Дарий и спрыгивает с площадки на каменистую тропу, ведущую вниз.

Я спрыгиваю следом и прикрываю рот тканью мантии, чтобы поднявшийся пепел не залетел в легкие.

— Кого? — не удерживаюсь я, чтобы задать вопрос.

Он бросает на меня раздраженный взгляд, словно уже успел забыть о моем существовании.

— Ее зовут Лейла, — говорит он, — и если мы не найдем ее в течение часа — всему конец.

Стараюсь не показывать, что это имя что-то значит для меня, ведь Дарий думает, что я не помню ничего из своей прошлой жизни, в том числе и старшую сестру. Пусть думает так и дальше.

— А кто она?

Он застывает на мгновение, словно мой вопрос причиняет ему боль.

— Хватит вопросов, — отрезает он наконец и устремляется вниз по тропе.

4

4

Аника

— Я исполняющий обязанности начальника рудников, Гарт Рид, — говорит человек и протягивает руку, измазанную в саже, Дарию. — Ранее был главным надзирателем.

Но Дарий игнорирует его жест.

— Дарий Ранвейр, помощник магистра Амонтиса. У меня срочное дело. Где Брайс? — в голосе Дария звучит сталь, но человек, назвавшийся Гартом, кажется, совсем не боится. Напротив, на его губах появляется тень усмешки.

— Брезгуешь пожать руку, одарённый?

Это слово он произносит, словно ругательство.

Он пожимает своими неестественно широкими плечами и, поигрывая мускулами, бросает в глаза Дария взгляд, полный весёлой ненависти, словно вызывая его.

И вдруг я понимаю, что он даже не представляет, что Дарий мог бы с ним сделать, если бы захотел.

Стоило нам спуститься по тропе, как мы наткнулись на него и сопровождающих его людей — мрачных и молчаливых надзирателей в тёмных, покрытых пеплом рабочих куртках. Он окинул Дария оценивающим взглядом и коротко поприветствовал, словно делая одолжение.

Тёмная кожа, глубоко посаженные глаза и крупное, жестокое лицо, будто покрытое въевшимся пеплом. От одного взгляда на этого человека хочется отряхнуться, отойти, словно сам воздух рядом с ним становится ещё более едким и ядовитым.

— Брайс немного не в форме, — Гарт поднимает голову и бросает взгляд на вершину чёрной башни, которая, словно сгнивший клык, торчит из иссушённой земли. — Но я могу отвести тебя, если хочешь.

Он бросает ещё один презрительный взгляд на Дария, потом переводит глаза на меня. Я знаю, что из-за надвинутого капюшона он моих глаз почти не видит. Это немного успокаивает.

— Что с ним? — Дарий резко поворачивает голову и будто весь обращается во внимание.

— Капитан слишком увлёкся играми с одной из наших заключённых, — усмехается Гарт. — Боюсь, ему не стоило связываться с любительницей чёрной магии. Пойдём, я покажу, к чему это привело.

Мы быстро идём к башне в сопровождении Гарта и его людей. Мелкие камешки хрустят под ногами. От стремительной ходьбы приходится дышать чаще, и горло саднит, словно в него впиваются тысячи игл, но делать нечего — нужно поспевать за Дарием. Было бы куда легче, если бы не приходилось постоянно концентрировать практически всё внимание на том, чтобы сохранять внутренний свет красных камней.

Я смотрю по сторонам, с затаённой надеждой увидеть Лейлу. Сердце стучит от волнения и одновременно от радостного предвкушения. Если верить Дарию, то совсем скоро мы увидимся с ней…

— Что с ним? — спрашивает Дарий нетерпеливо.

— Сейчас сами всё увидите, — загадочно говорит Гарт и приглашает нас пройти в башню, где наверх ведёт крутая винтовая лестница.

Когда мы доходим до самого верха, перед нами открывается ужасная картина.

На деревянном полу расчерчен круг, испещрённый множеством рун, а по центру лежит человек, остекленевшими глазами глядящий вверх. Я не сразу замечаю, что из его груди торчит рукоять клинка, и невольно зажимаю рот, отворачиваясь.

— У меня здесь пока не прибрано. Но это ненадолго. Скоро приведу в порядок свой кабинет, — издаёт смешок Гарт. — И да, боюсь, капитан Брайс сегодня не сможет с вами поговорить. Так что, какое бы дело у вас к нему ни было, придётся решать вопрос со мной.

— Руна фокуса, — бормочет Дарий, вглядываясь в узоры на полу. — Но зачем?..

— Я в дела капитана не лез. У него были свои тайны.

— Когда это случилось?

Дарий наклоняется и касается засохших капель крови на полу. Едва он это делает, я вижу, как он вздрагивает всем телом, будто его ударили.

— Похоже, вашей девке дурно. Позвольте, я поухаживаю, — вдруг говорит Гарт.

Он по-хозяйски открывает шкаф со стеклянными дверцами, достаёт оттуда графин и стакан, наливает какую-то жидкость и подаёт мне.

— Вода, — говорит он. — Пей. Если хочешь. Никто не скажет, что Гарт плохо обращается с гостями.

Пить мне страшно хочется, но я даже не пытаюсь принять эту воду, пока не получу разрешения от Дария.

Он кивает, и я принимаю стакан, содрогаясь от случайного прикосновения мозолистой руки Гарта.

— Что здесь произошло? — спрашивает Дарий, явно начиная терять терпение.

— Я не знаю точно, не присутствовал в момент его смерти. Но он связался с одной брюхатой бабой, из ваших, — Гарт кивает головой и сплёвывает на пол, выражая этим презрение ко всем «нашим», кого бы он под этим ни подразумевал.

Я чувствую, как мой источник разом теряет десятую часть энергии, и сразу же понимаю, что вся эта сила перетекла к Дарию, подпитывая его. Внешне он невозмутим, но я ощущаю, что он на грани — и ему стоит больших усилий не выбить дух из этого наглого Гарта.

— Как её звали? — голос Дария звучит тихо, но его отчётливо слышно.

Я застываю со стаканом в руке и даже забываю выпить воду, ощущая, что сейчас что-то произойдёт.

Гарт, будто ничего не подозревая, усаживается в глубокое кресло с высокой спинкой и с блаженным стоном вытягивает ноги.

— Вопрос с ней решён. Я распорядился казнить преступницу. Она уже добыча мракоплавов, можешь не волноваться, Ранвейр. Мы тут с подобными вещами разбираемся на месте и без промедлений.

Он с улыбкой смотрит на Дария.

— Так какое дело у тебя было к капитану?

— Как. Её. Звали? — повторяет вопрос Дарий, отделяя каждое слово и глядя в серое небо за окном, будто опасаясь двинуться с места. Я чувствую, что он натянут, словно струна.

— Не всё ли равно? — весело отвечает Гарт, явно забавляясь происходящим. — Кажется, Валенс… Тебе она знакома?

—