вот-вот рассыплется. Стены были покрыты трещинами, а старая деревянная дверь едва держалась на петлях. Табличка, на которой должно было быть написано «Склад. Посторонним вход воспрещен», давно исчезла, и кто-то черным маркером на грязной стене нацарапал это предупреждение от руки.

Айша молча сглотнула, шагнула вперед и постучала. В ответ – тишина.

Тогда она толкнула уже приоткрытую дверь, и та скрипуче распахнулась, впуская их внутрь – в темноту и пыль.

– Есть тут кто?..

То, что они увидели, повергло всех троих в шок.

Склад оказался в еще более запущенном состоянии, чем можно было ожидать. Повсюду слои пыли, удушливая влажность, густой затхлый воздух. Комната больше напоминала заброшенный чердак: везде паутина, старые мебельные ножки, отломанные доски…

Айша сразу вспомнила, как когда-то, еще во время стажировки, она по ошибке попала одна в заброшенную хижину в немецком лесу – тоже по вине незадачливого сотрудника. Тогда она оказалась запертой на пыльном чердаке, и сейчас обстановка была пугающе схожа.

Айша с Теодором пытались не подавать виду, но Корделия не справилась с отвращением: ее лицо исказилось в гримасе. Известная как образцовая чистюля, она не могла смириться с тем, что видела.

И тут из глубины помещения выскочил мужчина с золотистыми волосами.

– Кто же это мог войти сюда во время работы? – обратился к ним неизвестный. После чего представился как Логан, заведующий складом.

Айша, Теодор и Корделия видели его впервые – и все трое невольно застыли на месте. Он был поразительно красив, хоть и казался небрежным: торчащие в разные стороны волосы, старомодная, потертая одежда… Все это скрывало его привлекательность, но не до конца.

– Шляпник?

– Что? Кто?

Глядя на разноцветные лоскуты, которые Логан нацепил на себя в таком количестве, что в глазах рябило, Айша вдруг подумала о Безумном Шляпнике из старой сказки.

– Простите… Вы просто кое-кого напомнили… Мы с вами раньше не встречались?

– Со мной? Когда? Я впервые тебя вижу.

Тем временем Логан внимательно оглядывал всех троих. Потом вдруг широко улыбнулся, поднял указательный палец и воскликнул:

– А! Так это вы! Молодые сотрудники, о которых говорил Точжон! Говорил, что вы тайком пробрались на третий этаж и стащили лампу, которая показывает прошлое персонажей. Повезло вам, между прочим. Он вас пожалел. Сто книжных жуков – это еще по-божески!

Похоже, Логан все о них знал. Судя по всему, он был хорошо знаком с Точжоном, главным смотрителем, и говорил о нем с дружеской теплотой. Более того, он точно знал, что Айша, Тео и Корделия однажды добрались до лампы.

Он пригласил их присесть за стол – за единственный в этом подвале, который еще хоть как-то держался.

– Здесь… сесть? – Корделия с сомнением посмотрела на стопки книг, которые служили заменой стульям. Настоящих стульев просто не было – только шаткие башни из томов. Но Логан, кажется, пропустил ее слова мимо ушей.

– Так зачем вы пришли? Не из-за новых ли вкусов словесных печенек? Там что-то новое добавили… Если вдруг встретите фей шрифта, скажите им, что клубничный вкус получился просто ужасно! Или, может быть…

Он был настоящим болтуном. Пока говорил, открывал ящики старого стола и что-то оттуда вытаскивал, будто искал угощение для нежданных гостей. Из ящика начали появляться самые разные вещи: плюшевые игрушки, шляпы, чайные пакетики – настоящий бардак.

Наконец он с победной улыбкой извлек тарелку с кусочком торта и три вилки.

– Вот, нашел!

Айша, изумленно вытаращившись, взяла протянутый ей кусок. У нее в голове вертелся лишь один вопрос: как, во имя всего святого, торт оказался в ящике стола?

Но Логан уже сменил тему, и спросить не удалось.

– А теперь рассказывайте. Вы ведь сюда не просто так пришли? Об этом месте мало кто знает, кроме Точжона и старших хранителей. Я не скрывал специально… Просто, ну, никому не было дела до этого подвала.

Пока Айша сидела рядом с ним, Теодор и Корделия с подозрением ковырялись в торте ржавыми вилками, сомневаясь, можно ли вообще его есть.

Айша тем временем перевела взгляд на старый шкаф в углу и наконец сказала:

– Мы ищем пропавшую книгу. Из-за нее вся библиотека стоит на ушах.

– Пропавшая книга, говоришь? Хм… Пару дней назад тут действительно кое-кто побывал.

Логан встал со своего места и подошел к шкафу, на который смотрела Айша. Он распахнул дверцы и начал выкидывать оттуда все подряд, даже не оборачиваясь.

– Не это… и не это… и не это тоже… и вот это нет…

Из шкафа летели мужские ботинки, жемчужное ожерелье, огромный плюшевый мишка – все это с глухим стуком ударялось о письменный стол напротив и валилось на пол, где уже образовалась целая гора разного хлама. Айша наконец поняла, почему под столом столько всего навалено.

– Что вообще может уместиться в этом маленьком ящике?

Корделия, показывая на Логана и шкаф вилкой, дивилась происходящему в полном недоумении. И даже не заметила, что Тео незаметно доедает ее порцию торта. Ей было не до того.

– Нашел! Вы ведь об этом говорите? – Логан вытащил из шкафа нечто, что совсем уж точно не должно было там находиться. Он легко, словно куклу, поднял чье-то маленькое тельце и повертел в руках. Поначалу казалось, что он держит лишь синюю пижаму, но затем из складок ткани показалась девочка с короткими волосами и перепуганным взглядом. Она судорожно сжимала в ладошке порванное жемчужное ожерелье. Не было и сомнений, что перед ними та самая Дженна, которую искала вся библиотека.

– Прибежала сюда несколько дней назад, устроила настоящий кавардак, все просила найти ее папу. Если бы я тогда попытался ее выгнать, все бы тут разнесла!

Трое хранителей покосились на весь этот хаос на полу и одновременно тяжело вздохнули. Логан же спокойно закрыл шкаф и, прижимая Дженну к себе, вернулся на свое место.

– Так вы, значит, не ко мне пришли, а за Дженной? Обидно… О, вы уже всё съели? Хотите еще торта?

Айша поспешно замотала головой. Судя по тому, как лицо Тео, умявшего уже два куска, постепенно синело, с этим тортом что-то явно было не так.

Наконец Дженна, все еще парящая в воздухе в руках у Логана, не выдержала и закричала, срываясь на плач:

– Я не хотела этих ваших словесных печенек! И чай пить не хотела! Я просто… я просто скучала по папе! Вот и сбежала…

В то время жить «правильно» было особенно трудно. Именно поэтому отец Чонгиля дал своему сыну имя, которое означало «прямая истина» или «правильный путь», надеясь,