сказал мужик. Да плевать мне, что ты там разочарован! Как будто я мечтала о твоем противном поцелуе. — После ректора твои губы потеряли свою прежнюю сладость.

“Знаешь, петушок , — съехидничала я про себя, вспоминая свой единственный поцелуй с Эйданом. —Если бы ты знал, как целуется ректор, ты бы не был так уверен в себе”.

Нет, стоп, сейчас не время думать о поцелуях с драконами. Сейчас нужно выжить.

— Вот и нехрен тянуть к ним свой утиный клюв! — огрызнулась я, чувствуя, как внутри поднимается волна отвращения и злости.

Глаза маньяка вмиг наполнились яростью. Ну вот, кажется, задела больное место. Может, надо было про молчание подумать. Он размахнулся и наотмашь ударил меня по лицу. Больно, зараза.

Я развернулась от силы удара и упала, успев выставить руки вперед и упереться ими в пол. Пол грязный, противный, как и все здесь.

— Что за мир-то такой, — возмутилась я, сплевывая кровь. В голове пульсирует боль, губа распухла. — Каждый норовит ударить меня по лицу.

— Ты как? — тихо спросил Джас, который, оказывается, все это время был со мной.

— Кто этот тип? — так же шепотом спросила я в ответ. Надеюсь, у Джаса есть какой-то план, а не просто смотреть, как меня избивают.

— Вальтер Юнггер, — прошептал Джаспер. — Тяни время.

— Очень смешно, — возмутилась я, глядя на него исподлобья.

"Тяни время, — возмутилась я мысленно. —Легко сказать. А что мне ему рассказывать? Про радужных единорогов?”

— Чего ты там разлеглась? — прошипел тот, кого назвали Вальтером Юнггером и схватив меня за волосы, продолжил, потянув на себя: — А ну вставай! У нас с тобой будет долгий разговор.

— Долгие разговоры, — сплюнув сгусток крови, сказала я. — Это я люблю.

Передо мной стояла непростая задача: не раскрыть себя и выведать как можно больше информации. А, ну еще и выжить было бы неплохо и, желательно, остаться с волосами.

— Отпусти, — сильно скрывая желание выломать этому уроду его похотливые руки, попросила я. Голос дрожал, но я старалась держаться. — Сама пойду.

— Ну уж нет, мышка, — оскалился Юнггер. Улыбка у него хищная, опасная. — Раньше надо было самой идти. Когда тебя вежливо просили. А сейчас твой лимит на мою вежливость исчерпан.

— Да? — наигранно удивилась я, сдерживая слезы от боли натянутых на кулак волос. — А я думала, у меня на неё безлимит, котик.

Нехитрыми логическими умозаключениями, будучи называемой "мышкой", я предположила, что ответное обзывательство должно быть именно "котик", и теперь ждала, как отреагирует Вальтер.

Как там у классиков?"В человеке все должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли". Юнггер явно пропустил большую часть пунктов.

— Поздно, мышка, — с едва уловимым сожалением в голосе сказал маньяк, но все же отпустил меня, резко швырнув в кресло. Кресло, к слову, тоже не самое удобное. — Поздно. Котик очень зол и хочет крови.

"Так, с этим я угадала, - облегченно подумала я, стараясь оглядеться. -Проблема в том, что это не особо что-то мне дает".

Разве что осознание того, что у меня отлично работает логика.

— Моей? — округлив глаза и обиженно надув губки, спросила я.

Вальтер прошел к небольшому шкафу, достал оттуда графин с золотистой жидкостью, налил себе полстакана и вернулся ко мне, сев в кресло напротив.

— Честно говоря, — задумчиво глядя на меня не самым дружелюбным взглядом, сказал маньяк. — Я уже близок к тому, чтобы пустить кровь тебе, потому что ты, мышка, очень сильно меня разозлила.

— Котик, ты же знаешь, — продолжая играть в Присциллу, проговорила я. Главное, не показывать страх. Маньяки же его чувствуют, как собаки. — Что я это делала не специально. Просто так складывались обстоятельства. Ну правда, не виноватая я!

Вальтер резко двинулся в мою сторону, тем самым разлив половину своего стакана. Вонючий алкоголь! И процедил сквозь зубы:

— Маленькая моя, хватит рассказывать мне сказки. Это я научил тебя врать. Я научил тебя всему, что ты знаешь и умеешь. И если бы не я, то гнила бы ты вместе со своими приемными родителями в той халупе, которую они так и не удосужились отремонтировать, несмотря на то, что я стабильно перечислял им деньги на это, сверх твоего содержания.

"Ох, какие интересные подробности вырисовываются, - отметила я про себя. - Значит, он ее выращивал для себя. А может и не только ее. Может у него таких, благодарных девочек из приюта, целый отряд. Какой-то фонд помощи талантливым сиротам, только с уголовным уклоном".

— Я очень благодарна тебе за то, что ты сделал для меня, котик, — пытаясь изобразить глубочайшую признательность, продолжала играть я.

"Только бы он поверил, — мысленно скрестила пальцы я. —Такие, как он, просто обязаны вестись на слова о благодарности”.

Юнггер внимательно смотрел на меня, размышляя о чем-то своем. Пауза затягивалась и я не знала, что же мне делать дальше.

Тут было важно не перегнуть, иначе он просто убьет меня и выкинет за ненадобностью. А смерть от рук маньяка не входила в мои планы на сегодняшний день.

Я ходила по минному полю и мне это не добавляло уверенности в себе. Я вообще-то на криминалиста училась, а не на разведчика и шпиона, и выведывать информацию хитростями и манипуляциями — не моя специализация. Но нас всегда учили в универе, что нужно постоянно расширять багаж своих знаний, умений и навыков.

“Поэтому, Алиса, — подбодрила я саму себя. —Включаем думалку и придумываем, как нам развести этого урода на полезные для нас сведения”.

Я вновь заозиралась по сторонам, у входа стояли все те же два бугая, мы явно находились в его личном кабинете. И судя по спокойной и расслабленной позе Вальтера, он чувствовал себя в безопасности.

— Что ты озираешься, мышка? — отпив остатки жидкости из стакана, ехидно спросил маньяк. — Пути отступления ищешь?

— Любуюсь красотами местного убранства, — без зазрений совести соврала я.

Юнггер искренне рассмеялся и если бы ни его маньячные наклонности, то он мог бы быть вполне привлекательным мужчиной.

— Общение с ректором пошло тебе явно не на пользу, — продолжая улыбаться, сказал Вальтер. — Ты расслабилась и стала слишком наивной.

Я внимательно посмотрела на маньяка, молча ожидая продолжения.

— Неужели ты думала, что я не подготовлюсь к твоему визиту, учитывая