Невозможно. Похоже, она отплывает от острова. Ты же говорил, что лодок здесь нет?

— Да, — тихо отвечаю я. Мы обыскали каждый чёртов камень, почти весь лес и берег — ни одного судна.

Исайя подходит ближе.

— Тебе стоит самому посмотреть.

Он протягивает мне телефон с включённой камерой и приближённым изображением. Я беру его, всматриваюсь в лодку и замираю. Фигуры размыты, но я могу сосчитать головы. Если не шевелиться, я различаю Мэдисон, мужчину, которого видел лишь однажды, её брата и…

— Плутоно, — шепчу я потрясённо.

Нет. Что он там делает?!

— Нет! — вырывается у меня. — Он уходит с острова, не сказав мне? Мэдисон нашла брата? Где? Когда?

— Нептуно! Сатурно! — кричу я, не оборачиваясь. — Немедленно сюда!

Они подходят.

— Что случилось?

— Мэдисон, её брат и Плутоно уплывают с острова. Мы должны их остановить. Немедленно!

Я сжимаю челюсти.

Они не уйдут. Ни один из них.

Глава 18

Мэдисон

— Он нас точно уже заметил, — слышу голос Плутона, сидящего на скамье рядом с моим братом.

Я напрягаюсь изо всех сил, крепче сжимаю рукояти вёсел и гребу ровно и быстро, стараясь как можно скорее увеличить расстояние между нами и островом.

Мой брат беспрестанно кашляет, выглядит очень плохо и, кажется, у него жар. Мне с трудом удалось убедить его, что я возьму управление на себя — в буквальном смысле. Его лёгкие и сердце не должны сейчас перенапрягаться. Как только мы доберёмся до Лиссабона, я сразу отвезу его в больницу.

Плутоно тоже не может грести из-за протеза, так что я единственная, кто может доставить нас на материк. Солнце дрожит над морем, жжёт макушку и плечи.

Плутоно несколько раз оборачивается. Он тоже их увидел.

— Чёрт! — вырывается у него. — Они нас заметили.

Вдалеке по пляжу бегут люди. По фигурам я узнаю Нептуно, Сатурно и Жоакима.

— Эй! — орёт Нептуно, стаскивая обувь и одежду, а затем бросаясь в волны. Сатурно несётся следом.

— Быстрее, Мэдисон! — подбадривает меня Кассио.

— Я стараюсь! — отвечаю я и вкладываю в греблю последние силы, лишь бы эти двое, плывущие за нами, не догнали нас.

— Как далеко они? — спрашивает Кассио, оборачиваясь и задевая плечом Плутона.

— Слишком далеко. Им нас не догнать.

Плутоно почти не обращает внимания на Нептуно и Сатурно. Всё это время он смотрит на фигуру на берегу — тёмную, неподвижную, словно статуя. На своего брата.

— Ты жалеешь? — спрашиваю я.

— О чём? О том, что оставляю брата и уже давно живу своей жизнью? — он усмехается и машет тому рукой. — Ни капли! Ни грёбаной капли!

А я жалею. Потому что знаю: если Жоаким меня поймает, второго шанса не будет. В конце концов, я отняла у него самое важное — его брата. И от этого мне становится по-настоящему мерзко. Вина поднимается внутри, как парализующий яд.

Сбежать вместе с братом — одно. Забрать с собой Плутона — совсем другое.

Нептуно и Сатурно всё ещё кричат нам вслед:

— Разворачивайтесь, чёрт возьми!

Нет. Этого не будет. Я не сдаюсь. Я вкладываю в каждое движение всё, что у меня есть, и снова смотрю через плечо на сверкающий город под чистым небом. Лиссабон.

Когда мы доберёмся туда — я буду свободна.

Когда половина пути уже позади, головы Нептуно и Сатурно становятся едва различимыми точками в бездонной синеве моря. Я с облегчением выдыхаю и делаю паузу. Руки горят, нога ноет адской болью.

— Может, мне всё-таки попробовать? — предлагает Кассио, который едва может сидеть прямо. Согнувшись, он тяжело дышит рядом с Плутоном.

— Нет, ты держись. Мы уже прошли половину.

— Я бы тоже поменялся с тобой, если бы мог, — раздражённо говорит Плутоно. — Бесит быть бесполезным.

— Расслабьтесь, парни, скоро продолжим. Мы вообще-то отличная команда.

— Ну да, ещё какая, — фыркает Плутоно. — Кстати, больше не называй меня Плутоном. Моё настоящее имя…

— Нет, — перебиваю я.

— Нет? — удивляется он.

— Не говори. Пока что.

— Почему?

Он хмурит брови.

— Так безопаснее. Когда мы меньше знаем друг о друге…

— Когда что? — настаивает он.

— Мэдисон не любит прощаться. Поэтому и не хочет знать твоё имя, — подаёт голос Кассио. Его волосы липнут ко лбу от пота.

— Прощаться? В каком смысле? — Плутоно переводит взгляд с него на меня.

Но Кассио прав. Я ненавижу прощания. Для меня Плутоно навсегда останется Плутоном — скалой посреди шторма, моим огоньком надежды.

— Мы же разойдёмся, как только прибудем в Лиссабон, верно? Тебе ведь в университет. — Насколько я знаю, элитные вузы селят студентов в дорогих кампусах.

— Ты с ума сошла? — вырывается у Плутона. — Я не пойду в университет, когда мы доберёмся.

— А куда тогда? — спрашивает Кассио.

— Ну… — он заминается. — Это прозвучит странно, но… можно я пару дней поживу у вас?

У меня из рук выскальзывают вёсла. К счастью, они остаются в уключинах и не падают в воду.

— Нет, — отвечаю я сразу и качаю головой.

— Почему нет? — опережает его Кассио.

— Потому что… потому что ты знаешь, как мы живём. Это… это нельзя тебе навязывать. И потом…

— И потом? — Плутоно наклоняется ко мне.

— И потом Жоаким меня убьёт, если найдёт тебя у нас.

— Он убьёт тебя в любом случае. А со мной рядом твои шансы выжить выше.

— Он прав, — кивает Кассио. — Если этот повелитель ада явится нас избивать или убивать, мы сможем взять его в заложники.

— Ты идиот, — бормочу я.

Плутоно кривится, а Кассио смеётся, тут же заходясь в приступе кашля.

— Теперь я понимаю, почему ты такая, Мэдисон. Твой брат точно такой же.

— Мы из одного теста, — улыбаюсь я. — Ладно. Пойдём с нами. Но не жалуйся на обстановку.

— Ты правда думаешь, что я такой поверхностный?

Я качаю головой.

— Нет. Никогда так не думала.

Просто мне стыдно за то, как мы живём. Плутоно привык к роскоши, к отелям, виллам, апартаментам, а не к нашей крошечной квартирке меньше пятидесяти квадратов.

— Тогда не забивай себе голову тем, что я подумаю, увидев ваше жильё.

— Боже мой!