— Что ты предлагаешь? — спросил я, все еще внимательно наблюдая за Самаэлем на случай, если он решит сделать шаг в сторону моей спутницы жизни. Это будет означать его смертный приговор, и я с радостью убью всех его людей за то, что они посмотрели на нее.

— Как я уже сказал, нам нужно работать вместе. Они еще не напали, значит, они либо наблюдают за нами, либо чего-то ждут. Мы должны делать то же самое ― наблюдать за ними и быть готовыми на случай, если они снова нападут, — отвечает Катон, выглядя неуверенным. Несмотря на то, что он умеет сражаться, он не очень хорош в стратегии боя.

— Катон прав. Я предлагаю работать в командах, чтобы патрулировать наши границы, и выставить дозорных на стене для наблюдения за ними. Таким образом, мы будем готовы, если они нападут. Мы также должны установить ловушки на каждом входе, как систему раннего предупреждения, — отвечаю я, обдумывая наши варианты.

— Логично, что они нападут днем, — пробормотала Ария. — Именно тогда они будут чувствовать себя в безопасности, при ярком дневном свете. Ты не можешь наблюдать за ними днем, но я могу. — Она смотрит на меня. — Включи меня в ротацию.

— Ария, ты уверена? Это твои люди, — спрашиваю я.

— Мои люди, которые угрожают напасть и убить невинных, монстра или нет, и угрожают начать еще одну войну из-за своих собственных секретов. Они послали нас сюда, зная это. Вы ― мой народ. Ваш народ ― единственный, кто заботится обо мне и о ком забочусь я. Так что да, я, может, и человек, и они могут быть людьми, но не надо грести нас под одну гребенку. Я хочу избежать войны так же, как и ты, Акуджи. За этой стеной ― трущобы, где невинные, голодные люди просто пытаются выжить. Они будут первыми жертвами, и я этого не допущу.

Самаэль удивленно приподнимает бровь, прежде чем скрыть свое выражение лица. Приподняв подбородок Арии, я заставил ее встретиться взглядом со своими глазами.

— У тебя сердце воина, мой маленький человечек, и я польщен, что ты выбрала меня в качестве своей пары.

Она краснеет, затем усмехается.

— Значит, ты позволишь мне это сделать?

— Я не властен над тобой. — Я хмурюсь, ненавидя, что она так думает. — Я знаю, на что ты способна, и я буду наблюдать из темноты близлежащих убежищ, если тебе понадобится помощь.

— Конечно, будешь. — Она смеется.

Катон прочищает горло, прерывая наш момент.

— Самаэль, ты согласен с этими условиями? Готов ли ты выставить дозорных на своей стене и сообщать о готовящихся нападениях?

— А если люди вторгнутся на наши земли, мне будет позволено их убить? — насмехается он.

— Конечно. Они знают правила, — отвечаю я. — Они заходят на наши земли и умирают.

— Однако с тобой двое людей, — указывает он.

— Двое невинных людей, которые пришли сюда за убежищем, — лгу я, сузив глаза. — Если ты хочешь добраться до них, тебе придется пройти через меня. — Я подталкиваю Арию к одному из моих воинов и развожу руки, вскидывая подбородок. — Давай, Самаэль, я здесь. Брось мне вызов, если хочешь.

Он поджимает губы, прежде чем опускает взгляд, подчиняясь. Он понимает, что не выиграет бой.

— Я так и думал, — усмехаюсь я. — Хватит бороться с нами и сосредоточься на наших врагах. Они хотят что-то получить от нашей земли, возможно, чтобы начать новую войну. Мы должны сплотиться как один народ, как одна боевая единица. Только так мы сможем выжить. Мы не будем кровожадными монстрами, которых они создали и выпустили на волю. Мы будем воинами, защищающими наш город, наш народ и наш дом. Не мы это начали, но если они придут за нами, их бой, который люди не смогут выиграть.

— Ух ты, это было горячо, — замечает Ария. Мы все смотрим на нее, и она ухмыляется. — Упс, забыла о вашем удивительном слухе.

— Ладно, — соглашается Самаэль.

— Мы затаимся и будем играть в долговременную игру. Держи связь между нашими людьми. — Я смотрю на Катона.

— Мы продолжим попытки разобраться в исследованиях, которые они хотели провести, чтобы понять, что это значит. Пока у нас нет достаточных ответов.

Я киваю.

— Хорошо, держите меня в курсе. Самаэль, дай нам знать, когда самка заговорит, и если ты не сможешь с ней справиться, отправь ее в мое племя. Ария узнает от нее правду.

— Клуб девочек. — Ария подняла руку и огляделась вокруг, пока мы хмурились на нее. — Монстры не дают «пять»? Тогда ладно. — Она опускает ее.

Сзади Катона и его людей от Талии раздается хихиканье.

— Значит, мы все знаем, что нужно делать. Нам лучше вернуться к нашим людям и распространить информацию. Я пришлю вам обоим оружие.

— Нам оно не нужно, — прошипел Самаэль.

— Отлично. Катон?

— Нам бы не помешало. Я тренировал своих людей. Хотя им не нравится убивать, их достаточно, но нам не хватает на всех.

— Хорошо, я пришлю немного. Если люди хотят войны, они ее получат.

Я смотрю на Арию, задаваясь вопросом, куда это ее заведет.

Выберет ли моя пара в конечном итоге свой народ вместо меня?

Потянувшись вверх, я потираю ноющую грудь, от этой мысли у меня перехватывает дыхание.

Мысль о том, что могу потерять ее, не поддается описанию.

26

АРИЯ

После встречи мы расходимся в разные стороны. Я со слезами на глазах прощаюсь с Талией, и она обещает присылать мне сообщения через монстров, у которых мы поселились. Кажется, ей не терпится вернуться к исследованиям, чтобы как-то помочь. У меня такое же чувство. Я могу помочь, оставаясь на страже, но как только мы возвращаемся, Акуджи начинает выкрикивать требования, и он говорит, что дежурство начнется завтра. А пока он берет меня в наше общее гнездо и просто держит меня так крепко, что почти больно, но это заставляет меня чувствовать себя в безопасности, и я погружаюсь в его объятия.

Я не надеюсь заснуть, слишком беспокоясь о том, что делают мои люди, но, видимо, я задремала, потому что когда я просыпаюсь, удовольствие проникает в меня, перехватывая дыхание и заставляя меня кричать.

Тяжело дыша, открываю глаза и вижу Акуджи между моих ног. Он держит меня за бедра, раздвигая их своим массивным телом, с лицом, зарытым в мою киску, и длинным, талантливым раздвоенным языком проводит по моим складочкам, прежде чем погрузиться внутрь.

Блядь.

Он заставил меня кончить во сне.

Издав стон,