съедалось в течение нескольких дней, после чего открывался сезон охоты на тушканчиков, жуков и прочих тварей. Советские специалисты, пытались организовать централизованное питание, но эти попытки провалились. Солдаты боялись, что их обманут при раздаче, а офицерам нечем было торговать. Кроме того, никто не соглашался работать на кухне и мыть котлы.

Ангольские солдаты были как правило одетые в самое разнообразное тряпье они скорее походили на сборище бродяг, чем на военных. Вся их жизнь состояла либо из службы в армии, либо из уклонения от этой почетной обязанности.

А при нашем подходе к обучению и набору солдат была четка видна разница на выходе — из ЧВК «Вольные стрелки» никто не разбегался, не дезертировал и не трусил на поле боя.

Кроме зеков, в только что сформированной армии СРК было очень много добровольцев из числа обычных кабиндцев, которые выстроились в очередь на вербовочные пункты. Ну, а что их можно понять. Во-первых, воевать за свободу собственной родины — это почетно и заслуживает всяческого уважения, а во-вторых, зарплата рядового в армии Кабинды составляла пятьдесят долларов, если боец находился на передовой, то выплаты повышались в три раза, плюс семья получала ежемесячную выплату в размере двадцати долларов и продуктовый паек. В случае гибели бойца его семья получала единоразовую выплату в размере двух тысяч долларов, и каждый ребенок погибшего получал пенсию по потери кормильца в размере десяти долларов до тех пор, пока ему не исполнится шестнадцать лет. Это было просто неслыханная щедрость в понимании простых африканцев.

Но в армию СРК был очень тщательный отбор. Если еще зеков брали почти всех, потому что сразу было понятно, что они расходный материал, то рядовые кабиндцы, которые решили связать свою судьбу с армией должны были соответствовать ряду определённых критериев. Возраст от 16 до 30 лет, отсутствие целого списка болячек, физическая подготовка и довольно высокий уровень умственного развития.

При таких критериях отсеивалось больше половины желающих, их заворачивали обратно, они всячески пытались вернуться и все-таки попасть в рекруты. Иногда доходило до драк, потасовок и стрельбы. Были раненые и даже пару трупов под стенами военкомата. Пришлось помимо обычной армии начать набор еще и в Трудовую армию Кабинды. В ней люди трудились на общественно полезных строительных работах: укладка дорог, строительство школ, больниц и многоквартирных жилых домов. Разнорабочим платили также как и солдатам по двадцать долларов в месяц, а тем, кто постигал и осваивал более сложные профессии могли получать в месяц гораздо больше.

Изначально в армию Кабинды брали только мужчин, но потом пришлось брать и женщин. Почему пришлось? Да, потому что у одного президента по имени Паспарту очень длинный язык. Наш президент Паспарту Советик умеет очень пламенно и вдохновенно произносить публичные речи, а кабиндцы по сути своей весьма доверчивая и внушаемая аудитория. Когда Бьянка вернулась с задания, то Паспарту, прилюдно выступил перед большим собранием народа и рассказал про подвиг моей возлюбленной, в конце речи заявив, что вопреки правилам сразу представит Бьянку Унати к званию Героя Кабинды. Народ, заслышав такое ликовал и прыгал от радости, а на следующий день здание мэрии Кабинды обступила толпа молодых девушек, которые пожелали вступить в армию СРК по примеру Бьянки. Девушкам попробовали объяснить, что прием в армию возможен только мужчинам, но те стали возмущаться, устроили бабий бунт, побили камнями стекла в мэрии, да еще и с полицией полезли драться. Пришлось как-то этот вопрос решать и для девушек тоже находить место в армии.

В общем, как и обещал новоявленный президент Свободной Республики Кабинда Паспарту Советик — работы будет много, платить за неё будем достояно.

— Как «дикари» воюют? — спросил я у Кофи.

— Так себе, — презрительно скривился Кофи. — Много криков, мало толку. Бестолковые!

Отвечал Кофи на все вопросы односложно, было видно, что в моем присутствие он нервничает и теряется. Его можно понять, я ведь не просто так нахожусь на позициях его отряда, у Кофи сейчас что-то вроде экзамена. Сдаст его войдет в Совет командиров ЧВК «Вольные стрелки», провалит экзамен останется в должности рядового командира, которому больше сотни бойцов не доверят.

Напротив позиций отряда Кофи стояли гумьеры — марокканские солдаты, которые прибыли сюда в качестве поддержки заирской армии. Вообще, коренных марокканцев среди гумьеров сейчас очень мало, просто так исторически сложилось, что во французской армии были такие солдаты, как гумьеры — марокканские солдаты, использовавшиеся во вспомогательных подразделениях в период с 1908 по 1956 года.

Само название гумьеры произошло от магрибского слова «гум», что означает — «стоять», а теперь слово «гум» — означает размер воинского подразделения численностью в двести бойцов, три-четыре «гума» образуют «табор», три «табора» образуют — «группу».

Для меня, как российского, а теперь советского гражданина все эти названия режут слух. Потому что табор — это про цыган, а группа — это небольшой отряд численность до десяти бойцов. А у них все, наоборот, группа — это считай, как два полка или полноценная бригада. Хрен их разберешь этих дикарей, у них все не как у нормальных людей.

На помощь к Заиру на этот раз прибыло два «табора» в которых были выходцы из Судана и Алжира. Вооружены и экипированы гумьеры были французским оружием и амуницией, действовали и работали в качестве одного из подразделений Французского иностранного легиона.

Несмотря на малочисленность этих войск и их «дикость» в плане военной подготовки, французские военачальники довольно высоко ценят гумьеров. В первую очередь это связанно с их умением вести боевые действия в горной местности, в которой они чувствовали себя как дома. Помимо этого, они зарекомендовали себя как неплохие разведчики.

Хорошие показатели в военном деле, пожалуй, это все из положительных отзывов о гумьерах. Между прочим, их считают самыми жесткими солдатами Второй мировой войны.

И вот этих охальников выставили против армии СРК, когда я узнал, что против нас в Бомской мясорубке будут воевать гумьеры, то сразу приказал в плен их не брать и на каждый случай издевательства над нашими бойцами, не важно живыми или уже в виде хладных трупов отвечать в десятикратном размере. Хотят гумьеры крови, отрезанных ушей и голов? Ну, что ж они их получат!

Нас с Мишей проводили в штаб отряда. Когда я спустился в подвал, где располагался КП, то удивленно присвистнул от увиденного.

— Ничего себе⁈ Это кто у вас такой выдумщик?

На большом столе, который представлял из себя два дверных полотна соединенных вместе располагался макет части городских кварталов. Все детали были вылеплены из глины и поскольку я на