Первым на стол он кладет меч. Ринору был совершенен, глаза бога видели его материальную структуру, узоры энергетических линий. Брат, затем Гефест, а теперь и он. Каждый из нас оставит на тебе свой след. Три бога, три творца, ни один меч во вселенной не сможет похвастаться тем, что столько небожителей причастны к его созданию. Вот удар молота — брат, отголосок его силы, создававший тебе каркас. А здесь сила Гефеста и Пламя Олимпа. Слаб уже был старик, собственного могущества, чтобы очистить тебя от скверны ему бы не хватило. Зато искусства было не занимать. Велунд любовался чужой задумкой, красотой ее воплощения: как бережно и красиво Гефест усилил и дополнил изначально вложенное братом. Впервые за многие годы в нем самом пробудилось почти забытое чувство, желание создать что-то не по зову долга, а по велению сердца. Проснулся тот творческий азарт, вызов самому себе. Не превзойти, а украсить, вплести новые штрихи в уже сотворенное первыми двумя мастерами.

— Твой новый хозяин не бог, и ему вряд ли суждено им быть.

Такие, как правило, гибнут слишком рано, даже не успев встать на дорогу Возвышения. А значит, энергии ему будет всегда не хватать. Как бы это компенсировать? Ринору ведь изначально создавался для того, кто недостатка в силе не испытывал, и нуждался лишь в инструменте для ее воплощения. А что, если… Велунд подошел к каменной шкатулке, стоявшей чуть в стороне от всех остальных. Осторожно ее приоткрыл и достал оттуда небольшую хрустальную веточку с парой листьев, зеленеющих на ней. Последняя частичка Мирового древа, спасённая им в дни падения Асгарда. Оно было тем, что объединяло собой все миры, позволяя мгновенно перемещаться по вселенной. С его сожжением быстрые переходы между мирами стали невозможны, и смертные начали использовать всякие нелепости вроде звездных кораблей и межмировых порталов, а ведь раньше было достаточно лишь подойти к проекции древа, выбрать путь, и оно само помогало осуществить переход. С тех времен и осталась система координат по ветвям и листам для определения нужного места. Только вот самого древа уже давно нет. Даже символично, пламя Олимпа, сокровище Асгарда… Ринору станет воплощением былого величия прежних эпох. Меч Трех богов. Он осторожно прикасается ветвью к клинку, и серебристая плоть древа, повинуясь его воле, плавно перетекает внутрь меча, сливаясь и становясь с ним единым. Теперь вы. Листки он закрепил на ножнах. Чары сопряжения стали слетать с его уст и листья, постепенно исчезая, сливались с ножнами, многократно усиливая их способность скрывать оружие, что будет в них вложено. Асгардские реликвии постепенно исчезали, напитывая своей силой клинок. Связанные невидимыми корнями с мирозданием, ветвь и листья будут тянуть из него силу, постепенно переливая ее в меч. Неустаннои неизменно, час за часом они будут накапливать энергию, компенсируя недостаток ее у владельца. Он еще раз взглянул на свое творение и остался доволен. Здесь все. Только усилить ножны, добавив немного орихалка на каркас, слиток мифрила для упрочнения основы, чуть-чуть предзакатных теней, шепот ветра, последний луч зимнего солнца и слово силы, что все объединит. Теперь даже взгляд Бога не сможет узнать, что за силу таит в себе клинок. Заодно ножны станут дополнительным вместилищем энергии, если Ринору будет заполнен до краев. Достаточно. Что-то еще менять в мече — лишь испортить уже внесенное другими.

Теперь ты, он окинул взглядом доспех. Хорошая заготовка, интересный металл. Он увлеченно провел по его поверхности ладонью, почувствовал исходящую от того прохладу. Что-то новое, задуманное людьми и воплощённое с талантом и любовью, хотя чувствуется и другая сила с отголоском света. Скорее всего, кузнец, создавший доспех, был почитателем Паладиуса. Великолепная основа, обеспечивающая не только самовосстановление и прекрасную защиту, но и усиление физических возможностей владельца. Умелый мастер, даже создал вместилище, откуда жидкий металл мог бы перетекать сквозь внутренние каналы, постепенно латая доспехи. Мембраны от звуковых атак, линзы, способные уберечь глаза от ослепления, фильтры для защиты органов дыхания. А в довершение всего — искусно наложенные чары. Солнечный ветер. Красиво. Он смог до конца понять и осознать задуманное мастером: сложная система рун позволяла хозяину доспеха на время придавать себе невероятное ускорение, а сама броня начинала ярко сверкать, ослепляя и подавляя врагов силой света.

Как интересно. Велунд ощущал полузабытое чувство восторга, изучая чужой замысел и его воплощение. Мастер был гением, сумев не только вообразить, но и реализовать задуманное. И все же, он оставил задел для совершенствования. В текущем виде этот комплект может раскрыть весь свой потенциал только на одаренном. Не владея даром зарядить и использовать вложенные чары будет очень непросто. И Велунд уже понимал, как это изменить, но сначала…

Под руками бога разломилась чешуйка Великого дракона и яркой каплей растеклась по доспеху, формируя дополнительный внешний каркас, повышающий устойчивость к физическим воздействиям. Протоматерия, способная стать основой для всего, в тебя я вложу сразу два великих слова — СТОЙКОСТЬ и ОТТАЛКИВАНИЕ. Ведь не обязательно отражать все атаки, многие можно просто отклонить и увести в сторону, сохраняя и даже увеличивая физическую стойкость доспеха.

Теперь разберемся с главной угрозой для воинов — магией. Чарами, способным и оглушить, опутать, заморозить и разорвать на куски. Основой защиты послужишь ты. Он осторожно подхватил камень фей, на несколько секунд залюбовавшись его сиянием. Воспоминания — то немногое, что у него осталось. Велунд помнил этих малышей, созданных ради веселья и забавы Фрейей. Хорошо, что они смогли уцелеть в те страшные дни войны. Он бережно вложил камень в центр грудной пластины, терпеливо дополняя и совершенствуя переплетение рун, составляющих пылающее солнце. Теперь нужна оправа. Орихалк, принесённый Рэном, уже закончился, но увлеченный кузнец достал его уже из собственных запасов, дополняя каркас, а затем пустил тонкие голубые прожилки по всему доспеху, создавая единое поле. Вот сейчас хорошо. Руки, радуясь непривычной работе, чуть не дрожали от возбуждения. Как же он соскучился по настоящему творению. И лишь звон лопнувшей цепи напомнил о реальности, заставив болезненно скривиться. Но все же, время пока есть. Он быстро окинул взглядом свою работу и остался доволен. Камень сможет зарядить вложенные чары и будет создавать поле защиты, для отражения магических атак. Не бесконечно, по мере исчерпания маны поле будет постепенно угасать, пока полностью не пропадет, чтобы вновь набрать силу от источника. Примерно одно мощное заклинание защита должна выдержать, или дюжину средних. Немного, но время для хозяина оно выиграть сможет, а там он уже сам решит, как им распорядиться — бежать или сражаться. Теперь ты. Он