Однако это не конец истории. Дело в том, что по тогдашним законам штата Калифорния по истечении месяца с момента открытия розыска детективы полиции должны были лично связаться с заявителем и узнать у него фамилию стоматолога, у которого лечился пропавший. Далее им надлежало самостоятельно озаботиться получением ортопантомограммы [стоматологической карты], которую в последующем следовало разослать по криминалистическим бюро штата. То есть начиная с 7 ноября 1979 г. детективы полиции Вестминстера должны были рассылать по всем инстанциям стоматологическую карту Шелтона, и поскольку труп его начиная с 11 августа находился в морге в округе Сан-Бернардино, идентификация не потребовала бы более 1–2 суток.

Ничего этого не было сделано!

Проходили месяцы, родители Шелтона обивали пороги злосчастного управления полиции, а розыском их пропавшего сына никто не занимался.

Лишь 1 апреля 1980 г., то есть спустя почти 8 месяцев с момента исчезновения Марка, его родители узнали о том, что в морге в округе Сан-Бернардино находится некий сильно обезображенный труп молодого человека, и стали выяснять, как можно провести его опознание. Тогда-то они и услышали рассказ про идентификацию останков по зубам и помчались к стоматологу, лечившему сына. Тот моментально понял, что от него требуется, и выдал необходимую фотографию, точнее, рентгеновский снимок зубов Марка. Родители немедленно отвезли его в офис коронера округа Сан-Бернардино, и в тот же день всё встало на свои места. Оказалось, что неопознанный труп под № 16–79, найденный на перевале Кахун много месяцев назад, принадлежит Марку Шелтону. Всё это время труп находился, в общем-то, не очень далеко от лишившихся покоя родителей.

Понятному возмущению не было предела. Родители подали в суд на Управление полиции Вестминстера, вполне справедливо указывая на грубейшие процедурные нарушения, допущенные сотрудниками ведомства в процессе организации розыска их сына. Точнее, преступного бездействия и халатности. Суд отклонил иск, родители подали апелляцию на решение суда… История, в общем, получилась отвратительнейшая!

Вообще же, когда приходится слушать рассказы на тему «в Америке та-а-акая полиция, а вот в России — тю!», ничего, кроме жалости к собеседнику не испытываешь, поскольку человек явно не ориентируется в теме. Американские правоохранители допускают в работе много ляпов, небрежности, формализма, совершенно неоправданной жестокости, и утверждать, что они как-то особенно эффективны, нет никаких объективных оснований. Огромные территории в том же самом Лос-Анджелесе они даже не пытаются контролировать [в России подобное представить невозможно]. Главное отличие США от России — это информационная политика в отношении правоохранительного сообщества, в Америке негатив целенаправленно лакируется, и должно произойти нечто из ряда вон выходящее, чтобы масс-медиа включились и сказали пару фраз [вроде «убили негра, убили негра, шесть пуль в затылок, мозг не задет»]. В России ровно наоборот — любой чих, любой косяк рождает в либероидных СМИ истерику и ядовитое слюнотечение [в клипе Шнурова мелькнула машина ДПС, и прокуратура начинает проверку: нет ли в этом состава коррупции?].

Главный актив любого правоохранительного ведомства — это его личный состав. Если люди подобраны и расставлены правильно, если они мотивированы и понимают высокую цель своего служения, то служба их будет полезна и эффективна везде — хоть в России, хоть в США, хоть в Буркина-Фасо. И наоборот, если личный состав смотрит на свою службу как на непосильную и надоевшую лямку, которую следует поскорее сбросить, то от таких людей толка не будет нигде — ни в Крыжополе, ни в Нью-Йорке, ни — прости Господи! — в Хайфе.

Так как-то, если коротко. Простите автора, отвлёкся.

Утром 6 августа 1979 г. возле дороги под названием «Лас-Виргенес каньон» (Las Virgenes canyon road) неподалёку от каньона Малибу был замечен обнажённый мужской труп. Тот, кто оставил его на том месте, совершенно не позаботился о сокрытии тела, лежавшего буквально в 3 м от проезжей части.

Между тем окрестности каньона Малибу пустынны и непривлекательны для туристов, если бы преступник предпринял хотя бы простейшие меры по маскировке тела, то его обнаружение могло бы состояться спустя недели и месяцы. Разумеется, отсрочка обнаружения тела пошла бы на пользу убийце и осложнила бы работу правоохранительных органов.

Каньон Малибу весьма мало похож на те величественные каньоны, которые Голливуд показывает кинозрителям в фильмах про золото и индейцев. Это обычный овраг в полупустынной местности, прилегающий район весьма уныл и скучен. Здесь нет ничего живописного и привлекательного, туристов тут не бывает. Если бы убийца приложил хоть немного усилий по маскировке трупа, то его не нашли бы многие недели и месяцы.

Что двигало убийцей: крайняя лень или потребность выставить содеянное напоказ?

Прибывшие к трупу детективы и криминалисты тщательно осмотрели местность, но одежды убитого не нашли. Зато им повезло отыскать рюкзак, заброшенный в кустарник. Как оказалось, рюкзак принадлежал убитому молодому человеку, и внутри остались его документы. Выяснилось, что тело принадлежит гражданину ФРГ Маркусу Грабсу (Marcus Grabs), путешествовавшему по США «дикарём», то есть без туристического тура. 17-летний немецкий школьник отправился в «страну-сказку», чтобы посмотреть небоскрёбы Нью-Йорка и Голливудские холмы, но его путешествие автостопом закончилось таким вот трагическим образом.

То, что Маркус явился жертвой жестокого преступления, было ясно с первого взгляда. Тело его покрывали многочисленные ранения, оставленные холодным оружием, а на шее болтался оранжевый нейлоновый шнурок, который явно использовался в качестве удавки. На коже шеи отчётливо проступил узор этого самого шнурка, оставленный при его затягивании… Вокруг левой лодыжки был завязан кусок электрического провода, который, по-видимому, использовался для обездвиживания молодого человека.

Уже предварительный осмотр трупа на месте его обнаружения позволил судмедэксперту заключить, что убийство произошло менее суток тому назад. Последующий ход расследования полностью подтвердил справедливость этого вывода. Маркус подвергся при жизни жестоким и, по-видимому, продолжительным истязаниям.

Гражданин ФРГ Маркус Грабс был убит вечером 5 августа 1979 г.

Лицо покойного было обезображено гематомами, а мошонка была неестественно раздута. Маркуса явно избивали и сдавливали мошонку.

Но отнюдь не эти повреждения производили самое удручающее впечатление. На теле покойного судмедэксперт насчитал приблизительно 77 ножевых порезов! В тех случаях, когда порезы кожи взаимно накладываются, точное число порезов сосчитать практически невозможно [это обусловливается подвижностью кожи, её способностью сдвигаться и растягиваться, из-за чего сложно понять механизм образования раны, например X-образный разрез может быть образован 2, 3 или даже 4 ранениями]. Если судмедэксперт сказал, что на теле потерпевшего имелось «приблизительно 77» порезов, значит, действительно количество ранений могло быть значительно выше.

Поскольку половые органы убитого были явно повреждены, а труп оказался полностью раздет, можно было практически не сомневаться в том, что преступление, жертвой которого стал потерпевший, имело сексуальную подоплёку. Последующая судебно-медицинская экспертиза это предположение полностью подтвердила — юноша был жестоко изнасилован, разрывы прямой кишки и сфинктера свидетельствовали о жестоких гомосексуальных «играх» с различными предметами.