Ладно, со всеми новостями будем разбираться завтра! А пока расходимся: комнаты ваши никто не занял, так что все на ночное дежурство, делитесь сами, а я хоть высплюсь немного… И чего вы на меня так смотрите? Я старый и больной человек! Мне спину стреляет и возраст не красит. Мне еще народ отпускать и задания для них придумывать. А вы в моем подчинении на правах самых любимых жен! И хватит ржать как кони необрезанные! Соблюдайте субординацию, мерзавцы! Забыли что ли, кто тут папка⁈.

Пока Виктор разгонял свою временную команду, его прошлая группа, то есть мы, занялись моими новыми механическими друзьями: Ноликом и Зеро. Суть занятия была весьма необычной, так как ни я, ни Ник ничего не делали, а просто смотрели на то, как Вероника общается с ними при помощи выделенного канала связи. Сидим смотрим, как три механических субъекта стоят без движения, и только ушки-антенны слегка подрагивают и наклоняются. Полагаю, что если бы нам кто-нибудь дал попкорн, то мы бы жевали его не отрываясь от зрелища. Не знаю уж почему, но событие лишенное даже минимальной динамики нас просто заворожило. А затем Вероника повернулась и пошла из помещения, поманив доспехи за собой. И вот же зараза: они пошли за ней даже не посмотрев на меня! Как так-то⁈

— Настоящая женщина, — цокнул языком Хаммер. — За десять минут, она увела все, что у тебя вообще было ценного… — я кивнул, а он коснулся бутылки, однако дверь вновь открылась и к нам зашел наш босс. Емкость осталась стоять на месте, а вот отдернутая рука незамеченной не осталась.

— Э! Алё! Хватит бухать! — гаркнул Виктор с порога. — Никита! Что за дела? Ты же таким не был! Скоро синим станешь, от такого напора. Завязывай уже и поднимай свой тощий зад. Пойдешь на первую вахту, а то уже забыл наверно, что это значит, — Ник вяло встал и обреченно побрел из ангара, опустив плечи. Изображал значит из себя мученика. Ну, не знаю, Виктора таким не пронять — это точно. Я взглянул на капитана и улыбнулся, но он это заметил. — О! Еще один тунеядец. Серый, я тебя, конечно, безумно люблю, но не пошел бы ты настраивать цепи «Слона»? Он с верфи как сошел, так мне все в нем кажется неправильным. Все не так, но вот что конкретно — иди и сам поищи.

— Вполне доходчиво. Не вопрос — сделаю, — я кивнул.

— Замечательно. Как закончишь, посмотри «Голиафа». И да — вторую орудийную, она после диверсии стреляет с задержкой. А мне это не нравиться, — я брови поднял. запросы были, скажем прямо, эпическими. Я конечно уже не энергетик первого уровня, но Орудийную посмотреть… После трех стаканов водки, это как-то сильно.

— Что-нибудь еще? — на всякий случай, осторожно уточнил я.

— Ой, да расслабься, я же не чудовище. Потом отдохнешь, как раз будет дежурство, сможешь расслабиться, — Виктор улыбнулся тепло и добро, а затем расхохотался. — Да, Брунен, совсем ты забыл наши порядки… Хорошо, что ты вернулся. Надо Колю найти и Зару, и все у нас наладится.

— Я тоже рад. И раз уж начали задачи раздавать — иди-ка ты спать, старый и больной человек… — я похлопал командира по плечу и пошел в свой рабочий отсек над капитанским мостиком, пряча грустные глаза и не решаясь рассказывать ему правду…

Книга 2

Глава 9. Никому ненужные приключения

Смотрю и не понимаю, до чего же странные и смешные эти игроки. Реально: как по расписанию вышли на свою смену в восемь часов вечера. Нам уже плевать на график — в космосе всегда темно, а этим как? Играют по ночам — мозги совсем не отдыхают у людей? Кстати это уже второй факт в моей практике в пользу того, что игроки теперь предпочитают играть по ночам, не теряя дневного времени. Удобно как бы: не мешает учебе или работе, не отвлекает от реальной жизни. Кто знает, если бы я не «провалился», может и сам бы пришел к такому образу жизни со временем. Хотя быть может это результат последних обновлений, я же точно помню, как проспал в виртуале восемь часов, а эти же, не спят вообще — работают и днем и ночью. Это теперь нормально?

Но это я отвлекся. Короче: прибыли эти «семеро козлят» по расписанию, выстроились перед Виктором, как дисциплинированные кадеты и как-то косо на нас поглядывают. Кто-то с интересом изучает наши персоны, кто-то пренебрежительно кривится, а знакомый мне Престон — безразличный ко всем, как удав, видимо, уже привык к нам. А затем Виктор начал толкать пламенную речь и у меня прошлись мурашки по спине.

— Доброго вам трудового дня, разгильдяи! Скажите мне на милость, недоразвитые, чем вы все занимаетесь на моем крейсере⁈ Почему я каждый долбанный день, должен за вами устраивать проверки⁈ — Виктор выставил палец, и словно прицеливаясь, поводил им из стороны в сторону, выискивая первую жертву. Жертвы в свою очередь постепенно втягивали головы в плечи. Наконец, он определился. — Рядовой Сандра! Какого лысого беса ты вчера не закончила сортировку вверенного тебе объема полезного материала?

— Мало времени, капитан. Объемы работ слишком большие, а я была одна на посту, — немного язвительно ответила девушка. — Сегодня готова закончить работу!

— Зачем мне эти оправдания? Все куда проще чем тебе кажется: ничего ты не делала вообще, вот работа и осталась! там делов было на пару часов, а ты за шесть не справилась! Это фиаско, рядовой… — Виктор досадливо покачал головой. — Сегодня я внесу корректировки в ваш привычный и бесполезный быт. Я ставлю вам в наставников, в которых я уверен. Для начала — Николас, — Ник на этих словах даже ровнее встал, приосанился. — Выполняйте все его распоряжения и по окончанию дня, жду от всех причастных полный перечень отсортированных элементов с маркировками кубов и результатов подсчета крафтовых предметов полученных в ходе работ! — он повернулся к нам и улыбнулся, затем вернул взгляд шеренге новобранцев. — Вистас!

— Я! — вытянулся молодой блондин в серой форме и разве что не козырнул.

— Вчера, у тебя была поставлена задача: отремонтировать пусковую установку левой орудийной системы, у которой клапан на каждый второй залп клинит! Так какого, скажи мне на милость, ты этого так и не сделал⁈ — а Виктор хорош, орет так самозабвенно. А может это я его просто плохо знаю?

— Виноват! Не разобрался с поставленной задачей! — без тени смущения ответил парень. Я посмотрел на Ника, тот еле держался, чтобы не начать