Это все, что он посчитал нужным сказать.

Я догадалась, почему Сава меня предупредил. После Грозного такое «похищение» навряд ли показалось бы мне безобидным. Я знала, что старшекурсники готовят «испытание», но на меня так часто покушались, что… Да, я испугалась бы, и сильно. А потом, скорее всего, психанула бы. И случился бы выброс силы. Ведьмовской. Но навряд ли Сава думал о том, что я выдам себя. Он беспокоился обо мне, уберег от очередного нервного потрясения. В остальном же, я оказалась в тех же условиях, что и мои однокурсники.

Нас усыпили, связали магическими путами и сгрузили на острове. Проснулись и освободились все довольно быстро. Инструкций нам не оставили, но все и так было ясно. Нужно вернуться в лагерь к началу рабочей смены. Иначе…

Да ничего страшного, наверное, не случится, если остаться на острове. За дисциплиной в лагере следили преподаватели, трое или четверо, я их даже не замечала. Они не командовали, ни во что не вмешивались, не сопровождали нас на поле. Но они, наверняка, заметят отсутствие целого курса. Старшим влетит, а у нас появится репутация слабаков и неудачников. Жуткое клеймо для двадцатилетних парней.

С острова надо выбираться. Навряд ли лагерь далеко, но плаванье и бег по пересеченной местности нам обеспечены. Только с направлением определиться бы…

Как назло, среди первокурсников не нашлось местных. Зато у нас был Глеб.

Я против его руководства не возражала. Такие люди, как он, прирожденные лидеры. Он не красовался, не привлекал к себе внимания, спокойно делал то, что считал нужным. У него это получалось. К его мнению прислушивались. И желания спорить не возникало. Даже у Мишки. Он шипел сквозь зубы, фыркал, но на рожон не лез.

Под руководством Глеба развели костры, чтобы согреться и избавиться от комаров.

— Яр, ты плавать умеешь? — хмуро спросил Мишка.

— Угу. А ты?

— Я горную реку переплывал.

— А я не умею, — тихо сказал Мамука.

И морду свирепую состроил. Мол, только начните ржать, всех порву. Но это внешне. Я не переставала удивляться, прислушиваясь к его эмоциям. Мамука не просто боялся, он был в панике. Так боится воды? Впрочем, и такое возможно.

— Да не ты один, — произнес Яков. — Странно, конечно. Чем вы думали, когда поступали?

— А кто еще? — заинтересовался Мишка.

Яков молча указал туда, где сидел Венечка.

— Наши «девочки», — засмеялся мой сосед.

Мамука покрылся красными пятнами. Глаза его лихорадочно заблестели.

Вокруг каждого костра собралось примерно по десять человек. И кроме нашей «бригады» рядом сидели другие ребята. Не всех я знала по именам.

— Слышь, ты, мальчик… — Голоса я не повышала, но все повернули головы в мою сторону. — Пока не доказано обратное, это звучит, как оскорбление. А за оскорбление я могу и в морду дать.

Тут к нам подошел Глеб и спросил, все ли умеют плавать. Яков указал на Мамуку.

— Пятый, — вздохнул Глеб. — Вернемся в город, через неделю лично зачет в бассейне принимать буду. Слышишь, Мамука?

Тот кивнул, пряча взгляд.

— И что? — насмешливо спросила я. — Все девочки? Рискнешь повторить?

— Да пошутил я. Прошу прощения, — буркнул парень.

А я вспомнила, что его зовут Артем.

— Вы как? — Глеб отчего-то смотрел на меня. — Поможете или каждый сам за себя?

— Поможем, — ответила я, имея в виду себя и Мишку.

— Я с вами, — сказал Яков.

— Да мы тоже… как бы… — загудели остальные.

— Не затягивайте, — попросил Глеб. — Туман поднимается. Нужный нам берег там.

Он указал направление и отошел к другому костру.

— Строить плот не вариант, — сказал Яков. — Попробуем найти подходящее бревно или хворостом обойдемся? Можно и на магии, но если не удержим пузырь… то есть, если структура развалится, да где-нибудь посередине пути…

— То пойдет наш Мамука на дно камушком, — закончил за него Мишка. — И хлопнул Мамуку по плечу. — Не боись, не утопим!

— С бревном не очень удобно, — сказал Артем. — Оно, зараза, вертится. Один Мамука не справится. А если его посередине, и двое направляют, то грести придется одной рукой. Тоже трудно удержать направление. А мы даже приблизительно не представляем, какие тут течения.

— Значит, хворост, — постановил Яков.

— А куда его? — засомневался Мишка. — У нас ни вещмешков, ни плащ-палатки…

— И веревки тоже нет, — добавил кто-то.

— Веревку сплету, — вызвалась я. — Даже если рассыплется, не страшно.

— Это даже лучше, чем обычная, — одобрил Яков. — Не намокнет. И тащить смогут несколько человек сразу, нагрузка мягче распределиться. Хворост в мою футболку завернем. Воздушную подушку тоже сделаем, пригодится.

Пока мы обсуждали переправу, Мамука лишь ниже наклонял голову и сжимал кулаки. Но под конец вскочил и высказался:

— Оставьте меня здесь! Если все пропадут, заметят, а одному выкрутиться проще.

— Ты боишься воды? — прямо спросила я.

Мамука отрицательно мотнул головой.

— Вот и не выеживайся, — посоветовал Артем. — Не преподы, так старшие всех пересчитают.

Так как мы жили в палатках, то в спальники забирались одетыми. Однако не обутыми. Заботливые старшекурсники о наших ботинках не забыли. Теперь же многие раздевались и разувались, связывая вещи в узелок. К счастью, не все, иначе мне пришлось бы одновременно создавать и удерживать иллюзию мужского тела, следить за структурой магической веревки и плыть, желательно вперед, а не ко дну.

Для Мамуки сделали поплавок: футболку Якова набили хворостом, крепко связали концы, уложили на воздушную подушку, созданную при помощи магии. Пятеро парней разобрали концы веревки, что я прикрепила к поплавку.

— Держись крепко и, главное, ногами работать не забывай, — сказал Яков.

Я поплыла рядом с Мамукой. Объяснила, что так мне будет проще контролировать структуру веревки. Но одновременно я старалась его успокоить. Внешне Мамука держался, выглядел спокойным, но внутри него так и клокотал дикий страх.

Мишка тоже болтался неподалеку. Зуб даю, меня контролировал, чтоб не утопла. Вот прав был Александр Иванович, когда сделал из меня парня! Только Саву с Матвеем отучила не бросаться на помощь по любому пустяку, так теперь этот… А если бы половина курса с ума сходила, оберегая девочку?

Я наблюдала за ребятами уже не первый день. Зубоскалов среди них хватало, но таких, как Венечка, было мало.