отстранившись и посмотрев на меня своими золотыми вертикальными зрачками. — Если бы не мой предок, ты бы не оказалась в детдоме, а я не был бы проклят.

Я задумалась, глядя в его глаза:

— Если бы не твой предок… — начала я, — нас с тобой, возможно, и не было бы. Значит, во всём нужно искать плюсы.

— Как тебе это удаётся? — удивлённо спросил он.

— Что именно? — не поняла я.

— Даже в самых безнадёжных ситуациях находить свет.

Я пожала плечами:

— Жизнь научила. В детдоме либо учишься мыслить позитивно, либо быстро сдаешься и тонешь в отчаянии. Я выбрала первый путь.

— Спасибо, что выбрала именно его, — прошептал он, прижимая меня к себе и целуя в волосы.

— И тебе спасибо, — ответила я с улыбкой. — За то, что перестал быть таким заносчивым.

“Ой, от сладости этого момента, меня сейчас стошнит!” — раздался ворчливый голос в голове.

Я хихикнула и заметила, как его брови нахмурились.

— И давно ты слышишь моего дракона?

“Эйдан, это не тот вопрос, который стоит задавать , — ворчал голос. —Есть дела поважнее!”

— Калиор, я тебя не спрашивал, — отозвался он вслух.

— Красивое имя — Калиор, — улыбнулась я.

“Да, я и сам так думаю!” — прозвучал ответ в моей голове.

— Никто не говорит, что ты плох, — сказал он, раздражение в голосе росло. — Но ты сам знаешь, почему я не могу тебя призвать.

— Почему? — спросила я, впервые по-настоящему испуганная.

— Каждое наше обращение приближает нас к смерти, — ответил он и осторожно ссадил меня на диван. Потом поднялся и направился на кухню.

— Это и есть суть проклятия? — тихо спросила я.

“Да, — ответил Калиор в моей голове. —Но в последнее время оно чудит”.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, чувствуя, как сердце сжимается от тревоги.

“Ну, во-первых…” — начал объяснять Калиор, но Эйдан резко перебил его:

— Калиор!

Я замерла, почувствовав, как напряжение в комнате растет. Словно дракон внутри Эйдана борется с самим собой.

— Что значит “чудит”? — настаивала я, не желая оставаться в неведении.

Я встала с дивана и, пройдя следом за мужчиной на кухню, уселась на барный стул у кухонного островка.

— То и значит, — нехотя ответил ректор. — Складывается ощущение, что я слишком близко подобрался к разгадке и оно меняет правила.

Я пыталась понять о чем он говорит и тут меня вдруг резко осенило:

— Каждый раз, когда ты превращаешься в дракона, ты становишься на шаг ближе к смерти, так?

Эйдан кивнул.

— И ты, зная это обернулся тогда в лесу и потом в лабиринте, хотя этого можно было не делать? — возмущенно спросила я.

— Да, — будто не понимая к чему я веду, спокойно ответил мужчина.

— Ты идиот? — недовольно глядя на дракона, спросила я.

— Да, я же уже признал это! — наигранно небрежно ответил Эйдан, но я видела, как белеют его пальцы, с силой сжимавшие столешницу. — И нет, этого нельзя было не делать!

— Почему?

— Потому что без дракона мы бы не выиграли испытание, — начал перечислять он медленно двигаясь в мою сторону. — Если бы мы не выиграли испытание, я бы не стал ректором и забыл о тебе быстрее, чем выбрался бы из леса. И не нашел бы тебя в лабиринте, а ты бы там определенно оказалась бы. Не нашел бы никакую информацию о проклятие. Поэтому я не жалею о том, что моя татуировка увеличилась на два витка. Оно того стоило!

— И сколько витков тебе осталось? — сглотнув возникшее между нами напряжение, потому что за время своей пылкой речи, дракон подошел слишком близко, спросила я.

Мужчина задумчиво посмотрел на меня, а после расстегнул рукав рубашки и закатал его, обнажая руку по локоть. Моему взору открылась замысловатая вязь рисунков на загорелой коже, доходящая почти до запястья.

— Хм, — неопределенно отреагировал ректор.

“Доигрался, придурок?” — возмущенно спросил Калиор в моей голове.

— Эйдан? — настаивала я.

— Один.

Глава 34

Глава 34

Алиса

— Это значит, что еще один оборот в дракона и смерть? — уточнила я.

Эйдан молча кивнул.

— Значит, нужно сделать все для того, чтобы ты не обратился, — я сегодня прям блистала логичностью.

— О, я с радостью так сделаю, — согласился дракон. — Но для этого мне нужно одну неугомонную катастрофу посадить на цепь, желательно рядом с собой и не давать ей покидать пределы этой комнаты.

— Ха-ха, смешно, — отозвалась я. — Может надо просто уже разобраться с преступной сетью наркоманов, которые рыскают у тебя под носом.

Эйдан злобно зыркнул на меня и я поняла, что наступила на больную мозоль.

— Я работаю над этим, — фыркнул он и отправился заваривать кофе. — Ты голодная?

Вопрос был настолько неожиданным, что я не сразу сообразила, что нужно ответить.

— Алиса? — позвал дракон.

— А? Да, — отмерла я. — Немного.

Пока ректор варил кофе и готовил ужин (он, оказывается, еще и готовить умеет), я молча наблюдала за ним. Меня удивляло то, как в этом мужчине могут сочетаться суровость, надменность, нежность и забота.

“Да, вот такой вот он, мой Эйдан!” — с любовью в голосе проговорил Калиор в моей голове.

— Я вообще-то тебя слышу, — отозвался ректор, помешивая что-то очень вкусно пахнущее в сковороде.

“Вообще-то, не подслушивай!” — фыркнул дракон и замолчал, а я продолжила любоваться мужчиной на кухне.

— Я могу помочь, — неожиданно для самой себя, сказала я.

— Ты у меня в гостях, поэтому готовка на мне, — смущенно улыбнувшись, ответил Эйдан.

— Нет, — возразила я. — Я не про ужин. Я могу помочь с поимкой наркоманов.

Дракон тяжело вздохнул, снял сковородку с огня, накрыл ее крышкой, повернулся ко мне и уперевшись руками в столешницу, тихо произнес, тщательно подбирая слова:

— Не подумай, что я умаляю твои заслуги в этой истории, но будет безопаснее, если ты посидишь тут, пока все не уляжется.

— Среди безмагов за распространение магических капсул отвечает папаша Присциллы, — не желая дискутировать о моей безопасности, перевела тему разговора я.

— Эта информация у нас имеется, —