зачем это делать именно сейчас? Неужели я действительно должна в этом участвовать? Ты ведь говорила, что это будет неопасно… — пытаюсь я образумить сестру, но вижу, что ее уже не переубедить.

— Я не говорила, что не будет опасно. Я всего лишь сказала, что мы сможем вернуться домой живыми. Если, конечно же, ты не станешь совершать глупостей.

— Не стану, — вздыхаю я и делаю шаг вперед, демонстрируя свою готовность.

— Вот и замечательно! А теперь приготовься использовать все, чему я тебя научила. Магия нам сейчас пригодится.

Снова вздыхаю. Ведь я понимаю, что мне предстоит самое сложное из всего, что я делала. Мне предстоит стать невидимкой.

Собираюсь с силами. Закрываю глаза и представляю, как окружающее меня пространство застилает магия. Представляю, как она выстраивает в длинные цепочки энергетических связей, образует купол, скрывающий меня от посторонних глаз.

А затем этот купол облепляет мое тело, будто надевая на меня незримые доспехи, желающие меня саму невидимой.

— Сегодня у тебя ловко получилось. Молодец, — хвалит меня Карина. Но она даже представить себе не может, с каким трудом я удерживаю магию и не даю ей исчезнуть.

Впрочем, мне все равно нужно этому учиться.

Под пологом невидимости я чувствую себя в безопасности. По крайней мере он дает мне уверенность в том, что я могу остаться незамеченной, позволяет пойти на следующий шаг.

Когда заходим в участок, меня поражает, как же в нем людно. Помимо офицеров и рядовых служащих здесь полно людей, нуждающихся в помощи или ожидающих оформления документов. И все они нас не замечают.

Фигуры офицеров, снующих туда-сюда, кажутся размытыми тенями. Иду следом за сестрой, стараясь не отставать и повторять все ее движения. Сердце колотится в груди, а в голове гудит от тревоги.

Но кажется, что все проходит гладко.

Неужели все так просто? Неужели мы действительно можем вот так, спокойно, проникнуть в полицейский участок и остаться незамеченными? Так ведь любая ведьма может выкрасть все, что захочет!

Невидимые, мы скользим по коридорам, минуя кабинеты и служебные помещения. Карина идет уверенно, будто знает, куда нужно идти. Кажется, что она здесь находится не первый раз.

И, наверное, это неплохо.

Наконец, мы доходим до архива. Дверь, хоть и не производит впечатление неприступной, но оказывается запертой.

— Действуй, — Карина уступает мне право открыть дверь. Хотя прежде у меня не получалось применять два заклинания одновременно.

— Что, если я не справлюсь? — переживаю я. Ведь пропади заклинание невидимости — меня тут же обнаружат.

— А ты попробуй, — подмигивает девушка. — Сейчас у тебя нет права на ошибку…

— Спасибо! Стало легче, — фырчу я, но все же подхожу к двери.

Собравшись с духом, я концентрирую внимание, пытаюсь вспомнить все, чему учила меня сестра.

Магия послушно течет по венам, ощутимым теплом разливаясь по телу. Вытягиваю руку к замку, мысленно представляя, как он распадается на мельчайшие частицы. При этом стараюсь не упускать из внимания заклинание невидимости.

Требуется немало усилий. Удерживать одновременно два заклинания выходит с трудом.

Замок поддается не сразу, приходится приложить немало ментальных усилий. По спине пробегает испарина, в висках стучит. Но в итоге все же слышится тихий щелчок, и дверь медленно открывается.

— Вот видишь, совсем не сложно, — подмигивает Карина и проходит в помещение.

Она уверенно проходит вдоль пыльных стеллажей, выискивая нужные документы. И когда находит, протягивает их мне.

И только теперь я понимаю, зачем мы сюда пришли.

Глава 46

Подарок

Выскользнув из участка, я едва сдерживаюсь, чтобы не раскричаться прямо посреди улицы. Это же надо было рисковать свободой, а может быть и жизнью, ради такой глупости!

Сжимаю в руке злосчастные бумаги, словно они — причина всех моих бед. Но в действительности это всего лишь очередная проверка Карины. А может быть вовсе и не проверка, а попытка развить мой навык.

Но все равно обидно.

Я-то считала, что делаю что-то серьезное, что спасаю себя или окружающих. А в итоге…

Ай, черт с ними, с бумажками. Главное, что все обошлось.

Ноги сами несут меня прочь от этого полицейского участка, а в голове одна мысль пульсирует: слава Всевышнему, что у меня все получилось.

— Не стоило оно того, Карина, — пройдя весьма приличное расстояние, останавливаюсь и выплевываю я. Не могу и дальше держать в себе обиду. — Рисковать свободой, жизнью… Ради чего? Ради этих глупых и никому не нужных бумажек?

Карина останавливается и смотрит мне прямо в лицо. Похоже, что она так не считает. А быть может, и вовсе считает, что документы, которые сейчас находятся у меня в руках, очень важны.

И вообще, если они так важны, какого черта они находятся именно в моих руках?

— Неужели ты не понимаешь? — спрашивает она спокойно, но в голосе слышится сталь. — Эти документы могут помочь тебе. Нет, они должны тебе помочь!

— Помочь в чем, Карина? Легче засыпать, начитавшись их перед сном? — бросаю со злостью, и аж самой смешно становится от своих слов.

— Ты забываешь, что важно не только спасение от господина Граумера, — тихо произносит Карина, и в ее глазах вспыхивает что-то похожее на гнев. — У тебя есть другая жизнь, настоящая, отдельная от твоего фиктивного мужа. У тебя есть человек, который любит.

Любит? Да, Рейхард проявляет заботу, уделяет мне внимание. Но разве можно сказать, что он на самом деле любит меня?

Впрочем, опыт прошлой жизни показал мне, что невозможно знать об этом наверняка. Любить может тот, кто никак свои чувства не проявляет, а тот, кто одаряет вниманием, может в действительности оказаться чужим.

— Ты не понимаешь, что эти документы — твой шанс на счастье, — вздыхает Карина, словно пытается убедить в этом саму себя. — К тому же я вижу, что происходит. И именно для этого я повела тебя в участок.

— То есть ты, действительно считаешь, что между мной и Рейхардом…

— Скажи мне, чего ты хочешь, — перебивает она меня.

— Чего я хочу? Я просто хочу жить нормальной жизнью, Карина! Без риска, без секретов, без этих глупых головоломок. Хочу просыпаться утром и знать, что меня не ждет очередной опасный квест. Хочу, чтобы мое будущее, мои отношения зависели только от меня, а не от каких-то там бумажек, выкраденных из полицейского участка.

Карина смотрит на меня с грустью. Похоже, что ей