Удар двуручника вошёл в тело голема с глухим, вязким скрежетом, будто я рубил не лёд, а спрессованный камень, пропитанный холодом. Лезвие прорезало внешний слой и застряло, встретив сопротивление внутренней структуры.

— Ожидаемо, — процедил я сквозь зубы, но при этом довольная улыбка сама собой появилась на моем лице. Если бы удалось завалить голема с первого удара, то это было бы слишком скучно.

Голем даже не попытался отшатнуться. Он просто шагнул вперёд, будто рана для него не значила ровным счётом ничего. Треугольная голова повернулась в мою сторону, и по массивным рукам пробежали светящиеся морозные линии.

Следующий удар я принял не на броню, а решил уклониться.

Когти с хрустом врезались в землю там, где я стоял мгновение назад. Почва взорвалась крошкой льда и замёрзших комьев. Даже мимоходом эта атака могла бы переломать кости обычному Стражу.

Я не стал отступать.

Резкий рывок вбок, усиленный телекинезом, и я оказался сбоку от голема. Двуручник пошёл по дуге, целясь в сустав между плечом и корпусом. Лезвие снова вошло глубоко, но эффект был тем же. Повреждение есть, но не критичное.

Голем развернулся слишком быстро для своей массы.

Лёд под его ногами вздыбился, образуя острые шипы, и я понял, что сейчас он попытается ограничить мне манёвры. Простая, грубая тактика. Но эффективная.

Я отпрыгнул назад и резко дёрнул двуручник на себя, одновременно усиливая движение телекинезом. Лезвие вышло с треском, вырвав куски льда и оставив после себя глубокую борозду, внутри которой на миг мелькнуло нечто более тёмное и плотное.

Вот оно. Это я как раз и искал: у подобных существ всегда есть ядро — то, что являлось средоточием их силы.

Голем шагнул вперёд, поднимая обе руки, и в этот момент я уже действовал. Отпустив двуручник, я сформировал в ладони копьё из сгущённой крови, уплотнив его до состояния, близкого к металлу.

Рывок.

Я скользнул под удар, позволив когтям пронестись над моей головой, и всадил копьё точно в разлом, который сам же и создал. Прямо в ядро.

Реакция была мгновенной.

Голем дёрнулся, будто его ударили током. Морозные линии на теле вспыхнули и тут же начали гаснуть. Лёд пошёл трещинами, расходясь от точки попадания.

Я не стал ждать, пока он еще чего-нибудь выкинет.

Ещё один рывок, и я оказался у него за спиной. Сформировав клинок короче, но тяжелее, я вбил его в корпус сверху вниз, раскалывая ядро окончательно.

Голем замер на долю секунды. А затем его тело рассыпалось, оседая грудой ледяных обломков, которые быстро покрылись инеем и утратили всякое подобие формы.

Я выпрямился, медленно выдохнув.

— Один есть, — тихо произнёс я, уже чувствуя, как остальные реагируют на потерю.

Я уже потянулся было к осколкам ядра поверженного голема, прикидывая, сколько за них дадут на рынке, как воздух рядом со мной взорвался хлёстким свистом от попадания ледяных снарядов.

Я резко ушёл в сторону, и очередной осколок льда врезался в землю там, где я стоял мгновение назад. Пока я расправлялся с первым големом, два оставшихся успели перестроиться. Теперь они действовали куда осторожнее и умнее.

Один держался на расстоянии, постоянно отступая, стоило мне попытаться сократить дистанцию. Второй, напротив, усиливал обстрел, не давая мне сосредоточиться на сближении. Стоило мне рвануть к одному, как второй тут же увеличивал плотность огня, вынуждая меня менять траекторию и терять темп.

— Вот ведь… — хмыкнул я, внимательно отслеживая, как они действуют.

На первый взгляд бездумные болванчики, а тактику знают. Не в первый раз встречаюсь с големами, но всё равно неприятно. Особенно, когда удобнее было бы, если бы они просто ломились вперёд, не думая ни о чём, кроме желания раздавить человека.

С первым големом мне повезло. Они не ожидали такой быстрой расправы. Теперь же меня явно воспринимали как серьёзную угрозу и старались держать на дистанции.

Ладно. Значит, играем по-другому.

Я создал в левой руке щит, плотный, многослойный, укрывающий половину тела. Почти сразу по нему ударил первый снаряд. Затем второй. Третий.

Удары были тяжёлыми. Каждый отдавался в руку глухой вибрацией, пробегавшей по плечу и позвоночнику. Даже с моими возможностями и даже с щитом из крови принимать такие попадания было неприятно. Физика есть физика.

Но щит держал.

Я перестал обращать внимание на второго голема и рванул к ближайшему. Ледяные снаряды били в защиту, я отклонял те, что шли по касательной, и принимал остальное на щит. Главное — не получить лишних ран. Не сейчас. Не до встречи с изменёнными Стражами, которые заодно демонстрировали, что силы они получили недавно — оба были настолько удивлены моим появлением, что даже не поспешили на помощь к големам. Впрочем, возможно, они рассчитывали, что те со мной справятся… Большая ошибка.

Расстояние сокращалось стремительно. Еще немного и…

Голем попытался отступить, но поздно. Я был уже в шаге от него.

— Попался.

Я резко сместился в сторону, уходя от его удара когтями, и одновременно развернул корпус. Клинок в правой руке пошёл снизу вверх, врезаясь в ногу голема чуть выше сустава.

Ещё бы чуть-чуть, и удар дошёл бы до сустава. Нога голема уже начала покрываться сетью трещин, и стоило мне углубить разрез, как он потерял бы манёвренность и вряд ли бы смог быстро восстановиться, чтобы это ранение не стало решающим в нашем сражении.

Но именно в этот момент в меня врезался особенно крупный ледяной снаряд.

Я успел лишь частично увести его траекторию телекинезом, и этого оказалось недостаточно. Удар пришёлся по касательной, но силы в нём было столько, что меня отбросило в сторону, словно куклу. Я перекатился по насту, оставляя за собой борозду, а мой меч по итогу лишь срезал массивный пласт ледяной брони с тела голема.

Повреждение было серьёзным, но не критичным. Досадно конечно, но ничего с этим не поделаешь.

Времени на размышления я себе не дал.

Поймав момент между следующими залпами, я резко рванул вперёд и в тот же миг телекинезом дёрнул себя в сторону и чуть выше, исчезая из поля зрения обоих големов. Манёвр был рискованным, но именно этого они не ожидали.

Спустя мгновение, я вышел ближайшему голему за спину.

Используя его массивное тело как прикрытие, я обрушил на него серию быстрых ударов, один за другим, в уязвимые стыки ледяных блоков. Лезвие вгрызалось в структуру, ломая связи, пока голем пытался перестроиться, разворачивая корпус и занося когтистую лапу.

Его удар я принял на щит. Звон был таким, будто в