Поджав губы, она подошла к Любаве и с настоящей ненавистью воззрилась на неё.

— Это ваш ребёнок, господин император, — промолвила Марьяна и улыбнулась ему.

— Странно, тогда чего ты боялась, Сивиэлла? — удивился он.

— Она боялась, что вы узнаете правду, а мне маленький всё рассказал, — с милой детской непосредственностью ляпнула Марьяна неожиданно для всех.

— Что рассказал, детка? — вновь поинтересовался император, внимательно взирая на свою фаворитку.

— Про эту гадость, которая она подпаивала императора, которая уже стала действовать на него и вскоре может начать разъедать его плоть, — ответила девочка.

— Что-о-о?

Было видно, что император находился на грани бешенства.

— Ваше Величество, давайте я вас осмотрю.

Любава встала между женщиной и императором. Сивиэлла невольно втянула голову в плечи и зажмурилась, пытаясь слиться с интерьером.

— Пусть она сначала ответит на мой вопрос! — рявкнул император, отчего девушка подскочила на месте.

— Ваше Величество, вы забыли, что девушка беременна? Вашим ребёнком, между прочим, возьмите себя в руки. Сейчас всё выясним. — Верион усадил императора на диван.

Он исподлобья посмотрел на девушку, несколько раз сжал и разжал кулаки, но затем всё-таки присел.

— Рассказывай.

Она выдохнула с облегчением и с благодарностью посмотрела на Вериона.

— Всем вашим бывшим фавориткам я подливала средство, которое препятствует беременности, — тихо произнесла она.

— Девочка сказала, что подпаивала меня. — Он устремил свой взгляд на девушку, словно выискивая ответ на свой вопрос.

— Я давала только средства для быстрой стимуляции мужских органов, чтобы забеременеть, — ответила Сивиэлла и спряталась за спину Вериона.

— Подождите, Ваше Величество, если я правильно поняла, то она вашим бывшим фавориткам давала настойки, мешающие им зачать ребёнка, а вам, наоборот, стимулирующие зачатие. Но это никоем образом не могло плохо воздействовать на вас, тем более на ребёнка, находящегося в утробе матери. Здесь что-то другое. Дайте-ка осмотрю вас.

Просканировав императора, Любава выругалась так, что рядом стоявшая девушка покраснела до корней волос.

— Прошу меня простить, Ваше Величество, у вас проблема. Некто бросил на вас проклятье, которое изнутри медленно пожирает вас. Предполагаю, что во время зачатия ребёнка часть проклятья перешла от вас на зародыша, поэтому ребёнок и предупреждает, что оно вскоре начнёт есть его плоть.

— Госпожа Инсигнис, что предлагаете? — спокойно спросил император, хотя было видно, что ему с трудом удается держать лицо.

— Сейчас попробую убрать.

Любава попыталась подхватить тёмную массу, по консистенции похожую на жидкую ртуть, и вынуть из организма мужчины, но каждый раз она срывалась и пряталась за каким-либо органом, поэтому приходилось всё начинать сначала.

— Верион, ты можешь уничтожить его изнутри, не вытаскивая его оттуда?

— Можно попробовать. Попробуй его подцепить, а я направлю магию прямо на него.

Всё сделали так, как говорил Верион, но эта масса вновь выскользнула и спряталась. Никакая магия на него не подействовала.

— Давай сделаем по-другому: я подцеплю его, а ты постарайся просто обездвижить заклинанием, тогда я расщеплю и выведу его через поры.

Верион бросил сильное заклинание недвижимости, отчего императору показалось, что внутрь словно положили лед. Затем Любава подхватила проклятье и, расщепив его, вывела через поры наружу при помощи воды. На поверхности кожи императора появилась черная жижа, похожая на чернильную кляксу. Велев ему срочно смыть с себя всю гадость, Любава принялась за девушку.

Здесь дело шло намного быстрее, так как только небольшая часть попала внутрь неё и развиться ещё не успела. Проделав то же самое, она отправила её к императору. Посидев немного в кабинете, Верион с Любавой поняли, что ждать будущих родителей малыша не стоит: видимо, у них идет бурное примирение. Они порталом перенеслись к Любаве домой.

Глава 35

Любава сидела в ожидании Вериона. В последнее время они виделись редко: император гонял свою внутреннюю разведку, которая проморгала покушение. Порча, которая была наведена на императора, оказалась сделана более года назад, поэтому успела разрастись. Если бы не колоссальная магическая сила главы государства, то он бы давно лежал в кровати и пускал слюни. В первую очередь порча давила на кору головного мозга, а затем уже на остальные органы. Странно, что целители могли пропустить проблему в организме императора, хотя он каждое полугодие проходил обязательный осмотр.

Сегодня травница собиралась вместе с магом посетить тайный город. И наконец воздух заиграл радужными сводами, и перед ней предстал главный маг собственной персоной. Он, довольно улыбнувшись, притянул к себе травницу, прильнул к её губам своими и нежно-нежно поцеловал.

— Почему так долго? — спросила Любава.

— Успела соскучиться? — Он насмешливо прищурил глаз. — Весь дворец стоит на ушах: ищут преступника. Кто-то, видимо, решился на смену власти.

— Идём? — спросила травница.

Верион лишь кивнул головой, и они перенеслись к кромке леса. На входе их уже поджидал леший.

— Добро пожаловать, видящая, — произнёс лешак. — И тебе здравствовать, маг.

Любава вынула гостинец, приготовленный для лешего и полудницы, и передала старику.

— Отведайте гостинца и не забудь поделиться с полудницей.

Тут сбоку послышался голос.

— Кто тут меня поминает? Видящая, доброго здоровья тебе.

— Доброго здоровья, полудница.

Закончив с приветствиями и поблагодарив за гостинцы, леший открыл короткую дорогу в тайный город. Опять Любава и Верион оказались возле хранилища. На этот раз ждать не пришлось: хранитель появился сам, все такой же большой, похожий на Деда Мороза.

— Светлого дня, видящая! С чем пожаловала? — спросил старик.

— Книгу хочу вернуть и попросить тебя отдать мне на постоянное пользование книги моего рода.

Дед задумался.

— Не хотел говорить тебе, Любава, но я не могу решать вопрос за старейшину рода.

— Так никого, кроме меня, в живых не осталось, — удивилась Любава.

— Ошибаешься, девочка. В лесу за городом в небольшом охотничьем домике живёт одна из твоих родственниц. Если леший разрешит, то можешь пройти к ней.

— Кто ж тебя просил, старый, раскрывать секрет? Может, Славения сама не захочет с ней встретиться?

— Вот и узнай. Может, наоборот «спасибо» скажет, что помогла встретиться с дальней родственницей.

Леший, ничего не сказав, исчез. Новость для Любавы о живой травнице из рода Инсигнис была шокирующей, поэтому она собиралась всё рассказать старейшине, чтобы её не обвиняли в том, что она присвоила их родовое имя.

Через несколько минут леший вернулся и открыл тропинку к дому старой травницы. Любава постаралась по выражению лица прочитать, как прошла встреча с её родственницей, но он нагнул голову и спрятал глаза. Это было довольно странно!

Любава с Верионом прошла по узкой тропинке и увидела в стороне небольшой охотничий домик. На скамейке перед избушкой сидела старая женщина, опиравшаяся на узловатую палку. Старушка как старушка: маленькая, сухонькая, в белом платочке. Увидев