нас должно было итоге получиться тоже самое — если штурм роты Кофи пройдет успешно, то будет взломана вражеская оборона и фронт противника рассечен на две части.

В этот прорыв я введу новые, свежие силы, которые есть в тылу. Получится, что в небольшую брешь, проделанную ударом штыка, загоним уже стальной лом и хорошенько навалившись на него, взломаем всю линию обороны заирцев, смахнув их плацдарм на нашем берегу реки Конго.

Надо хорошенько все подготовить и обдумать, сделать так, чтобы резервы подошли скрыто и вовремя. Задержатся хоть на час — заирцы выбьют роту Кофи с его позиций, придут раньше, чем надо, вскроют наш замысел перед врагом. Все должно быть вовремя, не раньше и не позже. Вовремя!

Командиры соседних с Кофи отрядов собрались быстро, Совет тоже прошел в спешном порядке, времени было в обрез и некогда было рассиживаться и размусоливать, надо было возвращаться в свои подразделения и готовиться к завтрашнему бою.

Утро завтрашнего дня предстояло быть горячим. Если все сложится как надо, то гумьеры на этом участке обороны будут разбиты наголо, так же достанется и соседям, которые из-за открытых флангом окажутся в крайне неприятной ситуации.

Разведчики Кофи смогли узнать, где противник пересиживает наши обстрелы и ночует. Мало того, что они выведали такую ценную информацию они еще и смогли очень близко подобраться этому месту, установив там мощный фугас, взрывчатку к которому стягивали по частям в течении недели, в итоге удалось собрать заряд мощностью в двести килограмм тротила.

— Когда рванет, то будет разрушена вот эта и эта стены, — тыча штыком китайского АК показывает на макете Кофи, — а за ними вход в убежище врага. Вот тут и тут у нас счетверенные установки пулеметов «Максим», они прижмут противника и дадут время на подход наших штурмовиков. Ну, а там закидаем грантами. Внутрь лезть не будем, чтобы не терять бойцов, — рассудительно закончил свою речь Кофи.

— Одобряю, — кивнул я, — так и поступим. Как дойдем до воды, разворачиваемся в обе стороны и ведем беспокоящий огонь по противнику, и тут ваш выход, — обратился я к командирам соседних отрядов, — будете давить со своей стороны. Зажмем их между молотом и наковальней.

Ночью удалось поспать, причем в весьма комфортных условиях: на мягких мешках с кофейными зёрнами и под пологом из антимоскитной сетки.

Утро началось со спешного завтрака, дежурной кружки крепкой бурды кофе «по-бомски» и напутственной речи комиссара отряда, которую переводили на французский, чтобы было понятно не только советским гражданам, но и местным.

В армии СРК сейчас было очень много советских граждан, чуть ли не каждый пятый был из СССР. Это все добровольцы, которые приехали сражаться в Кабинду за её свободу по зову сердца, каждый третий был родом из Ленинграда. Почему так получилось? Во всем, как всегда виноват Паспарту Советик, он как ляпнет что-то прилюдно, так потом и не знаешь радоваться этому или плакать.

Случилось это на третий день обороны Бома. Паспарту был в лагере для беженцев, где его обступила толпа жителей Бома, которые узнали, что их родного города больше нет — мощный взрыв в порту практически стер с лица Земли большую часть городских построек.

— Что нам теперь делать? Где жить? Лучше бы мы оставались в Заире, хоть крыша над головой была бы! — возмущались жители Бома.

Людей можно было понять. В один миг они стали бездомными, лишившись не только своих домов, но и всего что успели нажить за жизнь, а также потеряли работу. А самое обидное, что было совершенно не понятно, когда люди смогут вернуться в город и начать отстраивать свои разрушенные войной жилища.

— Кабинда вас не оставит! — кричал в ответ Паспарту. — Бома отстроим заново, причем не когда там ни будь, а уже завтра. Начнет строить город Бома уже завтра прямо здесь! Каждый житель города получит надел земли и строительные материалы. Кто не сможет начать стройку сам, тому поможем! Я переименовываю Люкула в Бома. Теперь город Бома будет здесь!

— А что будет на месте старого города у реки? — удивлялись такому повороту разговора бомцы.

— Как только выгоним прочь заирцев там построим новый город — Петроград! Город, который будет под защитой Святого Петра! — кричал Паспарту в ответ, пристально глядя на меня, стоявшего в первых рядах на произвольном митинге. — Святой Петр не оставит нас, он нам поможет. Петроград выдержит осаду Заира и встанет из пепла и руин подобно непобедимому фениксу. В СССР есть город Ленинград, он был в блокаде фашистов несколько лет, жители голодали и умирали, но не сдавались и в итоге победили. А знаете, как назывался Ленинград раньше? Петроград! Святой Петр защищает города, названные в его честь! Поэтому отныне Бома будет называться — Петроград! — под одобрительный рев толпы Паспарту закончил свою речь.

На самом деле Паспарту просто хотел переключить внимание жителей Бома, дать им надежду и веру, чтобы они перестали отчаиваться, внутренне мобилизовались и принялись отстраивать свой город заново, но у этой речи был несколько иной эффект. Дело в том, что среди толпы были журналисты-международники из СССР, им показалось, что зажигательная речь молодого президента весьма неплохой сюжет для вечернего выпуска новостей.

На следующий день после выхода выпуска новостей здание МИД СССР в Москве обступила огромная толпа советских граждан, которые требовали от Министерства иностранных дел немедленной отправки в Кабинду добровольцев, которые пожелали воевать на стороне СРК против проклятых империалистов. Среди митингующих было очень много ленинградцев, которые специально приехали в Москву чтобы отправиться в далекую Африку воевать за Петроград.

Молодые парни и девушки, комсомольцы и комсомолки хором распевали старинную песню, переиначенную на новый лад:

Но песню иную

О дальней земле

Возил мой приятель

С собою в седле.

Он пел, озирая

Родные края:

'Кабинда, Кабинда,

Кабинда моя!'

Народный отклик у простых советских граждан по отношению к далеким африканцам, которые борются за свою свободы был настолько велик, что из Москвы посоветовали Паспарту побыстрее выпустить какое-нибудь опровержение, ну, чтобы как-то смягчить углы. Генерал Козлов самолично написал текст речи, которую президент Паспарту тут же «толкнул» перед специально собранными народными массами:

— Дорогие граждане Советского союза, я искренне благодарен вам за моральную поддержку и готовность отдать за нашу молодую республику свои жизни. Спасибо вам! Но нам сейчас нужные не солдаты, а рабочие, учителя, инженеры, судостроители, врачи и строители. Нам нужны стройматериалы, строительная техника, нам нужны те, кто научат на всем этом работать, а с врагом мы справимся сами!

В общем, хотели как лучше, а получилось, как всегда.