Я пока что шёл полубоком, не спуская взгляда с крыльца трактира. Но бандиты вернулись в обеденный зал. А я, некоторое время простояв прямо на пороге полицейской управы, развернулся и побежал. Не быстро, так, трусцой. Тем более, что меня и так трясло после волны адреналина, и теперь было лучше всего нагрузить себя физическими упражнениями.

Возвращался я в пансион с двоякими ощущениями. С одной стороны, вроде бы и показал себя — такого принципиального и не прогнувшегося под обстоятельства. С другой же стороны проблему окончательно не решил, лишь только её отсрочил. Так что можно было сказать, что выиграл бой, но впереди ещё война.

И вот о чём может думать человек, который только что ходил по краю, был готов даже при необходимости убивать другого человека? Правильно — об археологии. Археолога или, например, геолога сложно понять людям, которые дорожат домашним уютом, благами цивилизации в виде унитаза или водопровода.

И мне так захотелось сейчас на природу: сидеть за наскоро сколоченным столом, на шатающейся лавке. И чтобы на столе были разложены чертежи и топографическая съёмка местности. А я бы наслаждался свежим воздухом, боролся бы с порывами ветра, которые так и норовили бы снести всю мою документацию со стола, и планировал фронт работы на завтрашний день, чтобы обязательно уже, наконец, зарисовать стратиграфию, понять, как залегают культурные слои, зольно-угольные объекты…

Было уже темно, но я всё равно посматривал в сторону той стройки, где не так давно нашёл артефакты.

— Я ещё вернусь к вам, — пообещал я и себе, и, наверное, удаче, в которую даже самые прожжённые археологи-материалисты тайком, но верят.

Нет… Я все же человек не из мира сего. Ха! Так и есть, ведь живу уже во втором мире. Но теперь я о другом.

Наверное, не так чтобы оценил вторую жизнь, второй шанс, что решаюсь на откровенно опасные поступки. Но… черт возьми! Как же мне нравится вот так жить! Да, даже так, с ворохом проблем и опасностей.

Или эти-то сложности мне теперь и нравятся?

Глава 13

Когда учитель вышел из трактира, внутри заведения установилась тишина. Думал Самойлов, смотрела на своего хозяина его банда — ждали и ловили в его повадках ту реакцию, какую должны проявить. Ведь выходило пока, что Дьячков только что… Да чего уж сдерживаться в своих собственных мыслях? Прогнул, победил, можно даже выбрать иное слово: унизил Самойлова.

Но бандиты, собравшиеся вокруг уважаемого в Ярославле торговца, промышленника и мецената, уже привыкли: то, что им порой очевидно, на проверку выходит как-то иначе, иногда так и разительно отличается. А еще что привычно для отъявленных бандитов, то неприемлемо для Савелия Самойлова.

Вот только был еще один человек в этой компании, которому нужно было поддерживать свой авторитет. Ведь он на голубом глазу не видел разницы между собой и Самойловым, считал себя заместителем хозяина, а порой так и вовсе партнером.

— Хозяин, но отчего же мы отпустили его? — с горечью вселенского масштаба спрашивал Секач.

Ну не выдерживал он паузы.

— С чего это ты решил, что я должен отчитываться перед тобой хоть в чём-либо? — зло посмотрел на одного из своих подручных Самойлов.

Да — всего лишь на одного из. Что бы там ни думал бандит.

— Простите, хозяин, бес попутал, — повинился Секач.

— Что ж, коли больше дел у вас не имеется, я объясню тебе, как и остальным, почему так случилось. Или вы посчитаете, что я должен был залить здесь всё кровью и убить его? Думаете, полицмейстер вот так просто закроет на всё это глаза? — спрашивал Селиванов, хотя одновременно получалось, что он отвечал и сам себе.

Он был неглупым человеком, даже, наверное, очень умным, поэтому особо не хотел распространяться о своих отношениях с главным полицейским города. Зачем дёргать собаку за хвост? Тем более, когда это такая большая собака с чином подполковника, которую так просто не угомонишь.

А все почему? Да потому что Поликарп Ильич считает себя честным служакой, и это чувство губернского полицмейстера приходится прямо-таки засыпать деньгами, стремясь притушить огонь праведного гнева истинного верноподданного Его Величества.

Не особо и нужно было бы всем знать про договоренности Самойлова с губернским полицмейстером. Но он и другое понимал: держать в узде целую банду можно только в том случае, если тебя боятся и уважают. Так что своим головорезам он с намерением то и дело намекал на дружбу с полицией.

— Ну, это ясно. Ну а как же нынче? — спросил тогда Секач.

Вслух он того не произнёс, но выходило, что также спрашивал своего хозяина, как тот будет возвращать свой авторитет, если пришёл какой-то учитель-пьяница да и диктует свои условия. Пусть и тот учитель, кто справился с ними же самими, поставил Секачу синяк под глазом и выбил два зуба.

— Ты за это не беспокойся. Нахрапом сломать учителя не вышло — так я найду, как это сделать, — сказал Самойлов. — Сразу мне нужно было разумением справить все, а не страхом.

Потом он поднялся и направился к двери трактира. У самой двери остановился и повернулся:

— Всё оплачено. Можете погулять. Но чтобы ничего и никого не ломали. Трактир откроется для других с моим уходом, — сделал наставление бандитам Селиванов и вышел прочь.

В его голове уже давно был другой план — сразу после того, как Секач пожаловался, что Дьячков стал строптивым. Самойлов никогда не полагался только на одно решение. Если, конечно, вопрос требовал особого внимания.

А этот требовал. Еще как. Долги Дьячкова? Это важно, Самойлов принципиально не разбрасывался деньгами. Не столь важно, так ли нужны ему именно эти две сотни. Каждую копейку считает. Вот только учителя ранее прижимали и обыгрывали для разных задач. И теперь созрел вопрос, который смог бы решить именно Дьячков.

Но… для этого нужно учителя поставить в такое положение, чтобы он выкрутиться уже не смог.

* * *

Смеркалось. Легкий ветер, казалось бы, должен прогнать напряжение. Все же прошло? Я ведь не на войне, и вот так, на улице, когда многие могут увидеть, стрелять вряд ли кто должен. И нет в этом времени такого коллективного помутнения рассудка, как в середине 1990-х годов, которые я покинул. Только и слышно тогда было по телевизору и в хрониках, сколько убито людей.

Однако нож я всё же не убирал. А ну как решатся напасть из-за угла?. На ходу я ещё раз