я бы победил. Просто Хавьер вмешался, и я немного растерялся, расслабился и контроль над силой потерял.

— Тася говорила что-то про извержение небольшого вулкана по имени Кузьма, — кивнула она.

— Если всю ту силу в какую-нибудь технику зарядить, то можно было бы пару учебных корпусов с землей сравнять одним ударом, — подтвердила Таисия.

На мне скрестились два вопросительных взгляда.

— Нет, техники никакой не было. Просто хотел больше силы зачерпнуть и как-то так получилось, что не удержал.

Не рассказывать же мне, что я струхнул и, боясь, что к черепу подмога пришла, решил усилить защитную технику еще немного. Как шлюз на плотине открыл, а закрыть уже не смог. Неприятное чувство.

— Ладно, отдыхай сегодня, — сказала мама. — Завтра поговорим. Тася, смотри, чтобы через окно ночью не сбежал, он это любит.

Поцеловав меня в лоб, она ушла.

— Если перенапрягся, то сон лучшее лекарство, — Тася поправила мое одеяло. Мне показалось, что она сказала это с каким-то облегчением. — Поэтому спи, а я покараулю, чтобы в окно не сиганул.

— Ох, женщины, — проворчал я.

После истощения усталость накатывала волнами. Думать и анализировать прошедшую драку сил не было. Стоило закрыть глаза и почти сразу провалился в сон. Мне снилась маленькая комната, на полу которой рассыпали грецкие орехи, я хожу по ним, давлю пятками. Орешки забавно хрустят, впиваясь в стопы острыми осколками. Ну и бред, аж мурашки по телу.

Утро усталость не стерло, но больным я себя ничуть не чувствовал. Даже плечо, упакованное в жесткий фиксатор, болело не так сильно. Сунув ноги в больничные тапочки, подошел к окну. Снегопад еще продолжался, но уже не так сильно, как накануне. Постояв так немного, прошел к зеркалу, чтобы посмотреть на себя со стороны. Оказывается, у меня рядом с ухом находился неплохой синяк. Расползался он во все стороны, зацепив глаз.

— Не хочешь отдохнуть здесь еще немного? — спросила Тася, заходя в комнату с сумкой.

— Не люблю бездельничать, особенно на больничных койках. Лучше я дома на диване полежу, новости почитаю.

— Скажи мне, как с тобой в таком виде в гости идти? — она улыбнулась, бросила сумку на кровать. — Давай, помогу одеться.

— А какие у нас планы? Вот, черт, я же обещал Кате скинуть расписание.

— Ты его слишком часто вспоминать стал, — пожурила она, разглядывая одну из моих любимых теплых рубашек в клетку. — У нас сегодня по плану обед в гостях у Наумовых, затем праздничный ужин.

— Так вроде день рождения у Лилии Карловны завтра.

— Алена вечером приглашает нас на новоселье. У нас три дня выходных, я всех предупредила. Давай, не копайся.

— Чую, что эта спешка неспроста, — я подошел к кровати.

— Геннадию Сергеевичу стоило больших усилий, чтобы убедить великих князей, что на территории МИБИ абсолютно безопасно. Но ты в первый же день, когда сюда приехал наследник, умудрился насмерть зарубиться с террористом. Понимаешь, что не надо об этом кричать на каждом углу?

— Понимаю. Скажу, что мы с Хавьером тренировались.

— Так и говори. Давай, свитер надо надеть, сегодня холодно с утра. К вечеру, когда снегопад прекратится, обещают похолодание до двадцати градусов мороза.

Пока я переодевался, а процесс этот оказался непростым, учитывая фиксатор на плече, к нам заглянул доктор Шимов. Роман Игнатьевич довольно быстро проверил мое состояние, констатировал сильное истощение и прописал отдых. Сказал, чтобы как минимум неделю я не тренировался и силу не использовал. Состояние знакомое почти любому одаренному, кто пытается прорваться на новый уровень или стремится стать сильнее.

В коридоре у лестницы мы столкнулись с ректором. Выглядел он обычно и вроде бы совсем не сердился.

— Доброе утро, Таисия Павловна, Кузьма, как самочувствие? — спросил он.

— Неплохо. Небольшое истощение, через пару дней приду в норму.

— Небольшое, значит, — прищурился он, поглаживая подбородок.

— Я подожду у выхода, — сказала Тася.

Мы проводили ее взглядами, затем Геннадий Сергеевич показал на скамейку у стены. От него немного тянуло холодом и запахом мороза.

— Таисия уже отчитала тебя за беспечное поведение? — спросил он, подобрав неожиданно мягкое слово.

— Немного. Я в тот момент был уверен, что там будет именно Никита.

— Кто? — он вопросительно посмотрел на меня.

— А Тася Вам не говорила?

Я достал телефон, выбрал нужное сообщение, показал ему.

— Кто этот Громов? — с еще большим недоумением посмотрел на меня ректор.

— Тогда давайте с самого начала. Попробую объяснить вкратце…

Как выяснилось, Геннадий Сергеевич о связях рода Наумовх с черепами знал, но совершенно без подробностей. Когда похитили Алену, он обсуждал это с братом, но тогда Петр Сергеевич сказал, что во всем разберется сам и помощь не понадобится. Мне показалось странным, что великого мастера не посвятили в тему целиком.

— Кузьма, нельзя же так, — сказал ректор укоризненно, даже головой покачал. — В письме же недвусмысленно написано, что это ловушка. Когда говорят: «Приходи один», будь уверен, что тебя ждут не с распростертыми объятиями, а с дубьем и колами.

— Вот теперь можно вернуться к началу разговора, — рассмеялся я. — Когда мы разговаривали с Никитой, он мне показался нормальным и адекватным. Злой, конечно, но это простительно, учитывая нашу первую встречу.

— Но после того, что случилось в Испании, это был безрассудный шаг. Злит, когда подобное происходит под самым носом. Обещай, что в следующий раз, когда дело будет касаться этих… черепов, позвони мне. Хочу лично с ними встретиться, — голос у ректора стал холодным, не обещающим им ничего хорошего. — Есть у меня способы и умения их расспросить. Только это секрет. Такие техники под запретом.

— Никому, — я коснулся пальцем губ. — И обещаю, что на следующую встречу с черепами поедем вместе. Если только они сами ко мне не придут.

— Хорошо, — подытожил он. — Не буду тебя задерживать, Таисия Павловна рассердится. С Петром Сергеевичем пока не говори на эту тему, я ему сам позвоню. И после выходных мы с тобой обязательно позанимаемся. Надо бы тебе пару лекций прочитать о выбросах энергии и к чему это приводит. Не буду тебя пока пугать. И еще…

Ректор вынул из кармана белый платок, в который был завернут слегка покореженный перстень с черепом.

— Отличительный знак этих террористов? — спросил он. — Они все их носят на пальцах?

— Не все. Только старшие или главные, я не знаю, как у них там иерархия построена. Можно я перстень заберу?

* * *

Геннадий Сергеевич немного подумал и протянул платочек Кузьме.

— А вы на праздники приедете? — спросил Кузьма, убирая перстень в карман куртки. Дернул глазом, потер немного синяк.

— Обязательно, — сказал великий мастер. — Сегодня не смогу, завтра. Скажи Лилии Карловне, что завтра я