— Эй! Ты живой?

Я взялась за засов и с трудом его отодвинула. На удивление железка открылась тихо, без скрипа. Петли были смазаны на совесть.

В камере стоял неприятный, затхлый запах. Солома хоть и покрывала пол, но все же холод от каменных плит пробирал даже меня, что уж говорить о неподвижно лежащем теле.

Я подошла и с опаской наклонилась над человеком. Тронув его слегка за плечо, я вздрогнула, потому как тело зашевелилось и застонало.

Разрыв тряпки, я увидела достаточно молодого парня. Лицо его было бледным. Под глазами залегли тени. Ресницы едва заметно трепетали.

— Парень, ты живой? Эй!

Я потрясла парнишку, который был едва ли старше меня самой. Удивительно, но он открыл глаза. Взгляд его был затуманен. Он долго не мог сфокусироваться на мне. Когда же его взгляд прояснился, молодой мужчина застонал громче и схватился за голову.

Только тут я увидела, что у него приличных размеров шишка на лбу. А под глазом огромный фингал.

Парень приподнялся, стряхнув с себя лохмотья. Под ними оказалась вполне приличная одежда. Кто-то напал на него, после спрятал тело в одной из камер и прикрыл ветошью. Что бы с ним было, не ясно, не приведи я его в сознание.

— Ты встать можешь?

Парень кивнул и поморщился от боли.

— Я помогу тебе выбраться отсюда. Давай, держись за мою руку.

Я помогла парню подняться. Он оказался достаточно высоко роста и крепкого телосложения. Да на таком пахать можно! А вот тащить это тело на себе очень даже не просто.

Я вывела парня из камеры и прислонила его к стене. Отдышалась. Нырнула подмышку бедолаги и приподняла его, крякнув от натуги.

— Ох, нелегкий же ты, скажу я тебе. Как зовут?

Парень едва ноги переставлял. Держась за стенку, мы продвигались с ним к выходу.

— Генри…

Я утерла пот свободной рукой.

— Приятно познакомиться, Генри. А я Виктория. Ну? Как ты тут оказался? Зачёт провалил?

Генри охнул, когда я попыталась поправить его руку у себя на плече. Сильно парню досталось. Ребра, вероятнее всего, сломаны.

— Я теперь подумаю, стоит мне поступать в Академию или нет. Если за двойки вас в подземелье запирают, то я, пожалуй, и без диплома могу магичить. Ну, подумаешь? Раньше вообще никаких дипломов не надо было. Знай себе, наводи порчу, вари зелье, проклинай кого хочешь. Вот пришёл бы кто к моей бабке с вопросом: «А покажите-ка мне свой диплом ведьмы. У вас порча сертифицированная? Товарный знак на проклятия имеется? Налог с приворотов платили в этом году?» И ушел бы он от бабки моей походкой геморройной ласточки. С дипломом, свернутым в трубочку и засунутым в… Ладно. Не важно куда. А сейчас что? Ведьму выбирают не по отзывам, а по наличию диплома. Куда этот мир катиться, а, Генри?

Парень что-то прохрипел. Разговаривать с переломанными рёбрами ему было очень тяжело. Хорошо, что в Академии врачеватели хорошие. Быстро поставят на ноги. Главное, довести его.

— Генри, ты держись. Скоро дойдём. Тебе ещё надо обязательно сообщить, кто это с тобой сделал. Нельзя оставлять безнаказанным такое зверство!

Мы доковыляли до выхода. Осталось преодолеть лестницу и дверь. А там уж и обитаемая часть Академии. Я прислонила парня к стене и поддержала его плечом, чтобы не свалился на пол.

— Слушай, а мы с тобой нигде не встречались?

Я взглянула на парня. Тот стоял с закрытыми глазами. Над губой выступила испарина. Последние силы парень отдавал, чтобы остаться стоять на ногах. На мой вопрос он не ответил. Лишь приоткрыл один глаз и внимательно всмотрелся в моё лицо.

— Точно! Я думаю, откуда мне твоё имя знакомо. Генри, твоя фамилия не Дженкинс случайно?

Парень удивленно моргнул одним здоровым глазом.

— Я видела твое имя в списке, Генри Дженккинс. На одной открытке. В книге по бытовой магии у лорда Андервуда.

Парень вздрогнул всем телом, замычал неразборчиво и начал заваливаться. Я едва успела его подхватить.

— Эээ…

Я вновь прислонила Генри к стенке и держала его за груди, чтобы тот не упал.

— Что ты говоришь? Не понимаю!

Парень бешено вращал одним здоровым глазом, второй не открывался из-за кровоподтека.

— Эээ… это он…

— Кто?

— Ооон…

— Генри, объясни толком! Кто он? Лорд Андервуд?

Парень вздрогнул только от одного упоминания имени некроманта.

— Что он сделал, Генри?

— Он… хотел… меня… убить…

Глава 23

Я сочувственно взглянула на парня.

— Если бы только тебя. Дня не проходит, чтобы лорд Андервуд кого-то не укокошил. Жуть, а не начальник у меня.

Парень побледнел, хотя куда еще больше, и вжался в стену. Не сводя с меня взгляда, он попытался отползти по стене подальше. Но ему не удалось. Держала я за грудки его крепко.

— Нет-нет, не стоит меня бояться. Я не причиню тебе вреда. Я, вообще-то, увольняться собралась. Вот найду его и попрошу расчёта. Ты, кстати, не знаешь, куда он пошёл?

Бедолага замотал головой. Да так, что приложился затылком о каменную стену.

— Успокойся, успокойся! Я не враг. Я, как видишь, даже помогаю тебе. Сейчас выведу тебя отсюда. Начальников, их не выбирают, понимаешь? Вернее, выбирают, конечно. Но в моем конкретном случае, так получилось, что, я не выбирала. Вот найду его и уволюсь. Я и место себе уже присмотрела получше. И поспокойнее. Так что я к его злодеяниям отношения не имею. Почти. Ну… выкопала, правда, труп один. Но по его приказу. И оживила, но тоже согласно рабочему контракту. Эй, Генри! Не время терять сознание. Я тебя не дотащу!

Генри совсем потерял вид. Пришлось спешно взваливать его на плечо и тащить наверх.

Лестницу мы преодолели с величайшим трудом. И дверь тоже. Вывалившись в коридор, я едва не уронила бедолагу. Доковыляв до первой же аудитории, я усадила Генри на скамью возле стены и постучала в двери.

— Простите, что мешаю, но тут человеку плохо…

Когда Генри Дженкинса увели, я без сил рухнула на освободившуюся скамью и закатила глаза. Да я и сама себя чувствовала не лучше парня. Удар по голове был хоть и сильным, но волосы смягчили удар. А силы, которые я потратила на парня, мне бы сейчас и самой пригодились.

Я сидела на скамье достаточно долго. Проходившие мимо адепты сочувственно поглядывали в мою сторону. Несколько человек даже подходили и предлагали помощь.

— Нет-нет, все нормально. Я немного посижу и пойду дальше. По своим делам. Нет-нет, я не больна.

— Экзамен был сложный? У профессора Флайдера? Сочувствую. У него, пока правильный