Семинар в «Останкино» начался с обсуждения Сашенькиного сценария. Руководитель потряс стопкой листочков в воздухе и сказал: «Ребята, ваша подруга написала самый крутой сценарий, который я видел на наших курсах за последний год. Она организовала пока виртуальный круглый стол со своими земляками, учеными-археологами. Тема – разгадка великой тайны происхождения своего народа. Отличная перспектива для целого цикла телевизионных фильмов. Я бы посоветовал Сашеньке и дальше копать эту золотую жилу. Ну а будущим звездам документального кино скажу одно – попробуйте почитать кроме книжек Акунина ещё что-нибудь».

Потом закрутилась студенческая любовь. Сергей обитал в Питере, и чуть ли не раз в неделю они ездили друг к другу. У бабушки была однокомнатная пустующая квартира на окраине Северной столицы. Получив диплом, Сашенька переехала туда. Сергей поселился у неё. Ровно полгода хватило, чтобы она поняла, что сделала ошибку. У Сергея за душой не было ни законченного образования, ни снятых фильмов, ни созданных сценариев. Он подрабатывал то ассистентом режиссера, то аниматором на утренниках, продолжал строить грандиозные планы и рассказывать о них. Сашенька начала писать сценарии для телевизионных фильмов. К удивлению, продюсер крупной питерской студии заинтересовался её работой. Она стала получать постоянные, хотя и небольшие, заказы. Ну а Сергей? Он жил у неё и за её счёт. Постепенно Сашенька начала осознавать, что с ней живёт другой человек. Совсем не тот, которого она выдумала. Больше всего её «напрягло», как Сергей стал комментировать её работу. Он критиковал за однобокость темы, за построения видеоряда, сюжетной арки и какой-то сверхзадачи. Несколько сценариев, которые принесли ей первые деньги, он назвал «сделанными на потребу массовому зрителю». Неожиданно Сашенька поняла, что Сергей злится на неё, потому что завидует.

Мама, изредка приезжавшая из Якутска, не говорила ни слова, бабуля молчала. «Жизнь покажет сама», – повторяла Татьяна Александровна.

Через полгода Сергей с рюкзаком, с которым когда-то появился, стоял в прихожей и выжидающе смотрел на Сашеньку.

– У тебя есть на такси? Возьми деньги.

– Может, попробуем сначала?

Не получив ответа, он потоптался в прихожей, сунул деньги в карман и вышел.

Вася позвонил через месяц. Возможно, что-то узнал о переменах в её жизни или просто соскучился и решил поинтересоваться делами студенческой подружки. Они говорили как два человека, не видевшие друг друга сто лет. С тех пор общались регулярно. Сашенька не раз бывала у Васи в музее, а он первым читал её сценарии.

Метрах в двухстах она увидела его долговязую фигуру. Стоял апрель. Вася был в распахнутом коротком пальто, похожем на бушлат, под которым виднелись белая рубашка и галстук.

Он подошел и протянул ей обе руки. Они были холодными.

– Рад тебя видеть.

Она тоже была рада. Её почему-то беспокоили его руки, которые хотелось согреть.

– Тебе на работу срочно? – спросил он.

– Сегодня можно вообще не ходить. Я отдала сценарий два дня назад и вряд ли у продюсера нашлось время прочитать. Он улетел куда-то на Алтай кататься по весне на горных лыжах.

– Отлично. У меня тоже есть время. Шеф приболел, а бабушки, коллеги музейные, на меня махнули рукой.

– Почему?

– Они считают, что я занял чужое место. Якобы по протекции. В принципе, они правы. Но ведь уже шесть лет как я здесь верой и правдой служу, да и кандидатскую защитил, между прочим.

– Ты чего меня позвал?

– Хочу тебе поведать одну историю. Пойдем, там, за углом, трактирчик. Заодно позавтракаем.

– И согреем твои руки.

– Ага.

Вася обхватил ладонями большую кружку с американо и загадочно смотрел на Сашеньку. Она удивленно подняла глаза от своего чая с молоком и спросила:

– Ты чего какой-то странный? В спортлото выиграл, что ли?

– Нет, в спортлото я не выигрывал. Я вообще в лотерею никогда в жизни не выигрывал. У меня новость поважнее. Правда, свежей её назвать нельзя. Начну сначала. В общем недели две назад я по дороге на работу зашел в автомагазин и купил магнитную держалку для телефона. Такие два толстеньких металлических кружочка. Один помещается под чехол смартфона, другой прикрепляется к торпеде автомобиля. Держит неплохо. Так вот, вытащил их из пластиковой упаковки и положил на стол. Хотел сразу присобачить к телефону, но решил сделать это позже. Накануне я получил в запаснике древнекитайский нефритовый футляр для сверки инвентарного номера. В нём хранились скребки для языка.

– Для чего?

– В гигиенической культуре китайцев такие скребки существуют больше тысячи лет. Возраст футляра и содержимого, конечно, поменьше, но все равно это вещи из семнадцатого века. Представляешь, как только к футляру прикоснулся автомобильный магнитик, из нижней его части выдвинулась узкая полочка. Плавно так выдвинулась, будто диск из компьютера. Полочка была в виде корытца, на дне которого лежало что-то блестящее.

Вася сделал глоток.

– Уже сам факт обнаружения этого тайника для нас, крыс музейных, настоящее открытие. Я минут двадцать находился в ступоре. Потом надел хлопчатобумажные перчатки, потрогал пальцем блестяшку и понял, что это сложенная гармошкой бумага. Тонкая рисовая бумага. Я подцепил находку пинцетом и потянул вверх. Поверхность её до самого низа оказалась покрыта мелкими золотыми иероглифами.

– И ты сразу побежал к шефу, – саркастически произнесла Сашенька.

– В том-то и дело, что нет, – произнес Василий, – хотя, в принципе, так и нужно было сделать. В общем, я почувствовал что-то такое, что заставило меня снять с бумажки копию. Знаю, это неправильно. Вспышка могла повредить артефакт. Я подумал о правилах позже. Слава богу, с гармошкой ничего не случилось. Золотые буковки не осыпались, да и цвет бумаги не изменился. Как была оттенка слоновой кости, такой и осталась.

Поскольку обнаруженный тайник в нашем тихом царстве – явление нерядовое, я взял шкатулку и пошёл с ней к Самуилу. Это руководитель нашего отдела, доктор наук Самуил Леонидович Моргенштерн. Когда я продемонстрировал ему, как открывается тайник, он от удивления даже рот открыл и хлопнул ладонью по лысине. Потом разложил на листе чистой бумаги гармошку, минут пятнадцать изучал китайский текст и произнес:

– Василий Семёнович, мы с вами сделали очень любопытную находку. Возможно, этот документ станет сенсацией. Надо его внимательно изучить, попробовать идентифицировать с аналогичными текстами того же периода и лишь потом обнародовать.

Выражение «мы с вами» мне не очень понравилось, но что я мог сказать.

Вечером дома я начал переводить текст копии. Пришлось даже в словарь древнекитайского языка залезать.

– Ну и что? Перевёл? – спросила Сашенька.

Победа под Кайфэном

Солнце пекло так сильно, что металлические пластины на кольчуге Тыала раскалились. Он представил себя куском баранины, который