по голосу понимаю, что дела плохи, но он очень старается, чтобы никто не заметил.

— Здоро́во, парень. Слышал, планы кардинально изменились?

— Да, — коротко отвечает Илья, а мне не нравится его замкнутость.

— Мне приехать, забрать тебя домой?

— Нет, я с мамой останусь на какое-то время.

— На какое?

— Откуда мне знать.

Честный ответ.

— Может, хочешь, чтобы я тебе что-то привез? Дома твои вещи остались, но я привезу их уже завтра.

— Мне ничего не надо. Только если…

— Что? Говори.

— Я очень сладкое хочу. Если ты мимо ехать будешь, можешь пирожное шоколадное завести?

— Добро́. Завезу.

Путь домой лежит через район Виталины, а по голосу Ильи четко понимаю, что настроение у сына на нуле. Надо будет у Танюши подробнее узнать, что случилось, я Илью такого никогда не видел.

Отправляю Тане сообщение, что задержусь, захожу в магазин, покупаю шоколадный торт и иду к дому бывшей.

По плану задержаться не сильно, только посмотрю на своего сына, дам понять, что он может рассчитывать на меня в любое время, отдам торт и уеду.

Но Илюха решил так быстро меня не отпускать. Он забирается ко мне на руки, прижимается всем телом и крепко обнимает за шею.

— Можешь немного побыть со мной?

— Эй, парень, все нормально? — хмурюсь я, не понимая, почему со мной ехать не хочет, а отсюда не отпускает.

— Внутри все дрожит странно, — шепчет мне на ухо, — а ты пришел и как-то спокойнее стало. Пожалуйста.

Очень мне это не нравится.

— Не вопрос, Илюх. Со мной точно не поедешь?

— Нет. Надо с мамой побыть.

— Ладно.

— Захар, Илья еще ничего не ел. Пусть идет ужинать. Ты зайдешь или поедешь? — в коридор выходит Виталина и говорит так, словно мы друзья, а не бывшие, которые не хотят пересекаться.

— Зайду.

Проходим на кухню, Вита уже накрыла на стол, ставит перед Ильей тарелку, себе, мне, но я качаю головой.

— Я не буду.

Я голодный, как черт, но есть из рук бывшей жены, когда дома ждет любимая женщина, я не буду. И так задерживаюсь здесь, а в груди кошки скребут.

Пока малой уплетает ужин, пишу Тане сообщение.

«Заехал к Илье, состояние у него не очень. Скоро буду, расскажу. Скучаю тебя».

Отправляю текст, и в это время телефон громко сообщает, что заряд на нуле.

Черт, совсем забыл зарядить в машине.

— Давай, поставлю на зарядку, — предлагает Вита и протягивает руку. — Здесь, поставлю, вот провод.

Ладно, работающий телефон мне нужен, поэтому передаю мобильный и вижу, что Вита и правда, подходит к зарядному устройству.

— Пап, у меня конструктор есть, новый, я его еще не собирал. Можешь помочь?

— Илюха, мне домой нужно, Таня ждет.

— А ты скажи ей, что со мной. Она не обидится.

— Я уже сказал.

— Ну вот. Пожалуйста, — смотрит сын умоляющим взглядом. — Полчасика всего.

Не знаю, как отказать, остается только надеяться, что Танюша поймет и не обидится.

После ужина разбираем коробку, инструкцию и собираем корабль из лего. Виты, слава богу, с нами нет, иначе я бы точно ушел быстрее, а вот Илья становится заметно веселее и даже смеется.

— Илюх, давай по чесноку, как мужик с мужиком?

— Давай. Я мужик.

— Ты же явно не хочешь оставаться с мамой, по тебе это видно. Давай, я заберу тебя с собой? С мамой сам поговорю, она не будет против.

— Будет.

— Я поговорю так, что не будет. Объясню ей, что ты парень, тебе со мной интереснее.

— Она это знает, но расстраивается, что мне с ней неинтересно. Я останусь.

— Илья, я не буду тебя заставлять, но реально, если тебе в этой квартире плохо, я заберу тебя.

— Пап, мне плохо здесь без тебя и мне плохо у тебя, потому что мама обижается. Мне плохо, что вы развелись. Мне, вообще, кажется, что плохо теперь всегда.

Слушаю сына, и волосы на затылке шевелятся. Да твою же мать! Вот именно из-за того, что детям плохо, люди и живут друг с другом, и не разводятся, терпят, ненавидят, но живут.

Но я не буду жить с Виталиной, даже ради ребенка, а вот с Илюхой и его состоянием нужно что-то решать.

— Я устал, — внезапно говорит Илья и встает. — Можешь уложить меня спать и уже уезжать. А то Таня и правда, будет злиться.

— Таня хорошая, она поймет. Ты будешь мыться?

— Нет, не хочу. Завтра.

Илья быстро раздевается и забирается под одеяло, я сажусь рядом, облокачиваюсь на подушку и обнимаю сына.

Илья закрывает глаза и будто бы сразу вырубается, а я сижу и корю себя за все.

Таня тоже говорила, что она ребенок развода и эмоционально трудно перенесла потерю стабильности в жизни, поэтому и отчима стала отцом называть, чтобы иллюзию семьи для себя создать.

Илья тоже потерял ощущение стабильности, тыла, почвы под ногами, но жить с его матерью, после ее предательства, тоже был не вариант.

Нужно вернуть ему эту уверенность в жизни. И я знаю как.

Осторожно встаю с кровати, чтобы не разбудить Илью и выхожу из комнаты. Вита на кухне, моет посуду и что-то тихо поет себе под нос.

Забираю телефон с зарядки и активирую экран блокировки. Сообщений от Тани и других уведомлений нет.

— Уже уходишь? — ласковым голосом спрашивает Вита.

Выгибаю бровь.

— Да.

— Может, чаю? Или тебе нельзя есть вне дома?

— Хочешь поругаться? — цежу я.

Вот почему она не может просто быть нормальной, не цеплять, не творить дичь, не быковать? Куда проще было бы.

— Нет. Конечно, нет. Илья спит?

— Да. Вырубился. Я кое-что решил, Вита, завтра после работы заеду обговорить.

— Что-то серьезное?

— Смотря для кого.

Ухожу, спускаюсь вниз и сажусь в машину. Десять вечера. Танюша будет злиться и имеет право, но я не мог сказать сыну «нет» и уехать домой. Он и так чувствует себя потерянным.

Но кто и сможет меня понять, так это моя девочка. Я и правда, принял решение, но в первую очередь хочу обсудить его с Таней. Уверен, она поддержит и, возможно, наконец, все уляжется.

Открываю диалог с Таней, чтобы сказать, что уже еду, но вижу фотографии, на которых я и Илья.

Не понял!

А когда все перечитываю, взрываюсь.

— Сука! — открываю двери и уже одной ногой выхожу из машины, но снова захлопываю двери и срываюсь с места.

С этой поговорю потом, нужно срочно увидеть Таню.

Набираю ее, но в ответ только длинные, монотонные гудки.

Глава 31

Квартира встречает меня тишиной, только монотонное клацанье мышки в гостиной