— Главное, что всё закончилось. Теперь хоть выспаться можно будет, — она помолчала, глядя в одну точку, а потом спросила: — А как там с конвоями? Ты говорил, что отправил людей вывозить беженцев.

— А вот с конвоями… всё сложно.

Я подошёл к большому телевизору, висевшему на стене, который транслировал интерактивную карту. Красные зоны, обозначающие присутствие орков, всё ещё занимали значительную часть лесного массива.

— Мы работаем. Добровольцы делают всё возможное и невозможное, вывозят сотни людей каждый день. Но…

— Но? — насторожилась Ольга.

— Осадочек остаётся, — признался я. — Знаешь, мне не нравится использовать людей. Даже добровольцев. Даже ради благой цели. Каждый раз, когда я отправляю колонну в лес, я понимаю, что рискую их жизнями. Дроны могут прикрыть, могут отвлечь огонь на себя, но они не всесильны. Шальная пуля, случайный осколок, магия шамана… И всё… К тому же, мы не везде успеваем. Есть деревни, куда орки уже зашли и основательно окопались. Оттуда людей вытащить очень сложно. Мы работаем над этим, но… это требует времени и ресурсов, которых у нас всё меньше…

Ольга, нахмурившись, молча смотрела на меня.

— Но мы стараемся, — продолжил я, сменив тон на более оптимистичный. — И иногда получается даже весело.

— Весело? — переспросила она. — Это как?

— Ну… своеобразно весело. Хочешь посмотреть?

— Давай, — кивнула она. — Мне сейчас не помешает немного позитива.

Я дал команду Сириусу. Дрон подлетел к телевизору, подключился к нему, и на экран появилась чёткая картинка в высоком разрешении, демонстрирующая лесную поляну, залитую солнечным светом…

— Это запись с одного из наших разведчиков, — пояснил я. — Смотри внимательно.

На экране, на ветке высокого дерева, сидел небольшой дрон, замаскированный под птицу. Он периодически издавал механическое, но вполне убедительное: «Ку-ку! Ку-ку!».

А внизу, на поляне, расположился небольшой отряд орков. Трое здоровенных зеленокожих воинов сидели у костра, жарили мясо и громко ржали, обсуждая что-то на своём гортанном языке.

Рядом, привязанные к дереву, стояли трое пленных — двое мужчин и женщина.

— Это они привал сделали, — прокомментировал я. — Только что словили людей в лесу, потащат в лагерь.

На экране один из орков, самый крупный, встал и пошёл к кустам — видимо, по нужде. Двое других отвлеклись на мясо, споря, кому достанется лучший кусок. В этот момент сверху совершенно бесшумно спикировал один из моих грузовых дронов, приземлился прямо за спиной одного из пленных мужчин, перерезал верёвки, выпустил захваты, обхватил человека поперёк туловища и резко рванул вверх, включив ускорители. Мужик успел только коротко вскрикнуть: «А!..», прежде чем исчез в кронах деревьев.

— Мы ему сразу снотворное вкололи, — пояснил я. — Чтобы не орал и не дёргался.

Орки у костра резко обернулись на крик. Они тупо смотрели на дерево, к которому были привязаны пленники.

— Э… — пробасил один из них, почёсывая затылок. — У нас же вроде трое было?

Второй орк нахмурился, шевеля губами и загибая пальцы.

— Раз… Два… — он посмотрел на пустую верёвку, где только что сидел третий. — Да хрен его знает. Может, двое?

— Ты вообще считать умеешь, дубина? — рыкнул первый.

— А ты умеешь⁈ — огрызнулся второй. — Сам считай!

Пока они препирались, дрон-невидимка снова спикировал вниз. На этот раз его целью была женщина. Вжух! И она тоже исчезла в небе, даже не успев пикнуть.

Орки снова повернулись к дереву.

— Э⁈ — вытаращил глаза первый. — А баба где⁈

— Какая баба? — тупо спросил второй.

— Ну та, что визжала! С косой!

— Не было никакой бабы, — уверенно заявил второй. — Вечно ты только о бабах думаешь!

— Да ты больной⁈ Я же её только что видел!

Они начали орать друг на друга, размахивая руками.

Вернулся третий орк, тот, что ходил в кусты. Он посмотрел на пустующее место у дерева, где остался сидеть всего один перепуганный мужик, потом на своих товарищей.

— Вы чё, сожрали их уже⁈ — возмутился он. — Без меня⁈

— Да не жрали мы! — заорали те в ответ. — Они… это… исчезли!

— Куда исчезли?

Орки переглянулись. В их глазах начал проступать суеверный ужас.

— Здесь… враг, — прошептал первый. — Невидимый. Духи леса!

— Защищай добычу! — скомандовал третий.

Они встали в круг, спинами к оставшемуся пленнику, выставив мечи и топоры наружу.

— Смотреть в оба! — зарычал вожак. — Откуда опасность придёт⁈ Может, зверь дикий, может, духи… Никого не подпускать!

Они стояли, напряжённые, готовые отразить любую атаку. Вращали головами, сканируя кусты… А в это время сверху, прямо в центр их круга, медленно и абсолютно бесшумно опустился дрон и завис над головой последнего пленника. Тот поднял глаза, увидел спасителя и хотел было закричать, но дрон выпустил манипулятор и аккуратно зажал ему рот. Затем перерезал верёвки, подхватил человека, включил бесшумный режим подъёма и медленно, сантиметр за сантиметром, потянул его вверх.

Мужик, понимая, что происходит, сам вцепился в манипуляторы и поджал ноги. Они поднялись над головами орков, пока те продолжали стоять, сжимая оружие и яростно всматриваясь в чащу.

— Слышишь? Ветка хрустнула! — прошептал один.

— Это ветер! — прошипел другой. — Смотри в оба!

Дрон с пленником поднялся выше крон деревьев и, включив форсаж, унёсся прочь.

Видео на экране продолжалось. Орки стояли. Прошла минута, две, три…

Ольга смотрела на экран, не отрываясь.

— И… и что дальше? — спросила она.

— А дальше самое смешное, — усмехнулся я. — Они так и стояли. Боялись обернуться, чтобы не пропустить атаку «невидимого врага». Думали, что охраняют последнего пленника.

— Долго?

— Ну… примерно часов шесть. До самого заката. Пока у одного из них ноги не затекли, и он не решил присесть. Обернулся — а там пусто.

— Шесть часов⁈ — фыркнула Фурия, а потом начала смеяться. — Они что, реально шесть часов охраняли пустое место⁈

— Ну да. Стояли насмерть. Герои, блин.

— А-ха-ха, — смеялась Фурия. — Реально смешно. И… спасибо, Феликс. Мне это было нужно, — она поднялась с пола. — Ладно. Пойду немного отдохну, пока есть такая возможность.

Следующие шесть часов я так и провёл за производством новых дронов. Когда всё было готово, я посмотрел на экран, где три незадачливых орка, обнаружив наконец пропажу, начали в ярости рубить кусты и обвинять друг