем сорвалась с ветки дерева и улетела искать более спокойное место для ночлега.

— Так он нам весь город перебудит, — недовольно сказал Никита Михайлович. — Отвезём его в управление. А там будем разбираться.

— За что? — злобно выкрикнул призрак. — Я ничего не делал! Убийцы! Проклинаю вас!

— Вот за это, — строго кивнул Никита Михайлович. — Нарушение общественного порядка и клевета на представителей власти. Вполне достаточное основание, чтобы задержать вас и выяснить, кто вы такой. Тащите его в мобиль!

Призрак сопротивлялся аресту изо всех сил. Двое городовых едва справлялись с ним, так что нам с Никитой Михайловичем пришлось им помогать.

Нарушитель общественного порядка по-прежнему оставался бестелесным, но магическая сеть была вполне осязаемой — за неё-то мы и тащили призрака. Вчетвером мы кое-как запихнули его в просторный багажник зотовского мобиля.

— Ну и денёк выдался, — устало хмыкнул Никита Михайлович. — И ночка, похоже, предстоит ещё та. Ладно, едем.

— Я поеду с вами, — тут же встрял Рябушинский. — Мне, знаете ли, тоже интересно.

— Залетайте на заднее сиденье, господин обер-прокурор, — пригласил его Зотов.

— А нам что делать, ваше высокопревосходительство? — нерешительно поинтересовались призрачные городовые.

— Проверьте ещё раз кладбище, всё ли там в порядке, — распорядился Рябушинский. — А затем можете отдыхать до завтрашнего полудня.

— Будет исполнено! — радостно гаркнули городовые и растворились в ночной темноте.

А мы поехали в управление Тайной службы.

Там мы поместили арестованного призрака в камеру. Магические кандалы снимать с него не стали, опасаясь побега.

— Утром нужно вызвать сюда вашего артефактора Гораздова, — нахмурился Никита Михайлович. — Пусть он попробует зачаровать камеру. Да уж, господин Тайновидец! Стоит мне только связаться с вами, как сразу начинает происходить что-то удивительное. Я довольно долго работаю в Тайной службе, но арестовывать призраков мне ещё не приходилось.

— Новые впечатления всегда полезны, — утешил я Зотова. — Вы обратили внимание на лицо призрака? Его практически не видно. Аптекарь Вильгельм Иванович Кауфман считает, что это может быть признаком серьёзной болезни или отравления.

— Что ещё за Кауфман? — заинтересовался Зотов.

— Так вы его не знаете? Он держит аптеку на Васильевском острове и иногда снабжает лекарствами призраков Столицы. Как выяснилось, у них тоже бывают болезни.

— Ещё одна чудесная новость, — проворчал Зотов. — Хотите кофе?

— Не откажусь, — кивнул я.

Щелчком пальцев Никита Михайлович воплотил в углу кабинета жаровню и поставил на огонь джезву, наполненную водой.

— Вы же всегда варили кофе в ковшике, — удивился я.

— После того как вашими стараниями закрылась кофейня через дорогу, мне пришлось принести из дома нормальную посуду, — ответил Никита Михайлович. — А ещё я подумываю разместить в кабинете холодильный шкаф для молока.

— Отличная идея! — одобрительно кивнул я. — Напомните мне поинтересоваться у инженера Изюмова. Кажется, он говорил что-то о компактной конструкции холодильного шкафа. Такой шкаф легко поместится у вас под столом.

Пока Никита Михайлович варил кофе, я прикрыл глаза и послал зов аптекарю Кауфману. Разумеется, Вильгельм Иванович давным-давно спал, но я был настойчив и сумел его разбудить.

— Прошу прощения, что беспокою вас так поздно, Вильгельм Иванович, — сказал я. — Но нам удалось поймать призрака, который шумел на Смоленском кладбище. Не желаете ли его осмотреть? Вы говорили, что дело срочное, и глядя на него я, пожалуй, с вами соглашусь. Его лицо совсем исчезло.

— Вы можете привезти его ко мне? — спросил аптекарь.

— К сожалению, это невозможно, — ответил я. — Призрак отчаянно сопротивлялся, нам пришлось его арестовать. Сейчас он находится в камере управления Тайной службы. Приезжайте сюда.

— Видите ли, господин Тайновидец, тут есть некоторые затруднения, — замялся аптекарь. — Не могли бы вы сами приехать за мной? И если у вас под рукой есть полицейский в мундире, захватите его с собой.

— А что случилось? — удивился я.

— Мне бы не хотелось об этом говорить, — смущённо признался аптекарь. — Это просто на всякий случай.

— Хорошо, — согласился я. — Попрошу господина полковника выделить мне служебный мобиль. Сотрудник Тайной службы в мундире вас устроит?

— Вполне, — обрадовался Вильгельм Иванович.

— На улицах Столицы сейчас пусто, так что мы будем у вас минут через пятнадцать. Собирайтесь.

К этому моменту Никита Михайлович закончил свои манипуляции с жаровней и поставил передо мной чашку крепкого кофе.

— Угощайтесь, господин Тайновидец.

Я сделал глоток и довольно кивнул:

— То, что нужно. У господина Кауфмана возникли какие-то загадочные затруднения, он просит, чтобы я сам приехал за ним в аптеку.

— Ну так прокатитесь вместе с вашим приятелем, — согласился Никита Михайлович. — Господин Кожемяко как раз сегодня дежурит.

— Отлично, — обрадовался я.

По моей просьбе Миша надел мундир, который без толку пылился у него в кабинете, и сам сел за руль служебного мобиля. Я устроился рядом с ним на пассажирском сиденье.

— Как твоя служба? — поинтересовался я, когда мы повернули на Главный проспект.

— Уже освоился, — кивнул Миша. — Под началом Никиты Михайловича служить гораздо интереснее, чем в