ней заставило меня вспомнить Аскольда: пристальный взгляд, корона из черных кос, бледное лицо без косметики и черная одежда, полностью скрывающая фигуру. Ведьма? Экстрасенс?

Быстро оглянувшись на куривших у панорамного окна, я негромко спросила:

– Вы хотите мне что-то сказать?

Женщина усмехнулась полными губами и произнесла грубоватым низким голосом:

– Хочу посмотреть на девочку Аскольда.

Я вернулась к настройкам. Это мы уже проходили. Возлюбленная Аскольда, девочка Аскольда. Кто там еще? Как-то мелькнула «привороженная проститутка», и я перестала читать. Каких только заголовков не выдумывали интернет-издания, чтобы поднять охваты.

– От тебя за километр несет его охранными ставами, – веско продолжила женщина. – Но он забыл, что защищать нужно в первую очередь себя, а не сосуд древней силы.

Пальцы замерли над клавиатурой. Я подняла голову. Взгляд черных глаз явно говорил: «Я знаю, что ты такое».

– Вы курите? – Не дождавшись ответа, я бесшумно закрыла ноутбук и подхватила лежащее рядом пальто. – Предлагаю продолжить на улице.

Сосуд древней силы. Ну-ну.

День был морозный и ясный. В воздухе висела белесая дымка. Календарная весна уже неделю как наступила, но погода и не думала меняться. Альбина пока не родила, а мне жутко не хотелось забирать еще одного человека, чтобы зима держалась весь месяц.

Крыльцо психфака пустовало – похоже, единственным практикумом в этот день был наш. Похожая на ворону женщина куталась в мохнатую шубу и неторопливо набивала табаком блестящую маленькую трубку.

Я чиркнула зажигалкой, зажав сигарету в губах.

– Слушаю вас.

– Что ты такое, я примерно вижу. Понимаю, почему Аскольд тебя выбрал. – Женщина вынула из складок шубы коробок спичек и завозилась с трубкой.

Я разглядывала ее длинные ногти и подушечки пальцев – потрескавшиеся и почерневшие, как от работы в земле. У меня тоже такие были в период жизни на кладбище.

– Выбрал? – спокойно уточнила я.

– Почитай на досуге форумы.

Я прислушалась к ритму ее сердца: она не боялась.

– Почитаю.

– Его давно зовут на передачи. На встречи. А он засел дома, как сыч. Или семейный человек. – Я ожидала насмешки, но женщина, видно, говорила серьезно. – А ты, если и вправду жена, так и смотри за ним. Сейчас особенно. Неровен час…

Я выпустила в сторону струйку дыма.

– Что конкретно ему угрожает?

Женщина неодобрительно усмехнулась.

– Все тебе расскажи. Скажи спасибо, что вообще пришла. У меня перед ним старый должок.

– Ясно. Что-то еще?

Она задержала взгляд на кольце, украшающем мой безымянный палец. Оно было простым – ободок из белого золота и крупный прозрачный камень. Чисто формально камень был тем, чем и казался – бриллиантом.

Женщина хмыкнула.

– Чья была идея?

Я промолчала. Она пожала массивными плечами и беззлобно сказала:

– Дурак.

Я затушила сигарету о парапет.

– Или говорите по существу, или я пойду.

Пришло в голову припугнуть ее, коснуться холодом там, где ни одно живое существо не способно. Но смысл? Вряд ли она действительно что-то знает. Иначе бы уже сказала.

– Передай ему, чтобы смотрел в оба, – донеслось мне в спину.

Я кивнула, на ходу вытаскивая из кармана телефон. Набрала почти не глядя:

«Ты в порядке?»

Звучит, будто я его мама.

«У тебя ничего не болит?»

Теперь персональный врач. В итоге я написала:

«Конечно. Встретимся в два».

И нажала «Отправить».

* * *

За полтора года жизни с Аскольдом я так и не привыкла есть дома. Мы редко оказывались на кухне в одно время, а когда это все-таки случалось, заказывали суши или пиццу. По выходным обедали в городе.

В этот раз я приехала в ресторан на пятнадцатом этаже высотки в самом центре – из окон виднелся шпиль главного здания Университета. Аскольд ждал меня за неприметным столиком в углу. Перед ним лежал планшет и стояли две маленькие круглые чашки. Чай наверняка был зеленый – другой он не пил.

Я приземлилась на диванчик рядом и мельком глянула в планшет: сайт с частными услугами был открыт в разделе «танцы».

– Ищешь себе новое хобби? – Я привычно взяла его за запястье, нащупывая пульс. Обычно я делала это утром, но сегодня Аскольд уехал рано. Он терпеливо ждал, хотя мои прикосновения были не из приятных. – Почему только мужчины?

Аскольд молча кликнул на маленький квадратик на экране, и я запоздало поняла, кто на нем изображен. Светлые волосы по плечи, ясные голубые глаза и полные губы в робкой полуулыбке. «Уроки танго для начинающих».

– Танго… – задумчиво протянула я. – Он же что-то другое танцевал.

Аскольд задумчиво скользнул взглядом по моему свитеру, такому длинному, что закрывал кромку кожаной юбки, и легко пожал плечом.

– Полагаю, это послание для директора танцевальной студии. Он арендует зал напротив.

Я вчиталась в адрес. И правда – Большая Декабрьская, второй этаж… Да, это рядом с Юлиной школой. Ну, если Тёме так хочется потягаться с ней…

Я отпустила худое запястье со старыми шрамами.

– Все в порядке.

– Это не может не радовать, – тихо заметил Аскольд.

«Я так давно тебя жду!» – раздалось в голове.

Да чтоб тебя.

«Пожалуйста, умоляю!»

Нам принесли меню. Я пыталась сосредоточиться на строчках, но все без толку. Настойчивый голос страшно отвлекал.

– Альбина еще не писала? – Аскольд водил длинным пальцем по гладкой поверхности меню и подслеповато щурился. Недавно ему выписали очки, но он постоянно забывал их в офисе.

– Нет.

Я на всякий случай снова прислушалась к его сердцебиению – ровное. Да и выглядел Аскольд не хуже обычного: цвет лица вполне здоровый, кругов под глазами нет. Черный пиджак поверх алой рубашки, пара расстегнутых пуговиц, серебряный крестик в вырезе.

«Сил моих больше нет!..»

Я потерла виски, прекрасно зная, что это не поможет.

– Определились с заказом? – Возникшая перед нами официантка лучезарно улыбнулась.

«Я больше не могу!»

– Скажи, что ты хочешь, я закажу на дом, – негромко предложил Аскольд.

Я подняла голову – он вглядывался в мое лицо с выражением, близким к сочувствующему. Голос словно накрывал пуховым одеялом, отрезая от внешнего мира. Я украдкой заметила, что официантка тоскливо вздохнула, смотря куда-то в сторону.

– Закажи что-нибудь мясное. Спасибо. – Я быстро сжала его пальцы на прощанье и встала. – Отвезешь мою сумку домой? И пальто.

– Не волнуйся.

Официантка открыла рот – видимо, задать вопрос, – но я уже обогнула ее, направляясь в уборную.

– К вечеру буду! – бросила я, выискивая глазами значок дамской комнаты.

– До встречи, – донесся до меня бархатный голос. – Будьте добры, девушка…

* * *

За две зимы я забрала шесть жизней. Я помнила их всех: мальчика, которого придавило грузовиком в автокатастрофе; солдата, которому пуля угодила в горло; двоих стариков из хосписа, которые беззвучно