Он говорил всё так, как нужно, заставляя меня сомневаться. Это у него всегда получалось. Появиться в моей жизни, сказать правильные слова, убедить, что я схожу с ума, и пообещать, что поможет всё исправить. Он сказал, что, несмотря на то, что я ушла, команда всё ещё нуждается во мне, и что он поможет мне вернуться.

Я действительно скучала по своей прошлой жизни. Конечно, в ней было много плохого, но я скучала по утрам с отцом, по поездкам с ним. По тренировкам с командой, по их шуткам. Я построила себе новую маленькую жизнь, и она мне нравилась. Но это не значит, что я не скучала по старой.

И Дэвид использовал это против меня.

Я никогда не могла победить, если он снова начинал играть на моих мыслях. Я никогда не была достаточно сильной, чтобы справиться с ним, и начинала понимать, что это значит — я никогда не верну себе ни капли прошлого.

Я написала Куинн, попросив одежду на вечер, и она сказала, где её взять. После того как я переоделась, я просто села и уставилась в стену.

Чем дольше я сидела, тем больше думала о Фоксе.

Он всегда появлялся, когда был мне нужен. Я день за днём старалась быть рядом для него, а в первую же ночь, когда он наконец выглядел счастливым и спокойным, я оттолкнула его.

Я побежала к Дэвиду после гонки, а не к нему.

Я знала это чувство после заезда, пусть даже небольшого, когда хочешь разделить его с теми, кто тебе дорог. Я бы тоже злилась, окажись всё наоборот.

И он никак не мог знать, что единственная причина, по которой я туда побежала, — убедиться, что Дэвид не сделает ничего плохого с ними.

Я посмотрела на дверь.

Я не хотела сидеть и накручивать себя. И это ведь не значит, что я не могу сейчас извиниться перед ним.

* * *

Спустя десять минут хождения по коридору я открыла дверь в его квартиру. Внутри было темно и тихо, но я знала, что он не ушёл.

Я пробиралась на цыпочках, стараясь ни на что не наткнуться, пока не дошла до спальни, задаваясь вопросом, что, чёрт возьми, я вообще думала, решив, что это хорошая идея.

Когда я дошла до двери, я была ещё менее уверена.

— Фокс, — прошептала я в темноту комнаты.

Сначала ничего.

— Да. — его голос отозвался во тьме. — Пришла накричать на меня ещё, или есть какая-то проблема?

Он всё это время не спал, что немного меня успокоило. Значит, я не вломилась в комнату к спящему человеку. Хотя то, что он был бодр, делало мой поступок не менее странным.

— Да, есть проблема. Я не вижу, где ты, — прошипела я, пытаясь на слух найти его в темноте.

Он тихо рассмеялся:

— Потому что я обычно сплю в темноте.

— Но ты же не спишь.

— Кто-то вломился в мою квартиру.

— Ты не выглядишь особо обеспокоенным, — сказала я, всё ещё следуя на звук его голоса, двигаясь к кровати.

— Думаю, от этого конкретного чертёнка мне ничего не грозит. Что тебе нужно?

Я сдержала слова. На самом деле мне нужно было извинение, оргазм и сказать ему правду. Но ни одного из этих пунктов, похоже, я сегодня не получу.

— Я пришла поговорить о сегодняшнем вечере. И мне бы очень хотелось видеть тебя, пока я это делаю. Так что мне нужно знать, где ты.

— Раз уж ты проделала такой путь, чтобы меня найти, я не хочу портить веселье.

Я раздражённо застонала. Наконец добралась до края кровати и замерла, глаза понемногу привыкали к слабому свету, просачивающемуся в комнату.

— Эш, что ты здесь делаешь? Ты ведь должна быть наверху. Спать.

— Да, но у меня была проблема.

— Какая именно?

— Мне стало плохо.

— Из-за чего?

— Из-за всего. Что не рассказала тебе правду, что заставила тебя чувствовать себя плохо, потому что убежала. И мне почти жаль, что дразнила тебя на днях.

— Рада, что ты решила прийти ко мне в комнату, чтобы тебе полегчало, — ответил он с тем тоном, который совсем не был дружелюбным. — А если бы я был не один?

Я хрипло рассмеялась:

— Я знаю, что ты не действуешь так быстро. Мы только что вернулись.

— Не знаю, — сказал он. — Бывало, что и действовал.

Я села на кровать, чувствуя его рядом с собой, но не притрагиваясь.

— Ты пытаешься заставить меня уйти?

— Да.

— Тогда перестань быть придурком и скажи это прямо. Скажи, что хочешь, чтобы я ушла, чтобы другая девушка могла прийти.

В ответ наступила тишина, поэтому я надавила ещё раз:

— Давай, Фокс. Скажи это, и я уйду раньше, чем ты успеешь взять телефон.

Снова тишина.

— Я жду.

— Ты извиняешься за то, что дразнила меня на днях?

Конечно, именно за это он и зацепится.

— Я надеялась, что мы это упустим, но да. Хотя, в свою защиту, ты начал первым, когда дёрнул меня за волосы.

Он тихо рассмеялся:

— Ты действительно должна извиниться. Я думаю об этом каждый раз, когда ложусь в эту постель.

— Приятно знать, что тебе это всё-таки не совсем ненавистно.

— Ненавистно? Конечно я, блядь, это ненавижу. Ты раздражаешь меня весь день, а теперь ещё и в моих снах появляешься? Я ненавижу каждую секунду.

— Значит, я так понимаю, трогать тебя — плохая идея?

— Именно за этим ты сюда пришла? — спросил он с ноткой настоящего удивления в голосе. — Я думал, ты пришла разорвать меня на куски.

Повисла пауза, прежде чем я ответила:

— Я пришла одна, посреди ночи, Фокс. Ты плохо понимаешь намёки?

— И ты думала, что я… что? Буду умолять тебя о внимании?

Я встала.

— Как ты можешь так говорить? Я…

Он прервал меня, схватив за запястье и перевернув на кровать, выбив из меня весь воздух.

— Я бы извинился, но боюсь, это слово уже ничего не значит. Такая реакция стала у меня автоматической, — сказал он, поглаживая мою руку, прежде чем отстраниться.

— Очень раздражающая защитная реакция.

— Похоже на то, — прошептал он. — Ты всегда умеешь удивить.

— Чем?

Я уставилась в потолок, ощущая, как удобна эта постель и как сильно пахнет ею сам Фокс.

— Тем, что ты до сих пор не убежала от меня навсегда. Даже после того, когда я веду себя как чудовище. — Он снова провёл пальцами по моей руке. — Тебе нужно было сказать мне, что произошло. Я бы пошел с тобой.

— И устроил бы ещё больший