и жизненным опытом. Ю Лан же была… забитой. Очень робкой, покорной и напрочь лишённой той штуки, что заставляет подростков взбрыкивать и показывать характер. И не требовалось иметь способности псионика, чтобы осознать, что спасение из клетки и последующие мои действия вызвали у девочки фиксацию на моей личности. Она буквально привязалась ко мне как хвостик и сопровождала везде, где только можно, готовая в любой момент чем-то помочь. Хоть спала в своей комнате, и то хорошо.

Однако пусть я и понимал, что это не самое здоровое поведение, я не был уверен, что в нём прямо-таки необходимо что-то менять. В конце концов, ни малейшего желания видеть рядом бунтующего подростка я не испытывал. И… будем откровенны, веди себя Ю Лан именно как дерзкий зверёныш, вроде какой-нибудь Элли из экранизации игры «The Last of Us» в моём родном мире, то я бы и пальцем не пошевелил для её блага. Вполне возможно, даже сам бы и прикончил, несмотря ни на какую внешность и природные способности к вызову симпатии. Банально потому, что… а на кой чёрт мне впрягаться за неблагодарную скотину? Я же не слабоумный, чтобы тратить силы и время на помощь тому, кто в ответ плюнет мне в лицо. А по дурости она плюнет или потому что внутри мразота — это уже дело десятое. В любом случае с характером и реакциями девочке повезло, и те пусть и вызывали некоторое беспокойство, тем не менее идеально ложились на мотивы ей помочь.

Да, Шеллис периодически продолжала тыкать меня провокациями, общий смысл которых сводился к вопросу «зачем делать добро просто так и для первой встречной?», но, эй, когда натуральный дьявол пытается отговорить тебя делать добро, это уже само по себе не выглядит как нечто хорошее, и я не знаю, кем надо быть, чтобы всерьёз рассматривать вариант прислушаться к его советам. Опять же, пушистые ушки и хвостик… Вот как можно обречь на смерть тихую, послушную девочку с пушистыми ушками и хвостиком?

Короче, плевать, как выглядят мои мотивы со стороны, главное, что их достаточно лично для меня. Да и девочки… Им нравилось возиться с ребёнком, проявлять заботу и в целом выплёскивать материнские инстинкты. Словом, всё у нас было вполне позитивно и даже можно было бы сказать «счастливо», если бы не сам факт утекающего времени жизни Ю Лан, который и стал причиной всего путешествия.

Как бы то ни было, нужную деревню мы успешно нашли, что, прямо скажем, оказалось не самым простым делом, так как мало того что дорога оставляла желать лучшего, так и саму деревню Листопадную назвать классической деревней или посёлком было сложно. Скорее это был целый конгломерат небольших районов, разбитых по «хозяйственной деятельности» и немного обособленных друг от друга на легонько зачарованных от всяких насекомых и непогоды полянах. Ключевым строением поселения являлась выполненная в стиле солнечных эльфов витая башня цвета слоновой кости, чьи лучшие времена явно остались позади ещё лет пятьсот назад, хотя и было заметно, что жители старались это исправить и приводили постройку в порядок. Однако большая часть строений представляла собой дома, плавно вплетающиеся в ветви и корни местных деревьев, а ещё… здесь совсем не было людей.

Глава 7

— Я одна это вижу? — напряжённо зыркала по сторонам Айвел, откровенно обтекая с вида архитектуры, характерной для лесных эльфов, причём скорее даже для легенд о них, ибо в настоящее время что-то такое сложно было найти даже в старых эльфийских анклавах.

— Нет, подруга, ты не одна, — успокоила её не шибко отличающаяся выражением лица Линвэль, — и это не иллюзия — я чувствую природную магию.

— Я такое последний раз у мамы в деревне видела, — призналась полухалфлинг.

— Предположим… это ещё можно понять, — протянула тоже впечатлённая Эндаэль. — Архитектура диких и лесных эльфов очень похожа, как и образ жизни, но… — она совершенно растерянно моргнула, — почему тогда здесь одни лунные?

— Я бы поставил вопрос иначе, — вмешиваюсь в разговор. — Почему в этой деревне вообще живут только эльфы? Да, мы в Корманторе, но отсюда же ещё тысячу лет назад все жители ушли, — я определённо не ощущал в округе никого, чей объём жизненной энергии уступал бы эльфийскому народу, да и оттенок был весьма характерен.

— С чего такая уверенность? — вскинула бровку Шеллис. — Мало ли кто остался?

— Это исключено, — мотнула головой златокудрая волшебница. — Великий Королевский Лес, как его называли в древности, был домом для империи солнечных эльфов. Бесспорно, какие-то контакты с другими ветвями эльфийского народа тогда существовали, но если простые визиты и даже проживание лунных и лесных эльфов я готова допустить, то существование целых поселений, построенных только ими и в традициях их архитектуры, практически в центре империи (а нынешние размеры Корманторского леса — это примерно третья часть от того, что было во времена расцвета нашей державы) — это абсолютно, совершенно немыслимо! Тем более вы же видите эту башню, — кивнула она на белые стены под завесой листвы, — она одна значит, что мои сородичи здесь жили.

— Хочешь сказать, они не стали бы терпеть такие древесные дома? — спросила Лин, в свою очередь кивая на местные постройки.

— Само собой, — кивнула солнечная эльфийка. — Вы же знаете, даже сейчас мои сородичи очень трепетно относятся к вопросам правильной застройки своих поселений, а уж в те времена, судя по сохранившимся письменным источникам, мы были гораздо притязательнее и строже к сохранению традиций.

— Да уж… Если то, как вы ведёте себя сейчас, это уже смягчённый вариант, то тогда тем более никто бы и не задумался к вам переезжать… — впечатлённо протянула лучница.

— Между прочим, это звучит обидно, — ответила на это Эндаэль. — Хотя… должна признать, что, оценивая древние времена по современным меркам, можно заметить, что тогда все народы были гораздо более замкнуты и зациклены сами на себе. Порой весьма агрессивно…

— Ну, в Эвереску и сейчас попасть постороннему — тот ещё подвиг.

— Предлагаю прекратить осуждать особенности разных народов, не связанные с текущим моментом, — передёрнула плечиками златовласка.

— Странно всё это… — тихо пробормотала Айвел, всё ещё озадаченно зыркая по сторонам, то есть всем видом показывая, что к небольшому спору даже не прислушивалась.

— Ладно, гадать можно долго, — вновь подал голос я. — Предлагаю найти таверну