круг, им образованным, вела всего одна дорожка. По обе ее стороны находились вооруженные люди. С одной стороны мужчины в зеленой форме и большими черными винтовками, стоящими сейчас у их ног. Воины были разных возрастов и ранжировались по росту. Здесь можно было увидеть и безусого юнца, старавшегося выглядеть как можно серьезней, так и старого вояку, с выбеленными невзгодами волосами и расписанным шрамами лицом. Напротив них выстроилась шеренга девушек и молодых женщин, одетых как та воительница, что пришла за Владычицей. Они все были похожи друг на друга своими белесыми волосами и сияющими от радости открытыми лицами. Часть воительниц держала в руках короткие карабины, у остальных за плечами висели луки.

Атаман и Владычица прошли мимо своих воинов и оказались на открытой площадке. Посередине ее высилось нечто, укрытое пока светлым покрывалом из брезента. По бокам сооружения стояли люди. С правой стороны те, кто походил внешним видом на командиров и руководителей с властными лицами. Главы основных человеческих поселений этой стороны мира. По другую сторону находилась небольшая группа, состоящая из стариков и пожилых людей, некоторые из них сидели в инвалидных креслах.

Вперед вышел атаман и сначала повернулся налево, отвесил старшему поколению вежливый полупоклон, группа справа удостоилась только легкого кивка. В ответ раздались глухие восклики. Женщина приветствовала людей поднятыми руками, как будто она хотела всех обнять. Атаман поднялся на небольшую трибуну, привычно зорко огляделся, сделал паузу, дождавшись полной тишины. Казалось, что даже листья на деревьях перестали шелестеть и замерли в ожидании.

- Друзья, сегодня у нас значительный день! Ровно двадцать лет назад от нас ушел великий человек, первый Атаман Этого Мира. Это ему мы обязаны существованием наших свободных поселений и нашему образу жизни. Это он сохранил часть ушедшей в небытие человеческой цивилизации и показал нам путь вперед. Это был мой отец – Михаил Бойко. Он, – мужчина на миг споткнулся, – он навсегда остался в наших сердцах. Еще пять лет назад мы захотели увековечить его память, но тяжкие обстоятельства тогда нам помешали.

Люди, стоявшие внизу, невнятно загудели, мужчины нахмурились. По щекам пожилой женщины с седыми волосами пробежали слезы, однорукий старик, стоявший рядом, слегка приобнял ее. Легкая тень пробежала и по лицу атамана. Ох, тяжело ему дались эти прошедшие в тяжёлых трудах годы!

- Но мы смогли все-таки выполнять задуманное, и теперь в нашей старой столице будет стоять памятник Первому Атаману! Сестра!

Он повернулся к Владычице, а та уже встала лицом к закрытому брезентом постаменту. К ней подошли две белобрысые тонкокостные девочки и заняли места по бокам предводительницы. На площади все замерло. Люди затаили дыхание, не каждый день можно увидеть подобное зрелище.

- Я, Огнейя, дочь твоя! – запела глубоким голосом женщина, девочка повторяли ее слова. – Я Владычица сил природных и земных, призываю тебя, мой отец, яви миру свой памятный лик, посей в наших сердцах тепло умиротворения и радость животворного познания!

Голос Владычицы становился все выше и сильнее, отдаваясь в дрожи, которая охватила и самых суровых воинов. Он буквально пронизывал людей до самых пяток, заставляя ощущать нечто неизмеримо большее, возникающее вокруг них по мановению женщины. Верхушки деревьев внезапно зашумели, свежий ветерок погнал по дорожкам летнюю сухую пыль. Люди вздрогнули, они вдруг ощутили здесь присутствие чего-то немыслимого. Некая неведомая сила вошла в этот мир, подняла на площадке пыль и смахнула покрывало с памятника. Затем воздух снова успокоился, пыль улеглась, и взорам людей предстал скульптурный человек из светлого камня.

«Атаман, это атаман!» - прошелестело по рядам. Сейчас не было места пафосным словам и высокопарным речам. Безмерное уважение и преклонение легко прочитывалось в глазах у всех присутствующих.

Первый Атаман был изображен в полный рост и как будто в движении. Лицо и все его тело устремилось куда-то вперед. Туда к Новому миру. Одетый в старую военную форму Того Мира, с множеством карманов, биноклем на шее и верным Калашниковым на согнутой руке. Владычица вздрогнула, искусный мастер мастерски изобразил отца по старым фотографиям. Она его помнила таким еще в Городе, в городе Тех, который она уже никогда не увидит. Молодое, чуть озорное лицо, отчасти приподнятые брови, еще не сжавшиеся в тонкую линию губы.

Крепкое тело еще не старого мужчины, скульптор создал из Михаила Бойко поистине былинного богатыря, искусно спрятав огромную силу внутрь каменной одежды, выдавая ее мощь буграми мускулов на руке и мощной шее. Но она помнила, что ее отец был достаточно сухощав, это его сын стал знатным здоровяком. Но видимо, люди только так могли представить себе героев легендарных времен. Когда в одночасье рухнул весь их прошлый мир, и оставшимся в живых людям пришлось принимать очень непростые решения.

- Сестра, – она увидела рядом лицо брата. – Я его еще помню таким. Эх, чтобы я только не отдал, чтобы очутиться Там и Тогда.

- Понимаю тебя, – с затаенным внутри теплом ответила Огнейя, ее лицо заслонила грусть. – Мы были маленькими детьми, у нас была семья и друзья.

- И весь мир, – тихо добавил атаман. Потом он оглянулся, и на лице опять появилась мягкая улыбка.

- Тетя Наташа и дядя Юра, – однорукий старик ловко поздоровался с высоким мужчиной, которого он знал с пеленок. – Ну, как вы? Как здорово, что добрались сюда!

- Ну а как же, разве мы можем пропустить такое. А ты возмужал, атаман! Эх и седых волос у тебя изрядно прибавилось. Судьба атаманская, она такая. Но ничего, лихие времена миновали.

- Вы так думаете, дядя Юра? – светлые глаза женщины, казалось, вонзались в самую душу старика.

- Эй, Огнейка! Прекрати так смотреть! Уф, ты как ведьма настоящая стала, – старик недовольно зыркнул в сторону белоголовой женщины.

- Не ведьма, а ведунья, дядя Юра.

- Да хоть как назови, - вступилась за мужа пожилая дама – В самом деле, Огнейка, у меня прямо мурашки по коже бегут, когда ты так начинаешь ворожить.

- Колдовать? – Огнейя приятно рассмеялась. – Это не колдовство, тетя Наташа, это сила природы, надо только ею овладеть.

- Ох, девка, лезешь ты, куда не след, – по-стариковски проворчал Юрий Ипатьев.

- За нами будущее, – снова расхохоталась Владычица и игриво глянула на брата. Тот с недовольством сморщился.

Молодой крепкий мужчина продвигал в их сторону инвалидную коляску с высоким, крепким на вид стариком.

- Здравствуйте, дядя